Чужая жена

Дже Кён наблюдала за своим мужем из окна гостиничного номера. Она видела его пустой взгляд и ничего не выражающие глаза. Она знала, что Джун Пё думает о «НЕЙ». И опять, и снова прокручивает в голове все то, что произошло. Иногда обвиняя Чан Ди и Джи Ху за их смерть, иногда Ву Бина за то, что их смерть не смог предотвратить, иногда саму Дже Кён за то, что ушла, и тем самым спровоцировала всю эту кутерьму. А иногда, что правда случалось крайне редко, и самого себя. Джун Пё изменился. Смерть «той девушки» стала толчком для пересмотра жизненных ценностей мужчины. Нет, он не стал идеальным мужем. Но он поставил точку в их прошлых отношениях. Как и обещал. Дже Кён закрыла глаза, вспоминая происшествия двухлетней давности. *** Сделав перелет из Сеула в Будапешт, столицу Венгрии, молодая женщина ждала своего следующего рейса до Амстердама. Ожидание было долгим, почти семь часов и проводить его в здании аэропорта не хотелось. Дже Кён вышла в город. Прогулка по древнему городу настолько увлекла ее, что обычно хорошая интуиция подвела ее и начала бить тревогу только тогда, когда опасность, размахивая ножом и требуя денег на смеси венгерского и отвратительного английского, оказалась прямо перед черноволосой. Постоянно испуганная девушка в этой ситуации повела себя совершенно неадекватно. Вместо того чтобы перепугано отдать деньги и смотаться, Дже Кён автоматически прикрыв живот руками, неожиданно для себя вспомнила приемы тхэквондо, которому когда-то давно обучалась. В голове что-то щелкнуло, и девушка, выпав из реальности и попав в состояние неистовой, слепой ярости, избивала неудачливого воришку с каким-то жестоким остервенением. «Вот так и становятся людьми как Джун Пё» - мысль, возникшая в ее голове пронеслась как бы мимо сознания женщины. Неожиданно кто-то другой схватил ее за руки. И несмотря на попытки девушки отбиться, хватка была железной. Дже Кён отбивалась, лягалась, пыталась кусаться. Все действия проходили как бы мимо нее. Окончательно ее сознание очнулось, когда услышало ласковый голос: «Фуй, детка, брось бяку». Резко прояснилось в глазах, на тело навалилась огромная усталость, и не свалиться на землю помогли только сильные руки незнакомца, крепко держащие ее в своих объятиях. Подняв голову, Дже Кён к своему удивлению не встретилась с глазами мужчины, но только с подбородком. Поэтому задрав голову еще выше, увидела серые, как дымчатый топаз, смеющиеся глаза парня поистине исполинского роста. Несколько раз моргнув, девушка попыталась освободить руки. С усмешкой, присущей только очень уверенным в себе людям, ее отпустили. - Надеюсь, ты больше не будешь пытаться прибить парня? - спросил он. Дже Кён покраснела, чего с ней не случалось уже давно. - Ему нужна скорая помощь, - тихо сказала черноволосая. - Только сейчас поняла? – весело рассмеялся парень и взяв женщину за руку, потянул прочь из переулка. - Что ты делаешь? Нужно... - Нет, - жестко ответил он. – Мне не нужны проблемы с полицией. Все это слишком на долго затянется, а у меня через час самолет. Поэтому позвоним из автомата на конце улицы. - О, Боже! Самолет! – воскликнула девушка. – У меня самолет в Амстердам через... Да, через час! Как же я могла забыть? - Дже Кён хлопнула себя по лбу. - В Амстердам? – удивленно спросил сероглазый. - Да, а что? - Я тоже лечу в этот город. Значит можно взять одно такси. Дже Кён улыбнулась, вспоминая своего случайного попутчика. Высокий, выше двух метров, блондин с серыми глазами везде притягивал взгляды. Потом была встреча в центральном банке Амстердама, куда она ходила забрать деньги, переведенные ей Чан Ди. А позже еще одна, в аэропорту. Дже Кён тогда летела в Рим, а Стефан, так звали парня, возвращался обратно в Венгрию. Неожиданно для девушки мужчина вернул билет в Будапешт и взял один из последних билетов в Рим. - Я лечу с тобой, - ответил он на удивленный взгляд черноволосой. – Должен же за тобой кто-то присматривать. Дже Кён улыбнулась. Чем-то он напоминал ей Ву Бина. Всегда веселого шутника и балагура, однако хорошего и надежного друга. В Италии, взяв на прокат машину, Дже Кён и Пишта (венгерское сокращение от Стефан) поехали на юг. - Что ты ищешь? - спросил парень. - Маленький город, где я смогу открыть небольшую гостиницу с кухней. - Хм-м-м. Насколько маленький? - Не настолько, чтобы нас там принимали как чужаков. - Мне нравится, когда ты говоришь «нас», - улыбнувшись своей белозубой улыбкой, сказал блондин, а увидев нахмуренные брови девушки рассмеялся в полный голос. – Как насчет Беневенто? Тридцать пять тысяч жителей, пятьдесят километров от Неаполя, недалеко главная дорога, где можно открыть моторест для дальнобойщиков с автозаправкой и кухней. Вот так они вдвоем на совместные деньги открыли моторест с итальянской кухней. Пишта не переставал удивлять Джеки (так он начал звать Дже Кён), оказавшись мастером на все руки и отличным поваром по совместительству. К тому же он ни о чем не спрашивал. Ни о ее прошлом, ни о быстро растущем животе. Руки не распускал, и признаваться в любви не спешил. Хотя всем вокруг (и Джеки тоже) было ясно, что мальчик, как называли его местные, из-за того, что он был младше Дже Кён почти на пять лет, влюблен в нее по уши и еще немного. Когда у черноволосой отошли воды Стефан в панике вез ее в больницу, приговаривая (скорее для себя, чем для нее), что: «Все будет хорошо, не бойся». А когда Дже Кён родила девочку, Стефан радовался ей больше всех. Нянчился с ней сколько мог, и освободил девушку от почти всех работ в моторесте, ну, кроме бухгалтерии: «С числами я не дружу», говорил он со вздохом отдавая черноволосой бумаги. А потом все стало как-то тяжелее. Местные кумушки начали призывать Дже Кён к свадьбе. - Любит тебя парень. Ну что ты ломаешься? И красивый, и мастер хороший, и любит тебя с Жюли (Джулия, так назвала Дже Кён свою дочь) безмерно. Ну чего тебе не хватает-то для полного счастья? И ребенку все равно отец нужен. Вот эти аргументы сделали их совместную жизнь почти решенным делом. Дже Кён совершенно серьезно задумывалась о замужестве со Стефаном. Но для этого нужно сначала развестись. А как это сделать, не контактируя с «НИМ» девушка не представляла. А потом... А потом порог их мотореста перешагнул наследник «Шин Хва». *** Джи Ху лежал в кровати рассматривая через потолочное окошко звездное небо. И молился Всевышнему, чтобы «ОНА» тоже была жива. И счастлива. - Уже два года прошло. Два года, - тихо прошептал он. Два года с тех пор как после удара о водную гладь у него переклинило в позвоночнике и отнялась нижняя часть туловища. Джи Ху улыбнулся. Сказать кому-нибудь, что его выловили пираты – засмеют. Однако в филиппинских и индонезийских водах все еще есть несколько хорошо организованных банд. Они нападают на небольшие прогулочные суда, отправляя пассажиров домой вплавь (что в большинстве случаев так или иначе равно смерти), забирая их добро и судно, которые позже продают. (Автору не известно насколько далеко распространяется территория пиратского промысла, хотя они действительно существуют, но будем считать, что до Восточно-Китайского моря они доходят.) Джи Ху снова тяжело вздохнул и попытался устроиться поудобнее, хотя с помощью одних только рук это было нелегко. Ночью ему постоянно снились кошмары, поэтому он старался не спать как можно дольше. Да и днем спалось и отдыхалось немногим лучше. Два года самобичевания, плохой еды и сна не пошло мужчине на пользу. Он похудел, раньше аристократично-светлая кожа стала мертвенно-бледной, под глазами залегли темные круги, щеки и подбородок покрывала неаккуратная, всклоченная борода, а давно немытые и нестриженные волосы прилипли к шее. Когда-то красивого рыжевато-каштанового оттенка, сейчас же их цвет было бы очень сложно определить. Мужчина снова тяжело вздохнул и опять поерзал, устраиваясь поудобнее. Через пару секунд все затихло. Он снова предался воспоминаниям. *** - Джи Ху, мне не нравятся эти люди. Давай отменим полет, - тихо шептала на ухо мужчине его жена. - Чан Ди, ты же прекрасно знаешь, что у нас нет денег полететь другим рейсом. А лететь нужно. Так что извини. Или так, или никак. Но если хочешь, можешь остаться, - нежно поглаживая плечи девушки, также ей на ухо, прошептал Джи Ху. - Я лечу с тобой,- серьезно заявила черноволосая, поджав губы и нахмурившись. – Неужели ты думаешь, что я тебя оставлю? - Конечно нет, - улыбка осветила уставшее, хмурое, но красивое лицо мужчины. Однако интуиция девушку не подвела. Им действительно не стоило лететь этой компанией. Когда на высоте четыре тысячи метров он понял, что самолет не направляется в Японию, а отклоняется довольно-таки сильно от заданного курса, то имел неосторожность спросить об этом явлении стюарда. Тот же, со смехом, вытащил пистолет и позвал свою жену. Каждую ночь Джи Ху снилось испуганное лицо Чан Ди, когда стюардесса снимала с нее обручальное кольцо и кулон, подаренный мужем на годовщину их свадьбы. Как у девушки дрожали губы, когда та женщина надевала их на себя. Джи Ху ничем не мог помочь, так как связанные за спиной руки этому явно мешали. Хотя этот грабеж был не самым страшным. Страшнее всего было то, что потом их выкинули из самолета. Правда, ради справедливости следует сказать, что пилот все-таки снизил высоту самолета на минимальную, дав им хотя бы возможность выжить. Сначала, угрожая Чан Ди пистолетом, стюард вытолкнул ее, а потом его. Он помнил, что упал плашмя и от удара о водную гладь у него потемнело перед глазами. Джи Ху потерял сознание. И пришел в себя только в какой-то моторной лодке. И довольно-таки быстро понял, что нижней частью тела двигать просто не в состоянии. Он не знал стоит ли благодарить Бога за то, что выжил, или же проклинать его. Его спасли пираты. Они случайно видели, как его выбросили. Когда же эти жесткие и жестокие мужчины выловили связанного Джи Ху, они разразились гневной бранью. Даже они, жестокие морские волки, оставляли своим жертвам шанс выжить. Рыжему же в этом отказали, связав его. Когда он очнулся в маленькой хижине в комнате, воняющей отбросами и на кровати пропахшей рыбой, стало понятно, что ходить он уже больше не будет. Конечно, если бы он мог попасть домой, дед, да и друзья, конечно тоже, бы нашли средство поставить его на ноги. Но Джи Ху знал местоположение «пиратской базы» и поэтому отпускать его никто не собирался. Знания мужчины в строительстве лодок подняло его авторитет в глазах местных жителей. Его советы помогали пиратом грабить более быстро, с большей безопасностью и меньшими жертвами, что, естественно, в случае поимки данного гражданина, засчитывалось как облегчающее обстоятельство. С момента появления рыжего в их деревне количество пойманных сократилось втрое. По этой причине он пользовался всеобщим уважением и даже любовью одной девушки, которая уже два года ухаживала за ним, робко надеясь на ответные чувства. Несколько раз Джи Ху просил ее перестать маяться дурью и найти себе нормального парня, а не калеку, который не только ходить не в состоянии, но и просто на ногах не устоит. Но его разумные доводы разбивались о твердую как скала стенку молчания. И тяжело вздыхая, Джи Ху снова позволял массировать свои ноги и вывозить, хотя бы на несколько минут на солнце. В эти моменты девушка выглядела настолько счастливой, что у мужчины язык не поворачивался сказать ей, что он женат. http://img.galya.ru/galya.ru/Pictures3/ttp/2010/12/11/t4_2263451.jpg - Штефан в моем представлении. http://agw.ru/wp-content/uploads/2014/12/elviana-sumatra-indonesia-794x529.jpg - девушка, которая ухаживает за Джи Ху.