Знал бы, где упасть...

Господин (Андо) Асано Хикеру Двадцать пять лет назад Сколько Керу-тян себя помнил, он всегда был один. Ну, не один, конечно, но школу с общежитием семьей не назовешь. Друзья друзьями, но родительской заботы и нежности все таки хочется каждому ребенку, а этого-то как раз у него и не было. У него вообще ничего не было из того, что имели другие дети. Не было теплого дома, семейных праздников, Рождества и Золотой недели, братьев-сестер, походов в зоопарк и Луна-парк, дней рождения и подарков. А был вечно занятый отец-омега, работавший стилистом у популярного рок-певца, который постоянно мотался со своей звездой по турне и гастролям, навещая сына редко и как-то поспешно, словно отдавая некий долг, или боясь, что мальчик окончательно забудет его лицо. Торопливо и жадно лаская сына, отец с тревогой вглядывался в подраставшего Керу, и это выражение в отцовских глазах было мальчику совсем непонятно. Что не так с его внешностью, и почему отец так на него смотрит? Законченный холостяк дядя Кен приходил чаще, бывало, он даже брал Керу к себе на выходные. С ним было проще, чем с отцом, можно было спросить всякое, не задумываясь о том, умный вопрос или не очень, и получить исчерпывающий ответ, обстоятельный и спокойный. -Я что, урод, дядя? Отец каждый раз так странно на меня смотрит... - как-то рискнул он удовлетворить давно мучавшее его любопытство. -Нет, не урод, Керу... - вздохнул обычно жизнерадостный дядя, - наоборот, ты слишком красивый... пугающе, невероятно красивый. Ты просто лакомый кусочек для нахальных самцов, и твоего отца беспокоит это. Прости, что говорю об этом сейчас, но ты уже старшеклассник, и должен знать правду жизни. Будь осторожен с альфами, не кокетничай и не давай повода к флирту, иначе можешь попасть в неприятности и испытать боль. По хорошему, тебе надо было родиться не у моего беспутного младшего братишки, а в хорошей семье, где о тебе заботились бы как надо, берегли и воспитывали, а потом вовремя выдали замуж, препоручив опеке супруга, но родителей не выбирают, так что сетовать тут глупо. -Я не хочу замуж, дядя, - фыркнул мальчик, - и в колледж тоже не хочу. -Чего же ты хочешь, племянник? -Мне нравится папина работа. Я хочу тоже стать стилистом. Это интересно, в каникулы папа часто берет меня с собой, и я уже многое чего умею! -Вот только в стилистах тебе и место! И думать забудь! - рассердился дядя. - Там тебя точно подцепит какой-нибудь беспринципный нахал и одним разом испортит тебе жизнь! Ох, Керу, была бы моя воля, я б запер тебя в четырех стенах до самого совершеннолетия, и никому не показывал! Господи, что с тобой будет, малыш, в этой несправедливой нелегкой жизни? Красота - страшная сила, но она же и проклятье, посланное свыше, которое приносит одни только беды! Только тебя-то за что проклинать? Разве что за грехи Ютаки, родившем тебя только я знаю от кого? Нет, я должен вмешаться и решительно поговорить с братом! Неизвестно, как сложилась бы жизнь Хикеру, если бы все получилось так, как хотел дядя Кен, но целый ряд драматических обстоятельств вмешался в его судьбу, повернув из спокойного течения равнинной реки в стремительные изгибы и каменные перекаты горной речки. Дядя Кен попал в серьезную аварию, и полученные травмы надолго уложили его на больничную койку, лишив Керу поддержки и дружеских советов. Мальчик так расстроился, что забыл обо всем, в том числе и о сдаче экзаменов в колледж, оставшись не у дел, и ему действительно пришлось идти по стопам отца, закончив ускоренные курсы стилистов. Именно в театре его и увидел в первый раз богатый альфа Тамура Рюноске, и это роковая встреча принесла Керу неисчислимые беды и мучительные страдания. Ветреный Рю любил путаться с известными звездами, и в тот вечер шел с букетом цветов к своему новому увлечению - модному певцу и реперу Дзюну, у которого временно работал стилистом Керу. Певец как раз вышел из гримерки в туалетную комнату и где-то задержался, а Керу наводил порядок в своем обширном хозяйстве, расставляя стройными рядами тюбики и коробочки... Пламенный взор красивого альфы, пара сладких комплиментов, нежное прикосновение к невинному телу... А дальше... дальше все было до банальности просто - опытному донжуану не стоило никакого труда соблазнить юного омежку, затащить в постель и влюбить в себя до потери пульса. Последнее, кстати, совсем не входило в планы богатого развратника, но где же было знать об этом Керу, который принимал ласки и ухаживания Рю за чистую монету, плавясь и пылая от наслаждения и счастья первого настоящего взрослого чувства! Замирая от любви, он сообщил драгоценному альфе о своей беременности, ожидая от него ответной радости и волнения, что и получил, не заметив фальши в голосе и скрытого подтекста в ласковой речи, что теперь-то уже его семья не станет возражать против их отношений, и они смогут, наконец, пожениться! Уже на следующий день начались странные перемены в жизни, которых юный омега никак не ожидал. Он оказался уволенным с любимой работы, а на выходе из театра обескураженного молодого человека ожидали двое хорошо одетых бет в черных костюмах, которые вежливо проводили его в дорогую машину, пояснив, что господин Тамура ждет его в их новом доме. Парни не обманули, дом действительно был, красивый и роскошный, обставленный стильной мебелью, но здесь Керу почувствовал себя скорее пленником, чем желанным возлюбленным, потому что выйти на улицу ему не позволяли, равно как и общаться с родственниками и друзьями, лишив всех видов связи с внешним миром. Семь месяцев Керу прожил в информационном вакууме, не имея новостей извне, его никто не навещал, кроме Рю, который был неизменно любезен и нежен, ласкал и целовал любовника, называя "милым" и "солнышком", уговаривал потерпеть, объясняя затворничество Керу досадной необходимостью, уверяя, что "так надо", и он почти уговорил родителей, и скоро они приедут познакомиться с ним. Влюбленный омега верил своему альфе, или очень хотел верить, он успокаивался, хорошо кушал и крепко спал, твердо уверенный, что милый Рю не способен его обмануть. Он не читал газет и не знал последних новостей о том, что Тамура Рюноске унаследовал семейное дело, отправив отца в отставку, что недавно выгодно женился на сыне известного политика, что пара провела шикарный медовый месяц на Гавайях, и молодой супруг уже ждет ребенка. Пребывая в счастливом неведении, Керу тоже ждал рождения сына, полный радужных надежд на будущее, смирившись с непонятным ему заточением в золотой клетке. Через три дня после рождения сына явился Рю, с интересом поглядел на новорожденного и остался очень доволен. -Ты молодец, солнышко, ты просто великолепен! - Поцеловав юного отца в губы, улыбнулся он. - Отдыхай, скоро ты покинешь этот дом. Я заберу Риоту с собой, чтобы показать родителям. Они еще не вполне смирились с моим выбором, но увидев нашего чудесного малыша, конечно же, переменят свое мнение о тебе, любовь моя! Керу растаял от счастья, возвращая поцелуй, нежно глядел в глаза своему альфе, который с любовью прижимал к груди крошечного ребенка. Откуда было ему знать, что он видит и сына, и его отца-обманщика в последний раз, а уже назавтра его жизнь превратится в хаос и страдания? Ранним утром его бесцеремонно вытащили из постели, стянули за спиной руки, завязали глаза и куда-то повели. От страха и неожиданности он не мог даже кричать, да и тело еще болело, не оправившись от родов. Его затолкали в машину и долго везли, грубо сжимая с обоих сторон на заднем сидении. Запахло морем, и Керу понял, что они приехали в порт. Провожатые вытащили его на улицу и снова куда-то потащили, подгоняя пинками и зуботычинами. -Куда вы ведете меня? - омегу обуял страх, - где Рюноске-сан? Почему вы завязали мне глаза? Отпустите меня, слышите? -Помолчи, идиот, а то и рот завяжем, - беззлобно посоветовал один из провожатых. - Иди молча, и будь хорошим мальчиком. Рюноске-сан ты больше не нужен, так что не рыпайся, никто тебе не поможет, - судя по качающемуся под ногами полу, они вошли на лодку или катер, морем запахло сильнее, и легкий ветерок коснулся щек. - Принимай товар, кэп, можешь делать с ним все, что захочешь. Не любишь долгой возни - утопи в заливе, но думаю, что в Макао за такого милашку отвалят нехилые денежки в любом борделе, и ты получишь солидную прибавку к гонорару за труды. Короче, дело твое, но чтобы в Токио его и духу больше не было! Вне себя от ужаса, Керу забился в руках негодяев пойманной птицей, но его тут же оглушили ударом по голове и бросили в каюту на корме судна. Он очнулся спустя какое-то время, по-прежнему связанный, и с кляпом во рту, ожидая новых ударов, или камня на шее, но судно по-прежнему стояло, не двигаясь, и он не знал, где находится, все еще в Токио, или уже в Китае? Прислушался - вокруг было тихо, тогда он решился пошевелить руками, с радостью обнаружив, что веревки ослабели, видимо, бандиты негодяя Рю не слишком старательно сделали свою работу, посчитав излишней. Освободится и снять с глаз повязку оказалось секундным делом, Керу выглянул в окно - и издал тихий счастливый вздох: Япония! Его не успели еще никуда увезти, видимо немедленное отплытие не входило в планы капитана этой посудины. Более того - этого мерзавца и самого не было на борту! Несказанная удача, видимо, Бог все-таки не окончательно отвернулся от Керу. Через минуту он уже вылез через окно каюты и оказался на берегу. Сначала спрятаться, а потом думать о том, что делать дальше. До ночи отсидевшись в каком-то закоулке, он выбрался и пошел по городу. У него не было ничего, - ни денег, ни документов, ни планов на будущее. На одной из улиц светился информационный экран, и Керу замер, увидев на нем счастливую пару, с ребенком на руках. Не веря своим глазам, почти ослепнув от слез, он читал бегущую снизу строку блестящих иерогрифов о том, что в одной из известнейших японских семей Тамуры Рюноске родился малыш, и сегодня счастливые супруги устраивают семейное торжество по случаю этого радостного события... -Нет, нет, нет... - задыхаясь от горя, шептал Керу в равнодушную тишину токийской ночи, - Рю не чудовище, не негодяй, он не мог так со мной, это неправда... Зачем ему мой ребенок, если он женился, его супруг такой красивый, что им мешает завести своих собственных детей? Это бред, страшный сон, я сплю и скоро проснусь...Рю придет и обнимет, и мы поедем к его родителям, а потом я позвоню папе и дяде Кену, и все будет хорошо... Мысль о родных всколыхнула надежду. Надо позвонить, чтобы забрали его, потому что у него не было денег даже на общественный транспорт. Возле телефонных будок всегда можно найти завалявшиеся монетки... вот, точно, есть парочка... Набрав номер театра, он спросил господина Андо Ютака, своего отца, и был совершенно сражен полученным ответом. -Глупые шутки, молодой человек! Вы разве не знаете, что господин Андо разбился в авиакатастрофе два месяца назад, вместе с тридцатью членами гастрольной поездки? Если вы родственник, тогда где вы были, когда мы не смогли найти никого из вашей семьи, и нам пришлось организовывать заочные похороны за общественный счет? Дядя Кен не ответил, друзьям звонить Керу не решился. Порывшись в мусоре у одной из кафешек, нашел почти нетронутый пакет с онигири, грустно посмеявшись, до какой жизни пришлось докатиться, утолил мучивший его голод и уснул в парке на скамье, укрывшись вынутой из урны газетой... Так началась его полная лишений девятимесячная жизнь бездомного бродяги, пока счастливый случай не вернул Керу в ряды цивилизации, послав как избавление от мук богатого покровителя господина Асано...