Неожиданный подарок.

POV Andy Мое совершеннолетие прошло для меня как в тумане. Поначалу из-за легкого волнения: как все пройдет, ведь такая ответственность впервые ложилась на мои плечи. Родители помогли все организовать и со словами: - Ребята не шалите, - под шумок свалили к друзьям на все выходные,дабы не мешать нам молодым и красивым, живущим в соседнем городке, оставив меня за главного на этом празднике жизни. На радости, что все так хорошо удалось, я набрался. Правда в скорости меня привела в себя услужливо вылитая мне на голову ваза холодной воды. Дарение подарков – это отдельная тема моего повествования. Надо признаться, друзья мои отличаются буйной и сумасшедшей фантазией. Посему, дарение подарков превратилось для меня в одну сплошную муку. Я еще никогда так не краснел в своей жизни. А краснеть там было из-за чего, вы уж мне поверьте, по крайней мере, для меня. Густав с Георгом, придерживались истины, «два дебила - это сила», подарили мне надувную резиновую куклу, и в пьяном угаре пытались продемонстрировать на практике правила эксплуатации сего предмета. Кто-то подарил мне абонемент на недельный поход в стриптиз - клуб и со словами: - Там такие мальчики, что закачаешься, - гнусно захихикали . Затем последовал подарок в виде вибратора и смазки с клубничным ароматом. Вот ответьте мне на вопрос, на кой черт сдались мне эти предметы? Вот вручение подарков дошло и до двух моих самых лучших и близких друзей, которые воспринимались мной, как одно целое. Два брата близнеца Том и Билл Каулитц были в моей жизни всегда, если точнее, то с детского сада - ясельной группы. Если бы я начал рассказывать про них, то у меня точно не хватило бы: ни словарного запаса, ни сил - рассказать про этих «Дарований Господних», как они иногда себя называли. В общем, свой подарок они обещали подарить попозже и наедине, чем очень, надо сказать, заинтриговали. А потом были танцы: жаркие, страстные, которые снимали все запреты. Потные тела, которые так и льнули друг к другу, переплетаясь в немыслимых движениях. Лишним говорить, что под действием, алкоголя я раскрепощался, отпускал себя, и все мои комплексы летели в тартарары. Можно сказать, появлялся настоящий я. Двигаясь и отдаваясь чувственно танцу, я поднял свои руки вверх и двигал бедрами, создавая своеобразную волну. Опуская руки, стал медленно поглаживать себя. Мне жутко хотелось почувствовать жар своего тела, но футболка на мне значительно мешала этому процессу. Недолго думая и не заморачиваясь на этот счет, благо все окружающие находились уже, в соответствующей кондиции, я ловко скинул сей предмет и возобновил свои действия. Ладони скользили вверх до предплечий и вниз, попутно оглаживая бедра. И так по кругу. Вскоре я почувствовал жар чужого тела, прижимающегося ко мне сзади. Я повернул голову, желая проверить, кто такой смелый, но тут, же был втянут в поцелуй. Поцелуй страстный, нежный, даже без языка дарящий наслаждение. При этом зрительный контакт не разрывался и Билл, а это был именно он, продолжал дарить мне чувственный поцелуй. Надо сказать, что положение моего тела приносило мне большие неудобства при поцелуе, но у меня не было: ни сил, ни желания прервать это сумасшествие. Билл все так же продолжал вжиматься в меня и поглаживать мое тело своими руками. Бедрами я чувствовал эрегированный член парня. И, как ни странно - это вызвало большой восторг во мне. Надо сказать, что и мое тело не осталось безучастным к этим ласкам, мой член начал потихоньку выказывать заинтересованность в происходящем. В ту же секунду я услышал рык, и моя тушка была прижата, самым наглым образом, к чужому мощному телу с другой стороны. Пах неизвестного вжимался в мой, вызывая во мне приятные ощущения. Хотелось, до безумия, потереться и сделать несколько круговых оборотов бедрами, дабы еще острее почувствовать контакт спереди стоящим. Несмотря на громкость музыки, я краем уха услышал шепот, обращенный к моему партнеру. - Малыш Билли, а не рано ли ты решил добраться до сладкого? - прошептал Том брату. На что, тот только ухмыльнувшись, покачал головой. ВКЛ. Debbie Gibson - You Better Stop И тут зазвучала такая музыка, при которой тела, независимо от воли хозяев, начинали чувственно двигаться, привлекая внимание окружающих и соблазняя всех и вся. Наше трио не стало исключением. Чувственно потираясь друг о друга, мы доходили до точки кипения, до той точки, когда назад дороги нет, а впереди тебя ждет гиена огненная, состоящая из жара, наслаждения и удовольствия Меня сжимали в объятиях два обнаженных до пояса крепких, горячих тела, лаская, тиская, увлекая в сумасшедшие поцелуи. Это были самые лучшие поцелуи в моей жизни. Я просто уже не мог сдерживаться и с моих губ срывались стоны. Запрокинув голову, позволил старшему близнецу оторваться от моих губ и перейти на шею. В этот момент младший, повернув мою голову, впился в мой рот, врываясь внутрь. То, что он вытворял своим языком просто не описать. Он вылизывал мой рот, мои зубы, нёбо. Оставив их в покое, он принялся за мое лицо, покрыв его цепочкой мелких поцелуев. Том, тоже не теряя даром времени, пролез своими шаловливыми руками мне под брюки с бельем и сжал мой член. От этого действия я чуть не завыл в голос. Благо Том, предчувствуя такую реакцию с моей стороны, резко притянул меня к себе и заткнул грубым поцелуем. Находясь в этом эротическом дурмане, я не сразу понял, что Билл куда-то исчез, а мы с Томом находимся в глубине комнаты - возле самой лестницы, ведущей на второй этаж. Я хотел спросить, что все это значит и куда подевался Билл, но друг, опережая мои вопросы, только приложил свой палец к моим губам и отправил меня, по его словам, получать подарок, в мою комнату. **************** На ватных ногах парень поднимался по лестнице. Он не знал, что и думать. Нет, для него не стала откровением, такая реакция на лучших друзей. Он давно уже отдавал себе отчет, что его неимоверно тянет к хрупкому, женоподобному красавцу Биллу и не менее красивому, как Аполлон, мужественному Тому. Вот и комната. Вот и дверь, до которой осталось всего пару шагов, но таких трудных для него. Такое чувство, что к ним привязали колоды и сделать хоть один шаг до заветной цели, сродни хождению босыми ногами по битому стеклу. POV Andy Собрав всю свою решительность, я преодолел расстояние до двери и с ноги открыл ее. Открывшаяся картина заставила меня в ступоре замереть при входе в комнату. На моем траходроме лежал, лаская себя, обнаженный Билл. Надо сказать - картина не для слабонервных. Я не мог оторвать от него взгляда. Таким я Билла ещё не видел. Где тот милый, дисциплинированный парень, которого я всегда знал? Вместо того парня я видел перед собой шикарного, сексуального и до боли красивого и очаровательного юношу, который, своим поведением буквально сносил мне крышу напрочь и лишал возможности более–менее адекватно все обдумать. Меж тем, Билл продолжал ласкать себя, при этом, открыв глаза, и с бл**ской улыбкой смотрел на меня, гипнотизируя и лишая силы воли. Потом поманил меня своим пальчиком. Сделав пару неуверенных шагов, я снова застыл столбом. Я не знал, что предпринять в данную секунду: то ли кинуться к постели, заласкать, зацеловать, и, в конце концов, затр*хать или же…. Додумать второй вариант развития событий мне не дал мощный толчок в спину, который буквально впечатал меня в постель. Это был старший близнец, которого такое медленное развитие событий не устраивало. - Ну же, Анди, чего ты медлишь? - произнес он. – Видишь, твой подарок уже готов, и к нему прилагается бооольшой бонус, в виде меня красивого, - протянул, как пропел, он. Видя мою нерешительность, Том нахмурился, что-то обдумывая. Через несколько секунд его лицо просветлело, и кончиком пальца он поманил Билла к себе. Прошептав младшему, что-то на ухо и дождавшись согласного кивка, он подошел к полке с музыкальными дисками и немного покопавшись, выудил оттуда какой-то диск, вставил в центр, и комнату наполнила музыка, пригодная для стриптиза ВКЛ. Garry Moore — Still got the blues. Билл грациозной, кошачьей походкой, виляя чувственно бедрами, стал продвигаться ко мне. Чес слово, на меня, в который раз за этот вечер, напал ступор. А между тем Билл практически впритык приблизился ко мне, обнял меня за шею и стал медленно, с чувством танцевать возле меня под музыку. Для кого хоть раз танцевали стриптиз, те не нуждаются в описании этого действа. Но это было так, было так!.. Черт, даже не найду нужных слов для выражения своих чувств и эмоций. В общем, я держался из последних сил, а Билл тем временем развернулся ко мне спиной, выгнулся дугой, завел назад руки, обнимая меня за шею, и плавно под музыку заскользил по моему телу вниз и так же плавно стал подниматься. После нескольких движений развернулся ко мне лицом и подарил нежный поцелуй. По окончании поцелуя, взяв меня за руку, повел к кровати, где по-свойски уже расположился Том. Опрокинув меня на кровать, Билл, прежде всего, избавил меня от брюк и белья и взобрался на меня. Он целовал, ласкал, облизывал меня всего с ног до головы, как мать своего детеныша. Ненасытно припадал к моим устам, как путник в пустыне к ковшу, наполненному ключевой водой. Жадно присосался к шее, слизывая капельки пота. Медленными и тягучими поцелуями стал спускаться к груди, где в ожидании ласк набухли бусинки сосков. Билл, не обманув их ожиданий, жадно приник к левому соску, посасывая его. Он мял, сосал, прикусывал его, доставляя при этом мне сладкую боль. - Боже мой, дай мне силы выдержать и позорно не спустить, - неоднократно повторял я про себя, как мантру. Когда Билл поцелуями стал спускаться все ниже, мне в пору было завыть в голос. Это было так волнующе, мокро нежно. Казалось, все нервные окончания в теле сконцентрировались в одном определенном месте, а именно в паху, отчего член стоял колом. Было такое ощущение, что дотронься до него и неминуемо произойдет взрыв, и содержимое разлетится на мелкие частицы. Когда же парень погрузил свой шаловливый язычок вглубь пупка, при этом, не отрывая от меня своего бл*дского взгляда, мне пришлось выгнуться под немыслимым углом для усиления контакта с языком, который мне дарил такую нежную ласку. Вылизав пупок, Билл, нежными поцелуями опустился к паху. Видимо картина, представшая пред его глазами, ему понравилось, и он, облизнувшись, стал осыпать его поцелуями. Когда же очередь дошла до члена, я уже ничего не соображал: метался по всей поверхности постели, мял руками края простыни и дугообразно извивался. Тем временем Билл, недолго думая, заглотил мой член наполовину, языком облизывая головку, каждую венку, руками придерживая у основания. Это был, минет, своеобразный конечно, но, тем не менее, и от него мне сносило крышу. Я привстал, опираясь на локти. Мне до одури хотелось вцепиться руками в шевелюру друга и насадить его на всю длину. Но все еще присутствующая здравая мысль в моей голове не позволила мне этого сделать. Билл все так же продолжал сосать член, влажно и пошло причмокивая, но и не забывая о себе. Повернув голову в сторону, где расположился Том, я лицезрел такую картину: Том заворожено смотрел на брата, облизываясь и лаская свой член. Почувствовав мой пристальный взгляд, он улыбнулся и приник к моим губам в нежном поцелуе. Из-за недостатка кислорода он вынужден был в скором времени отпрянуть. ********************** Тем временем, Билл оторвался от своего занятия, улыбнулся и на коленях подполз к близнецу, смачно впиваясь в губы и оттопырив задницу назад. Такое поведение парня окончательно разжижило мозг Андреаса. В каком-то безумном угаре (и откуда, только смелость взялась), он подполз к этому соблазнительному объекту, раздвинул половинки, приник к такому манящему отверстию языком и стал вылизывать. Нет, парень смотрел, конечно, пару раз соответствующее порно, но на тот момент и думать, не смел, что такое может произойти с ним в реальности. Он, с неожиданной для себя агрессивностью, вылизывал сфинктер, проталкивал свой язык, имитировал акт. Его будоражил и манил такой сладкий и особо специфический запах, исходящий от Билла. Он терял голову, впивался зубами в ягодицы, вызывая у друга яростные вскрики. Нет, Билл не испытывал боли, ему до одури было хорошо. Он без устали вертел, своей задницей, подставляясь под ласки языка Андреаса. Из горла то и дело вырывались хриплые всхлипы наслаждения. Том также не остался в стороне от этой жаркой сцены: обхватив плоть брата в кольцо из пальцев, стал, то медленно, то увеличивая темп, надрачивать член. От этой двойной стимуляции самых чувствительных мест Билл не знал, куда податься: так хотелось поближе приникнуть к такой знакомой шероховатой поверхности теплой ладошки, но и влажного проникновения в святая святых не хотелось терять. Именинник решил все за них: привстав на колени, он приставил к влажному входу Билла свой член и размеренными движениями стал протискиваться в такую жаркую, манящую глубину. От такого вторжения Билл не смог сдержать стона наслаждения. Когда же это вторжение было ознаменовано взятием «неприступной крепости» с уст Андреаса сорвался так долго сдерживаемый стон удовольствия. Выйдя полностью из тела Билла, он одним мощным толчком снова вошел до упора, со всей силы вцепившись в его бедра. От такого напора парень выгнулся и слабо застонал. Андреас продолжал вколачиваться в желанное тело. Том тем временем на коленях подполз к брату и со словами: - Сделай приятное братику тоже, - впихнул свой член в полураспахнутый рот близнеца. Тот с большим энтузиазмом принялся доставлять такую приятность брату, обсасывая эту ценность, как самый долгожданный, сладкий леденец. Мощные толчки в теле придавали амплитуду движений рту на члене. Том, дотянувшись до члена близнеца, стал активно возвращать приятное брату. Тот, задышав, как загнанная лошадь, и закатив от наслаждения глаза, готов был в любой момент кончить, но этому помешала рука Андреаса, так во время спихнувшая руку Тома и перехватившая член у основания. От такой несправедливости Билл жалостливо заскулил и, повернув голову в бок, окинул мутным, с дымкой неудовлетворенного желания, взглядом виновника этого безобразия. Андреас не знал, что на него нашло, но он был не намерен вот просто так позволить кончить желанному объекту. Выйдя из Билла, он лег на спину и поманил друга к себе пальцем. Тот просек, что от него требуется и незамедлительно выполнил просьбу, садясь спиной к другу. Держась за колени парня, он полностью вобрал плоть в себя и медленными раскачивающимися движениями стал двигаться. Запрокинул голову и, выгнувшись, стал наращивать темп своих движений. Его руки при этом находились в движении, он медленно оглаживал ими свое тело, пощипывал соски, ласкал член. Андреас, придерживая Билла за талию, как мог, помогал ему, вскидывая бедра навстречу попе парня. Он не сразу понял, чего добивается старший близнец, пыхтя, а поняв, притормозил движения любовника. Тем временем Том уперся руками в грудь брата, заставив того улечься на грудь друга, широко развел его длинные, стройные ноги и стал между ними. Смочив два пальца слюной, он протолкнул их в растр*х*нное и заполненное отверстие брата и стал еще больше растягивать его. По лицу Билла было видно, что все манипуляции старшего брата доставляют ему небольшой дискомфорт, но он стоически терпел, закусив свою очаровательную нижнюю губку. Плюнув на ладонь, старший близнец основательно растер слюну по всей длине члена и приставил головку к сфинктеру. Андреас, затаив дыхание, наблюдал то, с какой концентрацией, и с какой осторожностью Том проталкивает член в тело брата. Билл ещё больше, прикусив губку и вцепившись в плечи брата маникюром, изо всех сил сдерживал стон боли от проникновения ещё одного «инородного предмета». Но все же не выдержав сей напряженной обстановки выплеснул на парней такой лексикон словарного, заморского запаса, что у обоих уши покраснели и Том, утративший способность краснеть еще в далеком детстве, мигом ощутил возвращение этой способности. Но, не смотря на это, Том продолжал свое проникновения и, войдя на половину, медленно качнул бедрами заставляя двигаться свой член в Билле. Андреас не остался безучастным к действиям Тома и также медленными движениями двигался в парне. Билл оказался распластанным между этими двумя и нанизанным на их членах, так медленно и тягуче движущихся в нем. Еще какое-то время он чувствовал в своей заднице легкую боль и дискомфорт плавно переходящую в смесь легкой боли и наслаждения. Такая эйфория чувств заставляла его выгибаться в руках таких близких людей, пытаться уцепиться руками и краем сознания за реальность происходящего и стонать, кричать во всю мощь своих легких. Запрокинув голову и выгибаясь, он представлял с собой настолько сексуальное зрелище, что Том, не удержавшись, запечатлел на шейке брата поцелуй-укус, вызвав тем самым ядреный мат с губ брата. ******************* Андреас сдерживал себя, как мог. Стиснув зубы, он продолжал двигаться в друге, задевая своим членом член Тома и тем самым открывая для себя новые необычные ощущения. Сладко, завораживающе, трепетно - такая палитра чувств была незнакома для парня. Никогда доселе он не испытывал такую гамму чувств. А испытав, не желал расставаться с ними более чем на миг. Никто не мог сказать, сколько это длилось, пелена наслаждения заволокла мозг у всех участников. Хотелось только одного: достичь небывалого, неиспытанного ранее наслаждения, погрузиться настолько глубоко в эту манящую жаркую глубину, насколько это возможно. Почувствовав совместно, что более этой сладкой пытки им не выдержать парни плавно выскользнули с тела Билла и принялись сами себя подводить к завершающей стадии. Билл не в силах шевельнуть ни рукой, ни ногой не отрывая взгляда, наблюдал за этой возбуждающей картиной. Вот парни, с глухими стонами выгибаясь, заляпывая семенем свои животы и самого Билла, кончают и медленно, сладко, нежно целуются. Будто благодарят друг друга за понимание, уступчивость в таком нелегком деле. Билл, смотря на них, просто умилялся. Оторвавшись друг от друга, они с хищными улыбками на губах придвинулись к нему и руками и губами принялись доводить его до кульминации. Много времени это не заняло - с гортанным стоном Билл выплеснулся брату на лицо, а другу на руки. Сладко улыбаясь, Том слизал, остатки удовольствия младшего с краешка губ и облизнулся. Андреас же придвинул к себе умиротворенное тело друга и запечатлел на прекрасных, пухлых губах сумасшедший поцелуй. Билл, придя в себя, потянулся точь-в-точь, как кошка и хриплым шепотом протянул: - С Днем Рождения, Анди! Том на фразу близнеца только улыбнулся и погладил подушечкой указательного пальца щеку друга. Анди смотрел на обоих и думал, что такого сногсшибательного подарка ему еще никто не дарил, да и вряд ли подарят еще. Он не знал, что ждет их троих в дальнейшем, но подозревал, что таких символических подарков будет еще очень и очень много. По крайней мере, он будет искренне *ратовать*, и надеяться на это. КОНЕЦ.