Ангст
15 декабря 2013 г., 18:28
Оказывается, когда рушится мир - совсем не больно...
Больно было тогда, когда впервые пришло понимание того, что ничего не вернуть. Не удержать в руках стекающую сквозь пальцы жизнь, не прижаться губами, отдавая своё дыхание взамен утраченного. Даже прийти на могилу - нельзя...
Потому что нет её.
Истрёпанный кусочек фланелевой пижамы, да высохший сок неведомых растений. И тусклый буроватый развод - вот и всё, что осталось ей взамен минувшего тепла и синих глаз, глядевших сквозь бесконечность.
Когда рушится мир - совсем не больно.
Просто никак.
Завеса незримого дождя смывает с города краски, оставляя после себя лишь серые силуэты. И не понять, то ли она мертва, но по какой-то глупой ошибке всё ещё меряет землю шагами, то ли мертвы все остальные. Потому что они так же серы и туманны в этом призрачном хороводе обыденности.
Всё же она склоняется к факту собственной незамеченной смерти.
Может оно и к лучшему? Она могла бы верить, что у них будет хоть мизерный шанс встретиться. Там, высоко, где среди мириадов Его возлюбленных звёзд всё ещё мерцают искры Его неземной сущности.
Она отдала бы всё, что у неё есть, за этот шанс!
Вот только маму жалко. Маме будет так же больно, как и ей сейчас...
Девочка с тоскливым взглядом медленно встаёт с сырой земли, не замечая, как набухшее от осенней грязной влаги пальто облепляет ноги. Облетевший клён устало качается на ветру, словно хочет коснуться худенькой фигурки обвисшими ветвями и девочка протягивает узкую ладонь вверх, едва касаясь кончиками пальцев холодного узловатого ствола.
— Мы ещё встретимся... Обещаю...