- Это бред!- Мне не хватало воздуха.- Ты, точно, не ошибся?
Сжимаю балконные перила до хруста в пальцах. Этого не может быть… Она не могла ТАК нам врать. Нет, она не могла МЕНЯ так обманывать.
Заходящее солнце обжигало своими лучами. Природа, словно умирала. Но не для того, чтобы возродиться, нет. Это окончательная смерть. Для меня.
-Может, у неё были причины лгать вам?- Царь Асгарда подпер собою стену.- Она же не солгала о своей сестре…
-Названой сестре!- резко поворачиваюсь и смотрю Тору в глаза.- Она же сказала, что это её родная сестра!!!
Слишком громко. Проходящие под балконом слуги начали оборачиваться. Она предала. Более того, она монстр. Волк, под личиной овечки.
- Она очнулась. – я даже не заметил как сюда зашла служанка.
Не нужно было говорить, о ком идет речь, чтобы понять. Бросив быстрый кивок здешнему господину, быстро, почти не смотря на дорогу, иду к ней.
Интересно, а она не задумываясь, бы свернула мне шею? Наверняка. Для такой как она это пустяки.
Зачем она играла мной? Что ей было нужно? Клятва? Пусть подавиться! Она мне никто, а как спастись от клятвы, можно придумать…
-Что..?- меня встречает пустая комната.
Из открытого окна дует, отчего-то, холодный ветер. С кровати скинуты все одеяла и подушки. Её нет!
Что-то рвется. Болезненно трещит, обливаясь кровью. Руки дрожат, а в глазах белый туман. На негнущихся ногах дохожу до окна. Там высоко и очень скользко, но спуститься можно.
Закрывая окно натыкаюсь на небольшой клочок бумаги. На нем, слишком витиеватым, но далеко не аккуратным подчерком написана записка.
Мне жаль. Ты, наверняка, уже решил, что я использовала тебя… Нет! Я никогда не делала этого.
Много убивала. Знай, это были другие времена. Тогда я была другая. Мир был другой. Если ты считаешь меня монстром, то я прошу простить не имею права тебя осуждать. Мне, просто, хотелось любить.
Полубогом я никогда не была и не хотела. Я была человеком, пока Морана не избрала меня воином богов. Мне было три месяца, а моих родителей, наше село и город она уничтожила, как и еще пять городов
Я была при дворе каждого царя, после крещения. Помню, тогда я много обманывала…
Я не знаю, что тебе сказали, но знаю, что ты меня ненавидишь. Боюсь, этого не исправить. Уже не одна клятва не поможет. Но я хоть частично искуплю свою вину перед твоими друзьями. Перед тобой исправит только смерть.
Я знаю, что Персей проклят. Он скоро умрет, но есть один способ спасти его. Кровь за кровь, жизнь за жизнь… Думаю, его жизнь ценнее моей.
Жаль, что это одно желание… Было бы неплохо освободить тебя от клятвы. До сих пор не понимаю зачем...
Жаль, что люди правы. Я чудовище и мои деяния не заслуживают прощения. Тем более поощрения, любовью.
Я буду любить тебя, до последнего вздоха, под камнем. Очень надеюсь, хоть и зря, что ты любишь меня или любил.
P.S. Спасибо за мой первый поцелуй.
Конец PОV Нико
Неторопливо, гордо смотря на проходящих мимо ассов Один пытался скрыть страх. Несколько дней подряд его мучили комары. Давно забытые, но от того не менее ужасающие, вещи.
Солнце давно уже село, но во дворце светло. Множество факелов и очагов горят не переставая, но его сердце погасло. Сейчас, спустя тысячелетия он, словно очнулся от то сна.
Он вспомнил всё, что отчаянно пытался забыть. Осознал свои ошибки, жаль, что поздно. Ничего уже ничего не изменить. Его жена ждет его, но он её не любит. Никогда не любил. Его старое сердце навечно отдано той русоволой незнакомке.
Жаль, что он её убил. Можно вечно придумывать себе оправдания, но правда слишком быстро начала всплывать. Еще немного и Фрига заметит его поведение, потом и другие.
Вот опять. Изорванное, залитое кровью платье лохмотьями висит на гниющем теле. Кудрявые раньше волосы свалялись в жесткие и грязные колтуны. Её трудно узнать. Она почти истлела. Только, её глаза в сгнивших веках остались целыми.
Голубые, словно, тот бескрайний океан облаков за окном. Они смотрят неотрывно, оценивая. Как, он раньше любил в них смотреть! Часами он не давал ей уснуть, лишь бы полюбоваться подольше.
Он уже не пугается её. Нет сил. Он знает, она пришла за ним, за платой.
Медленно подходя к нему, она перекладывает почерневший букет из еще целой руки в полностью истлевшую. Белые кости, бывшие некогда пальцами, обхватывают ношу.
Вонючей рукой, она гладит его щеку. На мгновенье он закрывает глаза. Если забыть про запах плесени и гнили, то можно представить, что он еще молод, а она жива.
Стоило ему открыть глаза как она вложила в его руки свой букет и унеслась прочь гася все ближние огни.
Через мгновение ока букет превратился в кровь. Она залила рукава плаща Одина и медленно стекала на пол.
****
- Ты слишком жестока!- Рада грозно посмотрела на сестру.
Уже принявшая свой истинный облик Рива с усмешкой посмотрела на неё. У богини правды были проблемы. Люди мало говорят истину, и это находит прямое отражение в облике Рады. Её кожа приобрела болезненный оттенок, а под глазами залегли синяки.
У Лжи были дела куда лучше. Она цвела и почти «Пахла» силой. Думаю, объяснять, почему нет смысла.
- Он заслужил.- довольно смотря на Одина пропела Кривда.
- Каждый зас…- Рада притихла, смущенно покраснев.
- Ну, скажи это.- вторая сестра небрежно убрала волосы в хвост.- Ты же правда? Ты ж не можешь солгать?
- Знаешь же, что поэтому и не смогу сказать.- еще больше покраснев, отвела взгляд.
Победно улыбнувшись, Кривда закружилась. Её тело окутали зеленые вихри, что ткали быстрее любого портного платье на ней. Несколько мгновений и она уже кружиться в длинном платье с русской обрядовой вышивкой.
Зеленые и синие вихри окутывали стены. Они превращались в птиц и зверей, мгновенно тающих в воздухе.
Схватив сестрицу за руки она закружила и её, вызывая у той искрений смех. Вот уже к синим и зеленым присоединились белые вихри. Они наполняли комнату сиянием, выдавая всю старость и трухлявость стен и колонн.
Зеленый туман обвил на долю секунды невзрачное белое платье Рады, сделав из него пышное голубое.
Всё быстрей и быстрей кружась они создали множество миниатюрных смерчей сметающих всё на своем пути.
Смеясь они пели пеню. Древнюю, как уже осевшее солнце. Переливы их голосов разносились по всему дворцу, усыпляя всех его обитателей.
Только через несколько часов они успокоились. Упав на пол они смеялись над собственными шутками и над забавными жителями Асгарда.
Они не знали, что за ними наблюдают двое. Сын Аида и призрак. Один не мог уснуть, после «предательства» своей как он думал уже бывшей девушке. А призрак… Она была заворожена этой идиллией правды и обмана. Добра и зла.
****
Добро и Зло. Об этом же думала и Аниса. Прикованная к сирой и холодной стене, она ждала новых пыток. Её спина и живот изрезаны и иссечены, после постоянных избиений.
Вот уже день она числиться как «враг народа». У неё отняли бессмертие. Это обиднее всего. Ради него она страдала с самого рождения, а теперь его нет.
Эхо приближающихся шагов вызвало лишь слабую улыбку. Да, её могут пытать вечно, но она будет хранить молчание. Судьба греческого лагеря буквально в её руках и она не намерена выдавать его местоположение и данные о нем. Она выдержит. Должна.
