Вчера

— Лорд все еще ищет Поттеров, — сообщил Люциус. — Знаю, — буркнул Северус. — Он, по-моему, только этим и занят с тех пор, как Дамблдор спрятал их еще осенью прошлого года. Совы до сих пор не находят Лили. Но мне все равно неспокойно. Вид у зельевара был наимрачнейший и полностью соответствовал происходящему в волшебном мире, в котором Темный Лорд и Светлый Маг кружили вокруг друг друга, словно стервятники, иногда нанося удары. — Лонгботтомы его совершенно не заинтересовали, — протянул Малфой. — Интересно, почему? — Кто его знает? — вопросом на вопрос ответил Снейп. — У него вообще с головой как-то не очень хорошо в последнее время. Лорда, по-моему, мало что интересует, кроме как задеть Дамблдора побольнее и все-таки разыскать ребенка из пророчества. — Я боюсь, — признался Люциус. — Завтрашний день так призрачен, а у меня сын... — Все боятся, Люц, — отозвался Северус. — Мне тоже невесело. — Если со мной что-то случится, — начал было лорд Малфой, но был прерван гневным взглядом собеседника. — Даже не думай! — рыкнул Снейп, подходя к любовнику, сгребая его в охапку и впиваясь в его губы поцелуем. — Впрочем, если с тобой действительно что-то случится, я позабочусь о Драко и Нарси, — пообещал он, разорвав жесткий поцелуй, в котором отчаяния и желания поддержать друга было куда больше, чем страсти. Чутье обоих Пожирателей вопило о том, что в самое ближайшее время должно произойти нечто важное. Они десятки раз рассчитывали, что же это может быть, и все их прогнозы были весьма и весьма пессимистичны, но оба, каждый в меру своих сил и способностей, старались оградить от неприятностей Нарциссу. Та делала вид, что верит им, и лишь когда оставалась наедине с собой, давала себе послабление. Тогда вместо улыбки на прекрасном лице леди Малфой проявлялся дикий ужас, и она с огромным трудом удерживала себя от того, чтобы броситься с детскую, схватить сына на руки и аппарировать с ним куда-нибудь подальше. Это было мучительно, но Нарси раз за разом находила в себе силы не поддаваться панике, понимая, что бегство позволит лишь ненадолго скрыться от опасности, но не более того: Темный Лорд, победив в Англии, примется за остальной мир, а исчезновение наследника Малфоев подставит под удар и мужа, и любовника. “Почему этот ублюдок так пристально следит за нашей семьей? Что ему от нас нужно?” — идя по коридору, чтобы позвать мужчин к обеду, задавалась вопросами Нарси, но ответов у нее не было. Леди Малфой постучала по гладкой полированной поверхности двери в кабинет мужа, автоматически отметив, что та чуть ли не светится от заклинаний. Это было странно и разбудило любопытство, но начать анализировать составляющие волшебной сети она не успела: та просто исчезла, а дверь настежь распахнулась. Но самое интересное в этой ситуации было не это, а то, что нечто подобное происходило отнюдь не впервые. — Пора обедать, — сообщила Нарцисса, изображая на лице подходящее к случаю выражение и в то же время настороженно и внимательно оглядывая и кабинет, и находившихся там мужчин. В помещении царил привычный порядок, ничто не бросалось в глаза и не наводило на мысли о том, зачем дверь была тщательно заперта, а вот Люциус и Северус... У Нарси было четкое ощущение, что они буквально только что разговаривали о чем-то важном, и беседа смутила их обоих, ненадолго выбив из равновесия. — Вы ничего не хотите мне рассказать? — как ни в чем не бывало поинтересовалась леди Малфой после обеда, когда домовики убрали со стола и подали десерт. Ее мужчины переглянулись и синхронно выдали отрицательный ответ, принявшись наперебой уверять, что все в порядке и ничего достойного ее внимания не происходит. — Ну конечно, — протянула Нарцисса, аккуратно положив ложечку на блюдце. — В таком случае я — самка сивого фестрала. Северус на это заявление лишь тихо фыркнул, а Люциус укоризненно поглядел на жену. — Думаете, вы самые лучшие на свете конспираторы? — поинтересовалась Нарси, но не дожидаясь ответа, продолжила свою мысль: — Вынуждена вас разочаровать: нет. Я знаю, что вы как минимум раз в неделю запираетесь в кабинете и о чем-то беседуете. Длятся ваши совещания с прошлогодней зимы, и что-то мне подсказывает, что вы там не цену на шкурки бумслангов обсуждаете. — Нарси, — мягко сказал Люциус, невинно улыбаясь, — ведь двое мужчин вполне могут мирно пить виски в тиши кабинета... — Могут, но для этого не нужно настолько серьезно запирать двери, — не менее невинно улыбаясь, мурлыкнула Нарцисса. — Давайте вы не будете вынуждать меня начинать расследование, а просто сами расскажете, что задумали, — перестав улыбаться, серьезным тоном предложила ведьма. — Мы всего лишь хотим уберечь тебя от волнений, — попытался оправдаться Северус, но, видя, что его попытка провалилась, замолчал. — Драко занимает все твое время, он такой болезненный, — подал голос Люциус. — Незнание не всегда уберегает, а нашему сыну нужно просто немного подрасти, когда он станет старше, он будет гораздо крепче. Буду я посвящена в ваши тайны или нет, состояние его здоровья от этого никак не изменится, — леди Малфой решительно отмела в сторону попытки заговорить ей зубы. — Я догадываюсь о чем вы там шепчетесь... — она обвела задумчивым взглядом собеседников и вздохнула. — Думаю, вы обсуждаете там политику. А точнее — нашего Лорда и Дамблдора, а также их действия, перспективы и ищете возможность с минимальными для нас потерями выйти из войны, которую эти двое усиленно провоцируют. Но, судя по тому, что мы все еще сидим тут — безрезультатно. Люциус с Северусом еще некоторое время упирались, но их леди была непреклонна: она желала знать, что происходит и полагала свое участие небесполезным. Наконец, мужчины сдались и рассказали супруге обо всем, что знали сами. Таким образом, тесный кружок заговорщиков расширился, обретя нового члена.