Вчера

— Новости есть? — деловито поинтересовался Северус. Еженедельные посиделки уже стали у них хорошей традицией и, каждый раз, прежде, чем приступить к серьезной беседе, они удалялись в кабинет, обстоятельно запирали дверь и обвешивали помещение всеми известными им чарами, защищающими от подслушивания, подглядывания и прочих методов выведать чужие тайны. — Нет, — покачал головой Люциус. — А у тебя? — Про пророчество ничего определенного, но я слышал, что Лорд интересуется беременными ведьмами. Даже, насколько я мне удалось узнать, в Мунго у него появился свой человек, — проинформировал Снейп. — Плохо, — вздохнул хозяин кабинета. — Но с другой стороны, он все еще ничего точно не знает. — Узнает. Рано или поздно, — мрачно предрек Северус. — Поттеры все еще не спрятаны, а, стало быть, Лили угрожает опасность. — Если к моменту рождения ребенка они все еще не будут надежно укрыты, будем действовать по плану. Пойдешь к Дамблдору, расскажешь ему о своих чувствах к Лили, о долге жизни, покаешься во всех смертных грехах. И, если он предложит тебе работать еще и на него — согласишься. — Мне он не нравится, — недовольно пробурчал зельевар, вставая с облюбованного кресла и подходя к бару. — Лорд — хуже, — убежденно сказал Люциус. — Допустим, пророчество истинное. Допустим, Его Темнейшество рано или поздно все-таки угробит этот ребенок. Тебе нужно быть белым и пушистым. — Можно подумать, что тебе это не нужно, — ехидно фыркнул Северус, перебив друга. — Нужно, но я могу откупиться, а от меня ты денег на это не примешь, во-первых, — принялся втолковывать Люциус, для наглядности загибая пальцы. — Во-вторых, связи мои для этого не захочешь использовать, а в-третьих, даже если я не сумею обелить себя, а уж поверь мне, я уже прилагаю к этому усилия, у Драко должен остаться кто-то, кто сможет его поддержать. — Эк ты хватил, — скептицизм так и фонил в голосе Снейпа. — Ребенок этот еще родиться должен, а потом вырасти, а уж потом, может быть, он и до Лорда доберется. Но лет до этого чудесного момента пройдет не один десяток. И крестник к этому моменту, возможно, уже совсем взрослым будет. — Сев, ты как маленький, — вздохнул Люциус. — Репутация — это такая вещь, которая портится моментально, а восстанавливать ее — долгий и очень трудоемкий процесс. Мы с тобой в дерьме по уши, и если мы прямо сейчас ничего не предпримем, то в нем и останемся. А что Драко вырастет к тому моменту, что ж, может и так, но думаешь, взрослому мужчине не нужен рядом тот, на кого можно опереться? Знаешь, в эту эскападу с Лордом меня отец втравил, и я не в восторге, но он же всё равно дал мне очень многое, и мне его не хватает... Я понимаю, что тебе пришлось научиться жить без отцовской поддержки, но... это не самый легкий опыт, и я не хочу такого для Драко. — Мне придется обращаться к Дамблдору несколько раньше, чем это предусмотрено планом, — отпив немного коньяка, поведал Снейп. — Лорд жаждет завести своего человека в Хогвартсе, а тут, по его данным, Слизнорт увольняется, ну и ничего лучшего, чем поручить мне устроиться на должность зельевара, Его Темнейшевству в голову не пришло. — Нам это только на руку! — оживленно заявил Люциус. — Это лучшая новость с момента рождения Драко! — Да уж, куда лучше-то, — скривился потенциальный преподаватель. — Не представляю себя в роли учителя, особенно вспоминая свои школьные годы. Как представлю, что нужно будет первокурсникам объяснять тонкую науку зельеварения, так вздрогну. — Зато у тебя будет гарантированно прикрыт тыл, — попытался утешить друга Малфой. — Только это и утешает, — кисло согласился Северус. — И когда ты пойдешь к Дамблдору? — сочувственно спросил Люциус. — Завтра. *** — Я не хочу работать в Хогвартсе! — орал Северус, вихрем носясь по кабинету своего друга. Он пребывал то в шоке, то в ярости с той самой минуты, как расстался с Дамблдором, и единственное, чего ему хотелось — это кого-нибудь растерзать, ну, или в крайнем случае, что-нибудь разрушить. — Я вообще ничего не смыслю в преподавании! А с меня требуют какой-то “учебный план”! Каких-то описаний моей методики обучения! А еще называют “мальчик мой” и пытаются пичкать какой-то сладкой мерзостью! Люциус сочувственно смотрел на друга, но благоразумно молчал, ожидая, пока тот выговорится и хоть чуть-чуть остынет. — Я получал диплом зельевара, а не подтирателя сопливых носов! — разорялся несчастный, но было видно, что запал уже прошел и он постепенно начинает успокаиваться. Наконец, он выдохся и с наимрачнейшим выражением на лице уселся в кресло. Чуткий и очень хорошо знакомый с мастером зельеварения лорд Малфой молча пододвинул ему бокал с коньяком, который был осушен страдальцем буквально в один глоток. — Проорался? — очень тихо и спокойно поинтересовался Люциус и, получив злобный взгляд исподлобья, улыбнулся краешками губ. — А теперь внятно и членораздельно изложи, как прошла беседа с Дамблдором. — Нормально прошла, — буркнул Северус и, привычным жестом призвав думосброс, поделился воспоминаниями с собеседником. Тот так же привычно изучил их, а закончив, выжидательно посмотрел на друга. — И что ты собираешься делать? — как можно спокойнее и при этом дружелюбно спросил Люциус, опасаясь новой вспышки гнева. Переживал он скорее за душевное равновесие друга, чем за собственную безопасность, а сочувствие, светящееся в его глазах, было совершенно искренним. — Можно подумать, у меня богатый выбор, — ядовито фыркнул Северус. — Хвала Мерлину, что я начинаю свою преподавательскую карьеру не в этом году. Люди Лорда ошиблись, у Слизнорта, оказывается, контракт еще на один учебный год. А до той поры... Помимо всего прочего, буду разрабатывать учебный план, методики, ну и все в этом духе. Придется учиться преподавать, как бы я ни относился к этому занятию, — в словах его не было ни капли не то что энтузиазма, но даже надежды на успех предприятия. — Я могу тебе чем-нибудь помочь? — осторожно спросил Малфой. — Можешь, — осклабившись, ответил Снейп. — Авада Кедавра будет в самый раз!