Академия контракторов

Та же комната. Минут двадцать погодя.       Воля кружила по комнате, постоянно осматривая со всех сторон свой наряд. Впервые за много лет у нее было свое собственное платье! Платье! Не грубая одежда крестьянок и жен рабочих, не сшитая наспех из лохмотьев тряпица. Нет, самое настоящее платье. Такое, в котором не стыдно было выйти в большой свет. Такое, какое было там, в прошлой жизни. До того как погибла их мать, до того как их семью стали подозревать в связях с домом Баскервиль. Тогда, когда девочкам было пять - шесть лет.       Алиса немного мрачно смотрела то на сестру, то на Шерон, то на такое же, как у сестры платье. Признаться, в душе Алиса уже готова была нацепить это платье, и присоединиться к плясу сестры, но гордость ей не позволяла. Нет, гордыня. Слишком свежи были в памяти те годы, проведенные на улице, среди грязи как той, что на земле, так и той, что в сердцах. Сколько раз малолетняя шпана донимала их насмешками, сколько раз взрослые гнали их прочь? Тогда они не считали насмешки и издевательства, а старались выжить в том мире, что люди зовут задним. Но были вещи, что пробивались сквозь еще непрочную защиту от мира, и невидимым, но острым и холодным клинком касались сердца и души. Низменные порывы низких людей не могли трогать сердца так, как трогало холодное и отчужденное презрение. Презрение со стороны «сильных мира сего». Нет не представителей высокого дворянства, откуда им взяться на изнанке города, пусть и большого, нет. Презрение от, подобравшихся к краю Высшего света, жалких червей, что не так давно звались купцами и неизвестно как сколотившими состояние ремесленниками. Буржуа. Правда, термин этот появился спустя несколько веков. Они кичились тем, что равны мелким дворянам, тем, что теперь они выше вчерашней подруги Эмми-булочницы или собутыльника Джима-сапожника. «Дворяне» предпочитали возвещать всем и каждому о своем статусе, их дамы носили до нелепости вычурные платья. «Они» украшали дома мерзкой лепниной и безвкусными безделушками. «Они» разъезжали в «каретах», вернее в переделанных телегах. «Низшие из Высшего света» вели себя подобно свиньям в дубраве осенью. Старались пожрать больше чем могли. Холодное презрение от таких «дворян» было больнее стократ. Когда молодой «дворянин» проезжал мимо со своей самкой, он обязательно бросит грубую насмешку, а она презрительно сморщит напудренный носик, топнет ножкой и отвернется.       Для Алисы, поклявшейся впредь ни одного платья не одевать, новая одежда казалась оскорбительной ЕЕ гордыни достоинства. Поэтому она фыркнула и отвернулась. - Сестричка Шерон, а другого наряда точно нет?       Шерон недоуменно смотрела на Кролика. Она не понимала. Ничего. Форма для новичков нужного размера закончилась, поэтому юная Рейнсворт, с большим между прочим трудом, отыскала свою старую форму. К счастью, у нее оказалось два почти одинаковых наряда. - Нет, Алиса. Не у вас одних, кстати, нет формы. Поэтому недели через две, должны привезти форму на заказ. Так что одевайся, скоро обед. - Не надену! - Али~са! - Нет! - Да! И длилось это долго-долго, пять минут.       В итоге девочки нашли компромисс – спустились на этаж ниже и попросили мальчишескую. Вернее только рубашку и пиджак - штаны под этот рост были великоваты. Поэтому Шерон отдала свою старую юбку на «растерзание» - Ну, на один день сойдет, – сказала герцогиня, придирчиво осматривая свое творение. Рубашка, заправлена под юбку, чулки держатся крепко, пиджак сидит ровно – вполне сносный наряд. – Ну вот, все свободное время потратили, пора на обед! Алиса, пойдем, мне нужно показать первокурсницам путь к столовой. И не дожидаясь ответа, девушка схватила упирающуюся жертву младшего товарища и потащила наверх. К ее великому изумлению все первокурсницы (включая Волю) столпились у второй лестницы. - О нет, – прошептала Шерон и рванула вперед. Алиса не знала, что такие хрупкие девушки могут так быстро бегать. - И куда это мы отправились? Девушка грозно посмотрела на своих подопечных. А дальше как писал Пушкин «Его глаза сияют…», только тут она, а не он…       Толпа расступилась, и гневному взору девушки предстал… Оз. Да-да, Оз. - О, Шерон! Мы тебя потеряли. Брейк уже думал, что тебя сожрали Гигантские Крысы-Людоеды. А на заявление Лиама, что их не существует, фыркнул и сказал: «Но ведь рядом живет Помойная крыса в человеческий рост…» - Мне не особо интересно то, как он отзывается о других учениках, пока это не стало общепринятым хамством. Скажи мне, куда ты ведешь моих первокурсниц? Оз притворно обиделся. - Но… Ведь ты мне не дала договорить… Ты бяка-пака, нехоро~шая! Ууу, фу такой быть! – паренек «погрозил пальцем», а затем надул щеки, сложил губки уточкой. – Брейк сказал, что раз королеву романов сожрала Крыса, то никто не покажет юным девам дорогу в столовую и первокурсницы умрут от голода… Так что, я здесь, чтобы этого не произошло! Но раз ты вернулась, я пожалуй пой… - Нет, погоди. Можешь их забирать. Мне надо кое-кого наставить на путь истинный. Как писал дядюшка Гоголь в повести «Нос»: «А дальше все скрывается туманом» ***       Девочки вошли в небольшое уютное здание, именуемое столовой. Оно было одноэтажным, очень длинным. Как они потом узнали из школьной легенды, здесь могут расположиться на обед все члены Организации и еще останется много места. Но, правда это или нет, никто естественно не проверял. Здесь, в отличие от общежития, девочки и мальчики могли сидеть вместе (но как оно бывает, основная масса девочек сидит отдельно от парней), однако было строгое деление по году обучения. Мест для первогодок было больше – т.к самих первогодок было больше. И все же, как не странно, места девочкам за общим столом не хватило. (А может это просто потому, что Оз и еще несколько парней-старшекурсников сидели среди первокурсниц. Но это так. К слову.) Поскольку младшим сидеть за столом старших запрещено (старшим можно сидеть там где они хотят, только очень тихо…), девочки решили сесть за отдельный столик. Таких столиков было довольно много. Они предназначались для дружеских компаний, одиночек и сладких парочек, правда, отнести девушек к одной из этих категорий трудновато. Абсолютно свободных столов там не было, поэтому им пришлось сесть рядом с каким-то очкариком-задохликом. Он все время молчал, будто бы его и нет, читал какие-то бумажки и что-то писал в двух тетрадях. В общем, как его для себя окрестила Кролик – типичная мебель. Самое странное, «мебель» ничего не ела – рядом стояла нетронутая тарелка. - Сестричка, я пойду за едой, что тебе взять? –Воля вопросительно посмотрела на сестру, и услышав тихое бурчание: «Всего и побольше», удалилась. Кролик была не то чтобы рассерженна, скорее напряжена. Она нервно оглядывала все вокруг, и незаметно для себя искала одну очень светлую головушку. К счастью эта «головушка» сидела в другом конце зала и не раздражала своим присутствием. От размышлений Алису оторвал звук падающего тела, битой посуды и последующего ругательства. Она повернула голову и увидела свою младшую сестру, лежащую на полу рядом со столом, «Мебель» непонятно зачем вставшую, и теперь запачканную едой и саму еду, расплескавшуюся вокруг них. Естественно на шум повернулись многие. Первое ругательство, которое услышала Алиса, принадлежало «мебели», но видимо из-за множества глаз, направленных на виновников шума, очкарик больше не высказывался. - П-простите пожалуйста, я случайно… Воля подняла глаза на «жертву», отряхивающуюся от еды и смахивающую ее с тетрадей. - Нет-нет, все в порядке, правда, - парень бросил это бесполезное занятие, поправил очки и протянул девушке руку. – Вот, поднимайтесь. Она немного недоверчиво взяла руку и поднялась на ноги. - Я испортила что-то важное? – девушка начала всхлипывать. - Нет, все в порядке, только на одной тетради остались пятна, но это пустяк. А вы не ушиблись? - Я в порядке…Простите… Толпа начала расходиться, они ожидали зрелищ, а тут… Но все изменилось с появлением одного персонажа.       Он вышел из толпы. Он смотрел на всех немного презрительно, но презрение ко всем и вся, тщательно скрывал под маской лжи. Толпа расступалась перед ним, давая дорогу. Те, кто собирались уходить, вернулись. - Так, так, кажется, тут кто-то сильно крошку Лиама? Неужели эта юная леди? А еще и староста, ай-ай-ай…Довел девочку до слез, выругался, а теперь мы снова беленький и пушистый? Как нехорошо… А впрочем, достойная компания, для одной Полоумной Шляпницы. Лиам сразу напрягся. Он был старше, но слабее. Как в бою физическом, так и словесном. Он работает с бумагами, но оратор из него…Но в этот раз ему нельзя было уступить. - А я разве разрешал ВАМ звать меня по имени? - Ой, кажется кто-то у Шляпницы понахватался дерзости? А, староста? - Кто бы про дерзость говорил, Крысеныш. - Ата-та, а если Барма услышит? А в прочем, какая разница? Шляпница тебя достанет раньше. Это ведь его тетрадь поплавала в супе этой мадам? -… - *в сторону* Надо же я угадал…*всем*А ты бедненький, так старался, писал ему доклад о мотивах преступлений…Старосте факультета психологии. И как же интересно такой болван им стал, если заставляет тебя работать за него? - Просто этот болван не видит необходимости лишний раз писать то, что он и так знает. А вообще столовая не место для разборок. Пойдем-ка, выйдем. - Боишься на людях проиграть? Понимаю, будет обидно… Мастеру ближнего боя проиграть мастеру дальнего. -Да нет. Я просто даю тебе шанс сбежать не попавшись. А то вдруг опять забудешь свой швейный наборчик? Обидно наверное, тебе ведь тогда выпал шанс наконец распотрошить Эмили? - *Клац-клац* Хе-хе-хе, глупый человек, я Божество, меня не убить! Мой раб тебе не… Брейк повернул голову в сторону куклы, схватил ее и начал трясти. - Кого ты тут рабом назвала? - Ваааа, поставь меня на место, я же пошутила…Ай, отпусти!- оказавшись на родном плече кукла пробурчала – И все равно я захвачу мир… - Ты закончил? - А я разве что-то начинал, Крыска?       Кончилось это все дракой с участием Алисы, захотевшей побить этих полудурков; толпы девочек-фанаток, изначально споривших кто круче – Винс или Брейк; озлобленных парней и Шерон, пытавшейся их разнять. В уголке сидел Лунетт, прячась от всех, а рядом Белая Алиса…       Битва достигла своего апогея, дерущиеся уже готовы были выхватить свое оружие, но тут распахиваются двери. В зал влетает мужчина средних лет. - И так, что это у нас тут происходит? Драка? Даже с оружием. Мило. Что еще сказать. Старосты общежитий, старосты факультетов, ректоры кружков, выдающаяся часть Элиты! Мило! Очень. Про обычных учеников я молчу. Так, зачинщики.- Окидывает взглядом застывшее поле брани. И замечает собственно самих зачинщиков. - А, ну мне все понятно. Брейк Зарксис и Найтрей Винсент, увидеть вас рядом и в гуще потасовки уже не удивительно. Рейнсворт Шерон, Вы как в драке оказались? Мне все равно, ибо я все знаю. И вы, да-да вы... Алиса посмотрела на мужчину и узнала в этом рыжем герцоге, человека посоветовавшего ей поступить в академию. - У вас ведь была сестра? Вы обе, тоже идете вместе с этими к директору. - За что? - Хм. - Барма отвернулся. - Лунетт. Вылезай из-под стола. Сейчас же. - паренек вылез из своего убежища и боязливо посмотрел на своего господина. - Ты староста мужской половины этих остолопов. Почему ты их не разнял? А в прочем, расскажешь это ректору. Остальные кыш по комнатам, я всех запомнил. И, взметнув копной своих волос, он повернулся на каблуках и удалился в известном направлении. И несчастные зачинщики отправились следом. --- От Автора. Простите что так долго не выкладывала – сначала олимпиады, потом экзамены, потом комп в ремонте, сейчас пишу на личном ноуте, и постараюсь залить на стационарник (ибо интернет есть только там) Обещать скорое продолжение не могу. Ибо обещал через три дня – написал через два месяца… Так что… Ну все, пойду дальше писать. Ах да, я опубликовала раньше, но теперь немного подправила концовку. Впрочем, суть не изменилась.