Интриги чужого мира

Когда Юми возвращается – плащ по колено в грязи, от эмоций веет усталостью и смутным удовлетворением, голова пациента лежит на коленях Юки. Рюкзак на ней только один. - Здесь не так уж далеко достаточно глубокая пещера. Полчаса ходьбы. - Остаётся главный вопрос: как? – Вздыхает Юки. Юми молчит, предоставляя право решения ей. Взрослый раненный мужчина – это даже не сумка, по камням волочить чревато. – Я возьму под руки. С остановками, надеюсь, доберёмся. – Юми качает головой, но сестра и сама знает, что это будет из разряда нереального. – Кетцуки-сенсей учил меня увеличивать силу за счёт чакры. Я надеюсь, это поможет. В эмоциях Юми проскальзывает ненависть и облегчение одновременно, но она молча достаёт из кармана перчатки, натягивает их и берёт мужчину за ноги: - Я скажу, куда идти. Когда они подбираются к пещере, Юки понимает, что ненавидит горы, леса и дожди. И этого мужчину, так неудачно им подвернувшегося. Периодически она мечтает его бросить где-нибудь здесь, но – жалко. Да и она понимает, что это всё не всерьёз. Руки трясутся от усталости. Они устраивают пострадавшего головой на его же рюкзаке и падают на жёсткий каменный пол, как на перину. Спустя какое-то время Юми начинает слабо шевелиться, Юки равнодушно наблюдает за копошением сестры. Она указывает рукой на влажные ветки, которые, видимо, собрала сразу после обнаружения пещеры. Юки качает головой – это бесполезно. Придётся им как-то ночевать без огня. Ничего страшного, такое тоже бывало. Правда, Юки плохо представляет себе, как это скажется на больном. Точнее, очень хорошо себе представляет, что это будет плохо. Вздохнув, Юми начинает переодеваться в чуть более сухую, но зато гораздо более чистую одежду из рюкзака. Достаёт неизменный их тонкий плед. Юки кивает и, с трудом поднявшись, вытаскивает самый тонкий и дешёвый спальник, который они смогли найти. Поразмышляв, девочки устраивают спальник вместо матраса, ложатся спать с двух сторон от мужчины и накрываются пледом. Неудобно, но неопасно. И девочка действительно пытается заботиться о своём пациенте. А ещё Юки не хочет знать, какое выражение лица у Юми, вынужденной находиться к кому-то так близко. Не хочет! Когда Юки просыпается, сестра уже встала. Дождь закончился, и Юми исследовала территорию вокруг их временного убежища. Юки проверила состояние мужчины – прежнее – и немного подлечила синяки, ушибы и – с крайней осторожностью – голову. Юми пришла спустя несколько часов. Уставшая, но довольная: - Тут недалеко есть родничок, я набрала флягу. А ещё через несколько часов должна будет деревня. Я думаю, там можно будет купить немного продуктов. - Юи… Они в бегах чуть больше месяца – и не попались. Но стараются не высовываться до сих пор, хотя дважды пересекли границы и находятся в другой стране. Немалую роль в такой жизни – отвратительной, изматывающей – сыграла паранойя Юми. Это она закрывала глаза и сжимала в ладошках руку Юки, проверяя, изменилось ли будущее, это она вздрагивала от резких звуков и случайных прикосновений. Это она плакала по ночам – то тихо, беззвучно, то громко, навзрыд, умоляя кого-то остановиться, или что-то бессвязно шепча. В конце концов, Юми даже не давала ей толком лечить свою ладонь, и Юки справедливо опасалась какой-нибудь заразы. Не говоря уже о том, что пальцы левой руки Юми работали хуже, чем правой. Тем не менее, этот месяц совместного путешествия сблизил их сильнее, чем несколько лет дружбы в прошлой жизни. Они понимали друг друга без слов, Юки даже иной раз казалось, что она может читать мысли сестры. Вот и сейчас она поняла, что сестра приняла решение. - Так нельзя жить вечно. Пора как-то адаптироваться к этому миру. В Сунну нам путь заказан, шиноби мы уже врядли станем… Но мы должны жить дальше. Я очень рассчитываю на благодарность этого человека… - Ты знаешь, кто он? Юми слабо улыбается: - О, я не буду портить тебе удовольствие от знакомства с этой одиозной личностью. Юки хмыкает: всё равно всё узнает. Они живут в этой забытой богами пещере ещё дня четыре. К счастью, дождь больше не шёл, иначе это было бы слишком большое испытание для нервов Юки. Пациент в себя не приходит, и Юки не знает, лучше ли ему или все усилия напрасны. Юми медитирует. Она замирает и часами сидит, сложив руки на коленях. Медленно, но верно, это начинает бесить Юки всё больше и больше. - Послушай. Нам давно пора поговорить. - Я внимательно тебя слушаю, сестричка. - Ты доверяешь мне? Не задумываясь: - Да, - а в эмоциях полное смятение, коктейль из страха, нежности, опасения и горечи. - Не похоже, - усмехается печально Юки. – Я понимаю, что последние несколько лет, мы… Не могли друг другу доверять. Но… Дороже тебя в этом мире у меня никого не найдётся. Я точно знаю, что ты стараешься заботиться обо мне. И отчего-то вбила в голову, что всё это, - Юки обвела рукой пространство перед собой, - всё это – твоя вина. Это бред. Запомни. Я здесь – по своей воле. А теперь, позволь мне тоже заботиться о тебе. Я постараюсь не выпытывать у тебя, что и как произошло, но то, что ты даже не даёшь себя посмотреть, причиняет мне боль. Юми вздохнула, с силой проведя рукой по волосам: - Я предполагала, что рано или поздно этот разговор случится… - Ты же не думала, что я позволю тебе отмалчиваться слишком долго? Юми улыбнулась: - Нет. Всё-таки нет. Давай начнём возвращать доверия с чего-то попроще? Я тебя очень люблю, но не готова вот так сразу… - Что не готова? Лечиться? Так, знаешь ли, самолечение чревато осложнениями. Конечно, я не врач, но надеюсь, могу чуть больше чем ты. – Неуверенность. Чья? Её или сестры? – Я очень хочу тебе помочь. Позволь уже, наконец, отплатить тебе тем же! О, а вот теперь упрямство. Почти сформировавшийся отказ. Ну нет, так просто Юки не сдастся! - И прекрати уже строить из себя мученицу! - Что? - А как, по-твоему, это выглядит?! Всё возьму на себя, буду молчать и мучиться, упиваясь собственной значимостью и жертвенностью, так да?! - Юля… Всё… Совсем не так! - Конечно, не так! И, разумеется, тебе не нравится страдать. Тебе нравится себя жалеть, нет? - Нет… Нет… Я просто… А, ксо! Зачем ты так? – Юми обняла себя руками, и закусила губу. Она хотела заплакать. - Зачем? Неужели не понимаешь? Чего ты там боишься? Чего, как ты думаешь, я не знаю? Юми вдруг вздрогнула, а потом словно закрылась. Все эмоции как отрезало. - Делай, что хочешь. – И протянула руку. Это не то, чего Юки хотела добиться. Но лучше, чем ничего. Лучше, чем делать вид, что всё в порядке. Делать вид, что доверяешь. Терпеть, в конце концов, всё то, что Юми, наверняка, уже наворотила. И ещё наворотит. Просто потому, что будет считать это правильным. Юки не хочет, чтобы за её спиной решали, что для неё хорошо, а что нет. Хватило приюта в Сунне.