Asylum

      Под холодный ветер и моросящий дождь к клинике святого Агнеса, то и дело зябко кутаясь в высокий воротник пальто, направлялся мужчина. Взойдя на невысокий холмик, он остановился и глянул на потрепанные наручные часы. Стрелки показывали пятнадцать минут восьмого, это же и подтвердила внезапно начавшая выть серена завода. Это могло означать только одно. Городок вот-вот начнет просыпаться. Все поспешат на работу или лениво пошаркают по делам.       Мужчина поправил воротник и продолжил свой путь. Здание клиники словно стояло в стороне от остальных строений, что полицейский, а это был именно он, считал чистой воды иронией судьбы. А направлялся он туда из-за вызова какого-то мальчишки, который и двух слов не смог связать, когда звонил в полицейский участок в полшестого утра. Подойдя ближе, Роман, так звали молодого полицейского, снова взглянул на часы. Половина восьмого, а мрачное здание уже простирается перед глазами мужчины. Схватившись за влажную дверную ручку, Роман натужно потянул тяжелую дверь, и та с противным скрипом отворилась. В нос ударил резкий запах хлорки, заставивший мужчину поморщиться и прикрыть рот и нос ладонью.       Оглядевшись, Роман Викторович целенаправленно устремился к комнате охранника, сквозь открытое окошко которой доносилась тихая музыка. В небольшой застекленной комнатке со скучающим видом, перекатывая по столу ручку, сидел хмурого вида парень в форменной одежде. Совершенно не воодушевившись при виде посетителя, тот поднял взгляд на подошедшего к окошку следователя Зелинского. – Здра-а-асте. – Растягивая слово, протянул Владимир, сжимая в одной руке черную дубинку - незаменимый атрибут его работы, а в другой сотовый. Из динамиков мобильного лилась какая-то непотребщина, отчего Рома сморщился и глянул на собеседника. – Чего хотели? – Чуть ли не зевая, спросил охранник. – Я к управляющему. Олег Константинович, кажется. Он на месте? – Поинтересовался Роман, достав из внутреннего кармана удостоверение и быстро показав его парню, спрятал обратно. – Скажите, что к нему пришел Роман Зелинский, следователь. – Ага, думаете, он уже здесь? Здесь он так рано не появляется обычно. – Недружелюбно гаркнул Владимир, снова погружаясь в просмотр своего плейлиста.       Роман отошел, оглядывая холл еще раз. На глаза попались неудобные пластмассовые сидения, скрепленные железными балками. Направившись к ним, Рома занял одно кресло находящееся посередине и принялся ждать начальника клиники. Долго, собственно, себя ждать Олег Константинович не заставил. Дверь хлопнула о косяк, скрипнула, и в помещение вошел мужчина лет сорока в, судя по всему, дорогом костюме, поверх которого было надето пальто. Невольно задержав свой взгляд на его лице, Роман поднялся и окликнул главврача. – Олег Константинович… – Позвал Зелинский, поднимаясь с кресла. – Да? – Оборачиваясь, слегка удивленно поинтересовался тот и замер на месте. – Вы ко мне? – Наконец-таки вопросил врач, приближаясь к незнакомцу. – Я бы хотел с вами поговорить. – Угрюмо произнес сонный парень. – Пройдем в кабинет. – Благосклонно разрешил Олег Константинович, жестом приглашая гостя пройти за ним. Разместившись в уютном и просторном кабинете главврача психиатрической клиники, двое мужчин молча сидели, глоток за глотком уничтожая кофе в маленький чашках. В конце концов, когда и тот и другой практически опустошили их, следователь пристально глянул на главврача. – Так как на счет объяснений, Олег Константинович? Этот вызов был неожиданным и, как я посмотрю, с клиникой все в порядке. – Зелинский ухмыльнулся и, поднимаясь с мягкого кресла для особо важных посетителей, принялся расхаживать по кабинету. – Видимо, один из наших сотрудников что-то перепутал. – Лишь ответил Олег и отставил в сторону кружку из-под кофе. – Перепутал? – Смешок после вопроса заставил главврача клиники поморщиться. – В половину шестого утра на участок поступил звонок от некого Максима, который назвался медбратом клиники святого Агнеса. Он лепетал что-то про кровавое месиво прямо у самого входа в будке охраны. Внезапно связь оборвалась, и больше ничего узнать не удалось. – Спокойный тон Романа показался Олегу Константиновичу слишком… Спокойным. – У нас нет сотрудников по имени Максим. Практически весь персонал состоит из женщин. Единственное исключение составляет охранник Владимир, пара моих помощников и собственно я. У нас нет ни одного медбрата, лишь медсестры. – Указав посетителю рукой на кресло, предлагая сесть, Арсеньев поправил очки в тонкой посеребрённой оправе и поднял свой честный взгляд на следователя. – Вы хотите сказать, что кто-то просто решил подшутить над кретинами-полицейскими и разыграл весь этот спектакль? – Ухмыльнувшись недоброй улыбкой, выплюнул Роман, все же присаживаясь в кресло. – Я ничего не хочу сказать. Вы думаете, что у нас тут клоуны работают? Им что, по-вашему, заняться больше нечем? Не думаю, что это сделал кто-то из моих людей. – Олег Константинович говорил спокойным голосом, но в нем явно чувствовались нотки предупреждения, угрозы. Словно стоит не согласиться, как хрупкое спокойствие треснет и расколется. Воздух между двумя заискрил от нарастающего напряжения. Каждый из них был раздражен чем-то своим. – То есть, вы хотите сказать, что я зря потратил время на визит к вам? – Произнес Зелинский. – Ложный вызов - это тоже правонарушение. Неужели вам не интересно, кто из ваших сотрудников или пациентов мог такое сделать? – Хмыкнул Роман. – Мои сотрудники - честные и порядочные люди, способные хорошо относиться к пациентам, которые не могут жить в обычных условиях. Собственно, пациенты этого сделать не могут. Им не разрешается пользоваться телефонами. – В голосе главврача промелькнуло едва заметное раздражение. – Но и у хороших людей бывают осечки. Может, это кто-то из новеньких? Не припомните подозрительных личностей? – Следователь вздохнул, понимая, что действительно зря потратил время на этот цирк. Врач недовольно покачал головой. – Нет, новеньких у нас не было. – Сердито бросил главврач, поднимаясь из-за стола. – Не думаю, что нам есть что обсуждать. Кто-то, не касающийся моей клиники, решил подшутить над вами, но в этом нет ни моей вины, ни вины моих сотрудников. Я думаю, что на этом можно прекратить наш разговор. Он не имеет смысла. Вы лишь будете слепо утверждать, что кто-то из моих сотрудников настоящий идиот, совершивший такое правонарушение. – Простой карандаш в руках мужчины разломался напополам, треща в этой и без того напряженной обстановке. – Я ни в чем не обвиняю вас или ваших сотрудников, Олег Константинович, я просто выполняю свою работу. – Напряженный тон сотрудника психдиспансера заставил Зелинского насторожиться. Слишком яро врач реагировал на такую простую ситуацию. Словно ему действительно было что скрывать. – Тогда я думаю, что больше не следует отнимать вашего драгоценного времени. – Поднявшись из-за стола, Арсеньев направился к двери, открывая ее и жестом предлагая нежеланному посетителю выйти в коридор.       В полном молчании двое мужчин направлялись по тихим коридорам психиатрической клиники святого Агнеса. Из-за некоторых дверей доносились тихие стоны пациентов, которым было неуютно в этом мире, из-за других же не доносилось ни звука. За окном разбушевалась непогода. Ветер словно пытался вынести из каждого душу, пронизывая насквозь холодом. Редкие прохожие, которых было едва-едва видно из-за запотевших окон, кутались в теплую одежду. – Вы ведь не думаете, что кто-то из моих сотрудников и вправду решил так подшутить? – Непринужденным тоном поинтересовался Олег, поворачиваясь к следователю. Тот дернул плечом. – Что вы хотите услышать от меня? – Неопределенно ответил Роман, отвечая вопросом на вопрос. – То есть все же считаете, что здесь замешана моя клиника? – Ухмыльнувшись, Олег Константинович изучающе глянул на собеседника. – Олег Константинович, к чему все эти ваши вопросы? – Отмахнулся Роман, вновь отвечая вопросом на вопрос. – Мне важно мнение посторонних о месте, в которое я вложил столько сил. – Слегка повысив голос, ответил главврач, сжимая кулаки. – Если вам действительно интересно, то да! Считаю! – Воскликнул Зелинский, останавливаясь около выхода в холл и резко разворачиваясь к доку. – И с чего же это вдруг? Это мог быть любой человек, никак не связанный с этим местом! Будто на вашей практике никогда не было таких случаев. Или у вас настолько недолгий опыт работы, что вы не можете даже сказать, бывают ли такие случаи? – Ехидно закончив фразу, Олег вплотную подступил к Роману и посмотрел на обозленного следователя, тот же таким же прожигающим взглядом уставился в глаза собеседнику. – Да с того… - Только было начал Роман, как со стороны комнаты охраны послышался звук открывающейся и следом захлопывающейся двери. В широкое помещение холла вышла хрупкая девушка в ночной рубашке, перепачканной темно бурыми и черными пятнами. Ее волосы, растрепавшись, ниспадали на плечи, а большие испуганные глаза взирали по сторонам в поисках поддержки. – Какого черта… - Согнав с себя оцепенение, воскликнул Роман, отступая от доктора. Девушка вздрогнула от звука чужого голоса и в страхе отшатнулась, не смотря на то, что была и так в нескольких метрах от того места, где стояли мужчины. – Лилия? – Изумленно и одновременно даже испуганно прошептал Олег Константинович, отходя от Романа и направляясь к девушке. − А вот вы постарайтесь мне сейчас объяснить, как эта девушка оказалась в том коридоре, куда, судя по всему, допускаются только работники данного заведения, да еще и в крови и столь напуганная, м? – Указал он ладонью на перепачканную в крови девушку, которая боязливо отступала в ближний угол. На шум из каморки выглянул Володя. Его реакция слегка удивила следователя. Мельком переглянувшись с Олегом Константиновичем, охранник заглянул в свою комнатку и оттуда послышался его голос. − Санитаров к подвалу. – Треск рации, и ответ, что скоро будут, не менее удивил Романа, который с непониманием взирал на бедную ненормальную. Олег Константинович подошел к малышке и снял с себя пиджак, накидывая на плечи девушки. Та вздрогнула от прикосновения, но покорно стоя около двери в подвалы, смотрела себе под ноги. В коридоре послышался звук шагов и через несколько секунд в холле показалось две медсестры, которые, ойкнув, подбежали к Лиле и подхватили ту под локти, а после куда-то повели ее. Девушка, еле держась на ногах, медленно переступала босыми ступнями по полу. Олег Константинович посеменил следом, словно забыв о том, что пару минут назад разговаривал со следователем. − Олег Константинович. - Попытавшись привлечь к себе внимание главврача, позвал Роман. Тот мимолетно оглянулся и кивнул на что-то головой. В следующий момент за спиной мужчины послышалось тихое дыхание. Обернувшись, Роман отпрянул от неожиданности. За его спиной стоял охранник. − Я прошу вас покинуть здание. Часы посещений с пяти до семи. – Произнес он, осторожно, но крепко сжимая локоть Зелинского. − Но… - Попытался было возразить следователь, неохотно следуя за Владимиром к выходу. − Не суйся сюда. Тебе же лучше будет. – Зло процедил тот и захлопнул перед носом ошеломленного мужчины дверь. В полной задумчивости Роман побрел прочь, застегивая на ходу верхнюю одежду и наматывая на шею шарф. Его переполняли противоречивые ощущения. Что-то в этом месте казалось ему нечистым. Словно, когда заходишь туда, на плечи ложился груз неизвестности.       Олег Константинович в раздражении расхаживал по своему кабинету, что-то тихо приговаривая. Послышался стук, и он отбросил ручку, которую вертел в руках. − Входите. – Бросил он, усаживаясь за стол и глубоко вдыхая. Нельзя, чтобы подчиненные видели его в таком состоянии.       В помещение вошли все немногочисленные сотрудники клиники. Они тихо жались около двери, стараясь казаться как можно незаметнее. − Никто не хочет мне объяснить, как это вышло, м? – Звенящим голосом вкрадчиво произнес главврач, окидывая взглядом забившихся в углы подчиненных. Те молча озирались друг на друга. – Как вышло так, что вы, тупоголовые бездари, проморгали то, что одна из наших пациенток свободно разгуливает по коридорам в таком виде? – Спросил он, наконец-то заканчивая фразу.       Все в страхе молчали, даже на подсознательном уровне ощущая всю злость начальника. Тот медленно поднялся из-за стола. Прохаживаясь по кабинету, он то и дело задерживал взгляд на одном из сотрудников. Те мгновенно вжимали голову в плечи и затаивали дыхание, словно этот взгляд мог испепелить. − Как вы думаете, что будет дальше? – Наконец-то останавливаясь на одном месте и взирая на своих подопечных, произнес доктор. – Я расскажу вам, что будет дальше, гении ума. Как вы заметили, кое-кого нет среди нас. – Все начали беспорядочно оглядываться, пытаясь вспомнить, кого же нет сейчас среди них. – Максим, увы, больше не будет работать с нами. – Подытожил Арсеньев. – На свою беду, он пришел на работу слишком рано. И, думаю, каждому из вас, неудачные эксперименты генной инженерии, понятно, чем может окончиться несвоевременное открывание рта. – Голос Олега Константиновича постепенно становился все более раздраженным. – И если вы, противники интеллекта и убийцы мозга, догадаетесь разболтать кому-нибудь, вас постигнет весьма печальная участь.       Все, понуро опустив головы, молчали. Кирилл и Миша жались рядом с начальником, Елена хотела было что-то сказать, но решила, что стоит промолчать. Каждый размышлял над тем, что же на самом деле произошло. Что могло так разозлить всегда спокойного и уравновешенного Олега Константиновича. Он, поняв, что отвечать ему никто не собирается, махнул рукой и сквозь зубы процедил: − Проваливайте. – Все потихоньку, стараясь не шуметь, принялись выходить из кабинета, все еще недоумевая из-за странного поведения Арсеньева. Лишь Елена осталась в кабинете, то и дело переступая с ноги на ногу, и смотрела на понуро сидящего за столом мужчину. − Олег Константинович. – Тихо позвала она, подходя ближе. − Да, Елена? – Все еще раздраженно, но явно успокаиваясь, произнес тот, массируя пальцами виски. − Я отмечала подошедший персонал, двух сотрудников недосчиталась… - Все так же тихо ответила женщина, сжимая в руках край от пояса. – Алиночка не пришла, вроде она в ночную была, не отметилась, а вещи ее в комнатке. И охранник вроде сегодня должен был быть не этот. Решила, что нужно сказать вам. – Извиняющийся тон сотрудницы привел Арсеньева в чувство. Он глянул на Елену и вздохнул, поднимаясь со стула. − Не переживайте. Все в порядке. Просто их перевели в другое место, а сумку Алина просто забыла. – Женщина хотела было возразить, чувствуя неладное, но мужчина бесцеремонно прошел мимо нее и, открыв двери, произнес, − Вы бы не болтали об этом, Елена. Извините, мне пора. Да и вам работать нужно. – Он дождался, пока женщина выйдет за дверь, быстро закрыл ее на ключ и, пересекая коридор, чуть ли не бегом направился к спуску вниз. Покачав головой, медсестра вздохнула и отправилась работать.       Олег Константинович быстрым шагом направлялся ко входу в подвальные помещения. Юркнув мимо зевающего охранника, главврач осторожно, стараясь не шуметь, открыл дверь и запер ее за собой, погружаясь в темноту коридора. Тусклые лампочки слабо освещали пространство, увитое трубами, заставленное коробками и прочими ненужными вещами и аппаратами. Откуда-то слышался шум воздухоочистителя, винт которого вращался где-то под потолком. Красная лампа, указывающая на аварийный выход, лишь добавляла страху и без того пугающему помещению. Но мужчина целенаправленно устремился в место, которое было знакомо ему слишком давно, чтобы пугаться таких вещей, как темнота или непонятные шумы. Дойдя до тайного входа в нижние подвалы, он открыл проход, проникая внутрь. Его остановил хрипловатый голос. − С чего это ты решил почтить меня своим визитом, Олег? – Чуть ли не промурлыкал кто-то, лежащий на широком ложе в самой тени, освещаемой свечами комнаты. Обозленный главврач, распахивая и закрывая рот, стоял на одном месте, пытаясь выговорить хоть слово. − Два. – Только и произнес он наконец-то. − Что «два», мой мальчик? – С наигранным удивлением произнес Велиал, словно царь, разлегшийся в своем уголке. Взгляд Олега Константиновича скользнул левее, выхватывая из общей картины крест и то, что он заключал в себе. Тело, испещренное ушибами, ссадинами и глубокими порезами, покоилось на полу около священного знака. Рядом с девушкой, да и вообще вокруг расползлась широкая кровавая лужа, которая уже успела на краях засохнуть блестящей корочкой. В районе живота и груди, поблескивая острыми концами, виднелись штыри, образовывающие на теле раны, сочащиеся кровью. На лице девушки застыла гримаса ужаса и боли, а пустые, безжизненные глаза смотрели в потолок. − Ты ведь не будешь отрицать, что помимо нее этой ночью в твои сети попался еще кто-то. А что с Лилией? Как ты до нее добраться успел? Мы ведь не договаривались так. Я просто не успеваю менять с такой частотой кадры, это наводит подозрение! – Голос мужчины сорвался. Но следующая попытка хоть что-то произнести была пресечена. Вокруг его головы обвилась плотная черная лента, закрывающая рот. Что-то невнятно промычав, Олег вжался в стену, испуганно смотря на приближающегося к нему Велиала. Одетый в один лишь шелковый халат, с длинными, струящимися черными волосами и витыми назад рожками, демон все равно продолжал выглядеть угрожающе. Зло. Надменно. − Ты лишь мусор, который делает то, что угодно мне. Но, так уж и быть, я отвечу. – Усмехнувшись, он глянул в испуганные глаза Арсеньева. – На тех двоих я наткнулся случайно. – Черная нить втянулась обратно в тело Велиала, но две остальные обвили мужчину за талию приподнимая над полом, пока хозяин, отвернувшись, небрежно не махнул им рукой, мол: можете особо не расстраиваться, если он все же упадет на пол. – Попытка вселиться в охранника провалилась, поэтому пришлось убить его. С девчонкой было весело, но не долго. Мне скучно, смертный. Ты должен придумать для меня развлечение. – Резко притянув к себе притихшего главврача, он остановил нити, когда лицо Олега оказалось в непосредственной близости от его. – Раньше я не трогал пациентов, но теперь мне надоело возиться с обычными медсестричками. Лилия. Она смогла сопротивляться, в отличие от той девчонки. – Стиснув зубы, Велиал выпустил Олега Константиновича. – А тот парень… Что был с ней, когда я их только встретил. Никита, кажется. Я хочу узнать о нем все, что тебе известно… − Никита? – Удивленно переспросил опешивший от такой неожиданности док. Он сам давно приглядывался к этому пациенту, и чувство собственности сыграло свое, словно кто-то захотел завладеть тем, что давно принадлежит ему. – Причем здесь он? − В нем кроется что-то большее, нежели обычные отклонения в психике. Я почувствовал это, даже не заговаривая с ним толком. – Настороженно ответил Велиал, разворачиваясь и направляясь обратно к софе. − Но… − Смеешь возражать? – Ухмыльнулся Велиал, присаживаясь на край. – Я так не думаю. – Угрожающий, но совершенно спокойный и холодный тон демона заставил Олега замолчать. Он лишь кивнул. – Можешь идти. И не беспокой меня по таким пустякам. – Дверь за спиной доктора открылась и он молча вышел обратно, направляясь в свой кабинет.

***

      Тем временем следователь Зелинский, отряхнувшись, прошел в пустую квартиру. Она встретила его как всегда холодным полом в темных и пустынных комнатах, заваленных старыми архивными папками. Столом, заставленным кружками, и тихим журчанием старого холодильника, которое всегда успокаивало его в моменты, когда вокруг не находилось ни одного человека, который бы поговорил с Романом. Он скинул верхнюю одежду, обувь и прошел в комнату, тихо ступая по полу. Убрав кружки со стола на пол, он сел за него и открыл крышку ноутбука, который, мигнув экраном, включился, выдав на обозрение очередную базу преступников. Какое-то время он лишь просто сидел, не шевелясь и смотря в яркий экран. Затем, когда мысль в голове сформировалась во что-то определенное, он тихо застучал пальцами по клавишам.       Поисковик, в который был введен запрос о психиатрической клинике святого Агнеса, выдал более миллиона разнообразных ответов, которые пестрили своим содержанием. «Дьявольская клиника», «Клиника на месте старого святилища и пристанища дьявола», «Жертвенные убийства в клинике святого Агнеса», «Дьявол или Ангел? Главврач клиники святого Агнеса, какой он на самом деле»… − А она весьма популярна…- В растерянности пробормотал Зелинский, то и дело зажимая меж зубов кончик карандаша. Его ожидала большая работа. Щелкнув на первую ссылку, мужчина погрузился в чтение, все больше и больше убеждаясь во мнении, что с этим местом связаны совершенно сумасшедшие события.

***

      Никита, то и дело переворачиваясь с боку на бок, пытался уснуть под яростные завывания ветра и стук дождя. Свет, который он обычно оставлял включенным на всю ночь, сегодня, помигав какое-то время, погас, погружая комнату в неприятный парню полумрак. Внезапно эту тьму прорезал луч света, который постепенно расширялся. Поняв, что кто-то открыл дверь, Никита повернулся, смотря в сторону дверного проема. − Это я, Никитушка. – Пробормотала Елена, входя в комнату к парню и подбираясь ближе к кровати. Женщина села на стул, который находился около батареи и вздохнула. − В чем дело, Елена Александровна? – Спросил Никита, все так же лежа на боку и разглядывая свою неожиданную посетительницу. − Я хотела тебя предупредить, мальчик мой… - Она словно была кем-то напугана, растерянно теребя край форменного халата подрагивающими руками. Женщина продолжила. - Будь осторожен, не выходи никуда один… Да и не один тоже… - Она прошептала и, спрятав лицо в руках, тихо всхлипнула. – Скоро мне придется покинуть это место, прости… Прости меня, Никитушка… Не хотела я, чтобы все так вышло. − О чем вы говорите…? – Прошептал он, не веря в то, что лишится единственного человека, который хорошо относится к нему в этом рассаднике анархии. – Куда вы уходите? Неужели вас решили уволить? – Но женщина, сгорбившись, сидела на стуле и смотрела в одну точку, находящуюся где-то на полу, ее руки безжизненно свисали вдоль тела. Никита приподнялся с кровати и коснулся рукой плеча женщины. – Елена…? – Шепнул он, тормоша медсестру. Ничего не произошло, а тело женщины, заваливаясь на бок, начало съезжать со стула. – Тёть Лена…? – Шепнул парень, в страхе оседая на кровать. – Нет… Нет! – Его крик, словно вой серены разбудил спящих в соседних комнатах пациентов. Дверь в комнату медленно отворилась, как и в прошлую ночь.