You're my soul

Царила ночь. Луна мягко освещала все своим сиянием, пробивая глубокий мрак, что опустился на Новый Орлеан. На балконе старинного особняка в стиле колонизации, укутавшись в плед, сидела девушка. Она обратила свои выразительные, полные грусти глаза к луне, которая всегда успокаивала ее, в поисках ответов. Когда ее жизнь успела так измениться? За что на ее долю выпало столько испытаний? Почему именно она? Увы, на этот раз Хейли не нашла ответы на свои вопросы и лишь печально вздохнула. - Только меня могло угораздить забеременеть от бессмертного вампира-маньяка с дикой жаждой самоконтроля и оказаться пленницей в его доме! – в сердцах бросила девушка в пустоту, выплескивая долго скрываемые эмоции наружу. - Должен признать, волчонок, даже со мной за тысячу лет не приключалось такого. – Тихо проговорил мужчина глубоким, чувственным голосом. «Клаус!» Хейли невольно сжалась, но старалась не выказать своего страха перед ним. Девушка никак не могла привыкнуть, что он теперь все слышит, бесшумно передвигается и может оказаться у нее за спиной в любую минуту. - Я бы с радостью посмотрела, как ты забеременел! В конце концов, ты ведь ходячее исключение из правил. Загадка природы. – Хейли с детства привыкла, что лучшая защита – нападение. Она открыто смотрит Первородному в лицо. «Сейчас что-то будет!» - в голове у девушки зазвенели тревожные звоночки, и она уже пожалела о своем остром языке. Но гибрид лишь ухмыляется и, устало опершись о перила, говорит: - Никаких загадок. Я лишь череда проб и ошибок моих горячо любимых родителей. Хейли с опаской посмотрела на него. Может не такое уж он и чудовище? Может его можно осчастливить? Девушка вспомнила свое прошлое, то ужасное чувство, когда понимаешь, что никому не нужна. Она его испытывала двадцать один год, а он…тысячелетие. «Была не была! Должно же в нем быть хоть что-то человеческое» - подбодрила себя Хейли и тихо поинтересовалась: - Ты задумывался, как изменятся наши жизни после… - девушка замолчала и опустила голову, словно устыдившись самому естественному состоянию на свете. - … через 7 месяцев? Хейли видела лишь его трясущиеся плечи. «Неужели плачет?». Только потом она поняла, что гибрид сотрясался от смеха. Он резко обернулся к ней и испепелял горящим взором, который так испугал ее там, на кладбище с ведьмами. - Ох, и потешный же ты, волчонок! Захотела поиграть со мной в семью? Неужели ты настолько наивна или глупа, что своим бедным воображением рисуешь себе наше совместное будущее? Я – Первородный вампир, более того, я гибрид! Я – король этого города! Я – король мира! Неужели ты могла вообразить, что я заинтересуюсь тобой? Ты для меня никто, так, инкубатор для будущего наследника. Я кормлю тебя, поддерживаю твои нужды на должном уровне, но не питай ложных иллюзий: как только мой ребенок покинет твое чрево, ты станешь мне не нужна! И ты никогда, слышишь, никогда не увидишь малыша! Поэтому наслаждайся комфортом, что я тебе предоставил. Потому что через 7 месяцев тебе придется вновь шастать по лесам в поисках ночлега. Прокричав все это, Клаус сделал глубокий вдох и, убедившись, что произвел нужный эффект, а именно заставил Хейли его ненавидеть, выдавил из себя презрительный смешок и покинул балкон, так же стремительно, как и появился. Хейли на мгновение поддалась удушающей панике, не замечая ничего вокруг. Сердце бешено выпрыгивало из груди, а в висках лишь повторялась одна фраза: «Ты никогда не увидишь малыша!» Тихий ужас сковал девушку, и она готова была разрыдаться, так горько и обидно ей стало. Но вот машинальным жестом она положила руку на живот. «Это мой ребенок. И будь проклят тот, кто попытается его у меня отнять! Не бойся, малыш, мамочка тебя не бросит. Никогда!» - с этими мыслями Хейли мигом откинула все жалостливые мысли в свой адрес. Кто он такой, чтобы из-за него рыдать? С каждой секундой страх покидал душу девушки, заменяя его яростью. Она не позволит Клаусу отнять у нее ребенка. Хейли решила бороться. За себя и за малыша. «Пусть он и суперсильный вампир, но нет ничего могущественнее матери, защищающей свое дитя. Берегись, Клаус Майклсон. Я объявляю тебе войну!» Приободрившись, Хейли улыбнулась, бросила последний взгляд на луну, которая дала-таки ей ответы, и пошла в дом. Но сон не шел к ней этой ночью. Девушка терзалась в сомнениях, какой план ей выбрать. Бежать? Но куда? У нее нет ни близких, ни денег, ни новых документов, чтобы скрыться. Да и Марсель все еще может ее поймать и убить. Тут Хейли вспомнила про Софи и остальных ведьм, которые используют ее как преимущество перед Клаусом. Они тоже будут не рады ее исчезновению. Таким образом, девушка откинула вариант побега. Убить Клауса она не сможет. Вся уверенность девушки быстро испарилась, и если совсем недавно она была полна энтузиазма, то сейчас готова была зарыдать в подушку. «Гормоны просто убивают меня!» Хейли вскочила с кровати и начала мерить шагами комнату. - Должен же быть какой-то выход! – убеждала она себя, шагая босиком по паркету. Наматывая круги, Хейли вдруг осознала, что половицы очень скрипят, и Клаус в курсе, что она не спит. «Плевать!» Девушка сделала следующий шаг и почувствовала, как половица прогнулась под ней. Хейли замерла в неожиданности. Остальные не скрипели. Только эта. Волчица вспомнила, как в детстве, в семье приемных родителей, делала себе тайники, пытаясь спрятать самые дорогие ей вещи подальше от любопытных глаз. Хейли нагнулась и начала ощупывать пол пальцами. Она нашла странную, едва уловимую шероховатость и нажала на половицу. С тихим скрипом она открылась, и взору девушки предстала коробка. - Бинго! – обрадовалась Хейли. Может это отвлечет ее от грустных мыслей. Словно маленькая, она открыла коробку и начала тщательно изучать содержимое: книга в кожаном переплете, старинный кулон и баночки с какими-то зельями. Хейли рассмотрела украшение: драгоценные рубины так и сверкали, маня к себе взор девушки. Она положила его на место и приступила к изучению пузырьков. Открыв один из них, волчица учуяла такую вонь, что сразу исчезло желание рассматривать остальные. Тут девушка услышала, как хлопнула входная дверь. Клаус ушел. Хейли вспомнила, как еще раньше, он говорил, что посетит вечеринку Марселя. «Ну и катись к черту!» - пылая праведным гневом подумала Хейли. Она быстро выбросила Клауса из головы и вновь сосредоточила внимание на таинственной коробке. Пришла очередь книги. Девушка аккуратно достала ее из коробки, трепетно провела пальцами по мягкой коже и открыла ее. Оказалось, что это не книга, а дневник. Падкая на такие вещицы, Хейли радостно улыбнулась и усевшись в кресло, принялась читать. Почерк был красивый, но записи сделаны небрежно, совершенно неупорядочено, нигде не стояло никаких дат. Поэтому Хейли сделала вывод, что кто бы это ни писал, был натурой импульсивной и безбашеной. «Уж не Клаус ли это писал?» - с отвращением подумала Хейли. Но первые же строчки убедили ее в обратном, и она погрузилась в мир чтения:

« Поскольку моя персона чрезвычайно интересна и многогранна, я спешу написать эти заметки, ибо считаю, что нечестно лишать будущие поколения знакомства с таким выдающимся человеком, как я. Назовем это моими мемуарами. Мемуарами вампира-убийцы. Имя мое – Кол Майклсон. И да, вы правильно поняли, я вампир. Не простой, а самый настоящий Первородный. Я высший сорт аристократии своего вида. Быть вампиром безумно весело! Я могу убивать, внушать людям делать то, чего желаю я, стирать их воспоминания. Веселье в моей жизни никогда не заканчивается, сплошное празднество тела и души. Хотя, что душа для вампира…. …вновь объявили меня еретиком. Меня жгли на костре. Видели бы вы их напыщенные лица, такие важные в париках и лосинах! Каково было их удивление, когда я остался жив. Но в этот раз «добрые граждане» и «верные христиане» не растерялись и попытались отсечь мне голову мечом. Стоит ли мне говорить, что я лишил их сердец? Думаю, вы и так уже поняли, какой скверный у меня характер… Я был заколот 95 лет. За это время во Франции свергли монархию. Какая жалость. Мне нравилось бывать в фаворе у очередной герцогини. Но, логически размышляя, любую власть, что лишает тебя свободы, нужно свергнуть. А меня в общей сложности лишили 325 лет. Этого я ему никогда не прощу! Клаус зашел слишком далеко, он давно пересек ту черту. Его нельзя ни простить, ни понять. Можно лишь отомстить! Год 1893. Клаус снова вытащил из меня кинжал. Сказал, что пора забыть наши пустячные разногласия. Он готов простить мне мою вздорность. Это мою то? От слуг я узнал, что Ребекка заколота уже 60 лет. Элайджа где-то путешествует, или преподает философию в Сорбонне. Я не запомнил детали. Селена мертва, а я не смог даже попрощаться. Я еще больше его ненавижу! Мало того, что меня поместил в гроб в своем подвале, так еще и убил мою любовь. Гори в аду, братец!»

Хейли была в шоке от прочитанного. Еще одна душа, искалеченная от рук Клауса. «Как его только земля носит?» - размышляла Хейли, пока пыталась унять бешенное сердцебиение. Девушке стало безумно жаль этого парня. Интересно, что с ним сейчас? Он жив? Или мертв? Тут страшная догадка посетила волчицу. А что если он сейчас лежит в гробу, в подвале? Что если он там, и стоит лишь вынуть кинжал, как он оживет? Вероятность такого исхода одна на миллион, ну а вдруг? Вдруг Хейли поняла, что Кол может стать решением ее проблемы – он ненавидит своего брата, а значит, поможет ей. Конечно, девушка не хотела ссорить братьев больше, чем это уже есть, но ради ребенка она пойдет на все. Не желая больше тянуть, ведь чем дольше она ждет, тем больше в ней надежд, Хейли тихо выскользнула из спальни и, стараясь не шуметь, пошла вниз, в подвал. К ее удивлению, «подвал» - оказался темной комнатой, обитой бордовыми обоями, на стенах горели светильники, а в центре стояло три гроба: два открытых пустых и один закрытый. Пока все шло, как нельзя лучше. Хейли, подавляя страх и беспокойство, открыла крышку гроба и вздрогнула. Она и не думала, что брат Клауса, тот самый, чей дневник она читала, тот, кого не раз сжигали на костре, кто наверняка учинил много неприятностей при французском дворе, так…молод! Дрожащей рукой девушка достала кинжал из его сердца и стала ждать. Она лишь надеялась, что он оживет до прихода Клауса. Хейли отметила, что, даже не зная этого парня, уже надеется на его защиту перед братом. Что-то в его манере…из-за дневника Хейли почувствовала, что они немного похожи. Хотя, девушка не отрицала возможности того, что ошиблась. И Кол совсем не такой, как она. Но вот вампир пошевелил пальцами. Хейли испуганно отошла в сторону и стала наблюдать. Кол вновь пошевелил, на этот раз рукой. Его глаза резко распахнулись, и Хейли не удержалась, чтобы не вскрикнуть. Девушка нервно попятилась назад, не сводя глаз с вампира, который уже вернул себе естественный цвет кожи и бодро стоял на ногах. Парень с любопытством наклонил голову набок и ехидно спросил: - И что тут у нас? Красавица, ты явно зашла не в тот подвал… - с коварной усмешкой парень надвигался на нее, не сводя глаз с ее шеи. Только тут Хейли осознала, что оказалась один на один с голодным вампиром. - Ты ведь Кол Майклсон, так? – гордо вскинув голову, спросила Хейли. Ответом ей послужил легкий кивок парня. Его заинтересовал такой поворот событий. – Тогда ошибки быть не может. Я там, где мне нужно. - Дорогуша, это конечно мило, но кто ты? - Меня зовут Хейли. Мне нужна твоя помощь против Клауса. – Девушка решила не темнить и выложила все как есть. - Считай, что я заинтересован. Продолжай. – Кол изучающе рассматривал стоящую перед ним брюнетку. - Я беременна от Клауса. Но он хочет лишить меня моего ребенка, как только тот родится. Я не допущу этого ни за что! Поэтому, когда я нашла твой дневник – кстати, ты довольно нахальный и самонадеянный, но от этого было только увлекательнее читать – то решила, что ты мне поможешь. Ведь ты его ненавидишь, да? – Хейли устремила на него взгляд пронзительных карих глаз. Сейчас он или согласится помочь, либо погубит ее. Но Кол лишь скептически нахмурил лоб и сказал: - Детка, а я думал, что ты пришла с серьезными намерениями! Не люблю разочарований. Ты беременна от моего брата? Вампира, чье тело физически не способно к размножению? - Кол скривился и добавил: - Хотя надо отдать тебе должное, ты первая девушка, что заставила меня говорить о теле моего брата. Но суть не в этом. А в том, что врать не хорошо! Знаешь, что я привык делать с маленькими красивыми лгуньями? – хищно оскалился Кол и двинулся в сторону Хейли. - Подожди, стой, не делай этого! – закричала Хейли, вся сжимаясь от страха за ребенка. Она умоляюще смотрела на Кола и сказала: - Зачем бы я освобождала тебя и врала? Какой в этом смысл? Казалось, ее слова подействовали на Кола, потому что он спрятал клыки и более дружелюбно смотрел на Хейли. - Допустим, это так. Но что ты хочешь от меня? - Помощи. Я не хочу потерять ребенка. Клаус ведет войну, он ему нужен для власти. Я не могу сбежать, да еще и ведьмы меня не отпустят. Они в отчаянии, и если не смогут получить с меня выгоду, то убьют. Одна из них даже привязала меня к себе. Я не могу так рисковать жизнью малыша. Ты ведь поможешь мне, да? Прошу тебя! - С чего ты взяла, что я захочу помогать тебе? Я тебя не знаю – резонно заметил Кол. - Но я спасла тебя. – Возразила Хейли. - Да, для своей выгоды. Очень благородно с твоей стороны. – Кол насмешливо отвесил ей поклон. - Так ты не поможешь мне? – уже не в силах скрыть отчаяния, спросила Хейли. - Нет! – насвистывая, Кол двинулся к выходу. – У меня другое представление о жизни, которую я хочу вести. Месть Клаусу сюда не входит. Слишком много раз я пытался. Это бесполезно… - с болью в голосе добавил он. - Знаешь, я думала, что ты поможешь, потому что ты бесстрашный! И не струсишь перед Клаусом! Жаль, что я так ошиблась в тебе. – В сердцах крикнула Хейли, из последних сил борясь с подступившими слезами. На секунду Кол остановился в дверном проеме. Он опустил голову и горько усмехнулся. - Жаль разочаровывать тебя, дорогуша. – С насмешкой сказал он. И добавил нормальным голосом: - Береги себя. Кол ушел. А Хейли наконец дала волю слезам, которые накопились в ее душе. Она рискнула и проиграла. Кол ей не поможет. Как же ей теперь быть с Клаусом? Ведь ему не потребуется много времени, чтобы понять, что младшего брата нет в гробу. «Что я наделала?» - с горечью думала Хейли.