Шоколад

Сегодня был праздник. День, когда девушки выражают свою симпатию при помощи такой незатейливой вещицы, как шоколад. Денек выдался очень пасмурный. Небо хмурилось, а воздух казался серого цвета. Даже белый снег, что еще вчера поблескивал на солнышке, потерял свою чистоту. Но рыжеволосый парень спешил домой, совсем не обращая внимания на прохожих, что удивленно на него взирали. Его не волновала погода и что на дворе вовсе не месяц май, он бежал в легкой ветровке и пытаясь немного согреть руки, периодически выпуская пар изо рта и дыша на них. Ичиго надеялся застать там маленькое чудо, что не явилось в школу, пропустив занятия. А еще он хотел бы увидеть в ее руках коробку шоколада, которая бы предназначалась ему. Все дело в том, что Куросаки уже давно испытывал чувства к шинигами, что поселилась в его шкафу. И со временем парень понял, что это вовсе не дружба, а нечто большее. У этого даже было название, которое рыжий пытался скрыть сам от себя, что было конечно напрасной тратой времени. Любовь, да-да, он был влюблен. А окончательно убедился в этом совсем недавно, вскочив посреди ночи и раскрыв двери шкафа, чтобы удостовериться, что маленькая надоеда еще там и никуда не делась. А потом целое утро выслушивать, что врываться в чужую спальню это не прилично, на что он отвечал, что это шкаф, а комната у них давно общая. При этом всячески избегая объяснений его поступка. Ну как можно рассказать, что он просто не услышал ее дыхания? Нет, Ичиго был совсем не параноиком, но эта девчонка просто не оставила ему выбора, когда сама того не замечая, приучила засыпать Куросаки под ее мерное сопение, а еще немного странной рейацу, что окутывала его по ночам, словно одеяло. А еще парень никак не мог перестать думать о снеге, но не о том, что падает с небес, а о том, что создан ее душой. Ему казалось, что эти маленькие льдинки проникли в его сердце, пытаясь согреться. И вот сейчас, когда занятия окончились, рыжий бежит по улицам города, словно от этого зависит его жизнь. Вот мелькают знакомые здания, лица соседей, и дверь, которую знает с детства. Открыв и войдя внутрь, парень просто засветился от радости, увидев аккуратно стоящие сапожки брюнетки и висящее пальто. Свои же вещи он просто небрежно кинул, взбегая на второй этаж. Комната с цифрой пятнадцать встретила его приоткрытой дверью. Заглянув внутрь, Ичиго увидел Рукию, которая сидела за столом спиной к нему. Сделав глубокий вдох, он вошел, при этом стараясь ничем не выдать свое волнение. - Рукия, почему пропустила занятия?! – громко спросил Куросаки, хотя совсем не с этого хотел начать разговор. Девушка дернула плечиками, словно испугавшись. А затем начала быстро что-то прятать, но от парня не укрылась коробка с ярко красными сердечками. - Кому это? – поинтересовался Ичиго, пытаясь скопировать манеру разговора Ичимару Гина, но было больше похоже на Зараки Кенпачи, который нашел подходящего противника и просит с ним сразиться. - Не твое дело, - огрызнулась шинигами, наконец-то повернувшись к нему лицом и пряча за спиной ту самую коробку с шоколадом. Сказать, что Ичиго был зол, значит просто промолчать. Парня просто захлестнул гнев, а еще чувство ревности. Руки сжались в кулаки, а рейацу стала пульсировать с огромной силой. Что-что, а ревность это сильное чувство. «Значит, есть другой! У моей Рукии есть другой!» - думал парень, склоняясь над девушкой. - Отдай, - прохрипел он. Только немного удивился, потому что голос был больше похож на разгневанного пустого, что мирно спал в его внутреннем мире. По крайней мере, рыжий на это надеялся. - Нет! – заявила Кучики, гордо подняв личико перед опасностью в виде Временного шинигами. – И вообще, я сама их купила, тебя это ни в коем случае не касается. А деньги я взяла у твоего отца! - С ним я позже поговорю, но прошу, не зли меня. Отдай коробку. Глаза Рукии расширились от негодования, казалось, что в них кроется сама буря все эмоций и чувств, что только есть на свете. На щеках появился румянец, что еще больше подчеркивал белизну ее кожи. Темные волосы немного взлохмачены, придавая всему виду девушки какой-то растерянности и детской наивности. Парень перевел взгляд на ее губы, которые та нервно покусывала. Ему так захотелось поцеловать ее сейчас, стоит только немного нагнуться и она уж точно никуда не убежит. Но снова мелькнула коробка, что сжимали ее тонкие пальчики. Парень что-то непонятно рыкнул, отстраняясь. - Я вижу, ты сделала выбор. Ну и пусть, обойдусь, - сказал он, отворачиваясь. – Если ты любишь его, то я… Парень так и не смог закончить фразу, слишком больно было представить Рукию в объятиях другого. - Люблю, - буркнула Кучики, немного нахмурившись. - Но тебя сильнее, - прошептала она, обнимая Ичиго и уткнувшись в его спину так, что даже через кофту чувствовалось горячее дыхание брюнетки. – Вот, угощайся. Перед носом Куросаки мелькнула та самая коробка с шоколадом. И до него только сейчас начали доходить слова шинигами, что сейчас прижимается к нему. «Любит, любит, любит!» - повторял он про себя, словно заведенный. Ичиго отстранился от девушки и повернулся к ней лицом. Сейчас его глаза светились такой решительностью, что даже Айзен бы струсил. - Я тебя люблю, - четко произнес он, обнимая Рукию. – И никому не отдам, кто бы он ни был, - серьезно сказал парень и поцеловал шокированную Кучики. Впрочем, та ответила на поцелуй, зарываясь пальцами в рыжих волосах. Ичиго отстранился и посмотрел на девушку. Он хотел узнать, кому же предназначался этот шоколад. Брюнетка лишь улыбнулась, прижимаясь к его груди. - Я и не знала, что ты так любишь шоколад. И прости, что хотела съесть его одна, в следующий раз обязательно поделюсь. Просто цены за последний месяц так выросли, а еще везде нарисовали эти глупые сердечки. Не понимаю я людей, ведь Чаппи намного лучше, - протянула Кучики немного насупившись. Ичиго стоял, пытаясь переварить слова Кучики. Получается, что она ничего не знала про четырнадцатое февраля, а он ревновал к коробке шоколада! «Да, с этой шинигами не соскучиться», - подумал парень, «Хотя, она все равно первая призналась» - улыбнулся Ичиго и поцеловал Рукию, отшвыривая куда-то в сторону коробку сладости. Шоколад подождет, он уже выполнил свое главное предназначение.