Полярная звезда

POV Вольфрам

Как всегда, хоть бы пооригинальней причину придумали. Порча школьного имущества, систематические прогулы, если явился, то опоздал, драки, из-за чего неуспеваемость просто меркнет на общем фоне. Сижу и слушаю верещания этого старого маразматика, но сегодня он более… спокойный. Или… перевожу взгляд на Мукуро. Понятно. Он боится кровожадной улыбки этого психа, не даром он зам Хибари, не удивил, хотя Еши… вот он удивил. Не ожидал, что он будет замом. В коридоре подозрительная тишина; а не свалил ли Реборн куда-нибудь? А то мало ли, он ведь должен сделать из меня крутого мафиози. Да, папочка, тебе надо лучше следить за своим ноутбуком, хотя, мне ты все простишь! Значит Реборн — бывший Аркобалено Солнца, лучший киллер девятого и десятого поколения, но только на данный момент, сколько ему лет — загадка, хотя он еще помнит Оттаво Вонголу; ничего так мумия сохранилась. Очень педантичный, загадочный, сильный и крутой. Его имя известно всей мафии, даже ее отбросам. Но есть одно «но»: как репетитор он очень жестокий и не дает поблажек. Хотя, что он сделает моему папе? Хах, ничего, но… теперь я понимаю, почему в мафии довольно много бисексуалов, если учесть внешность всех известных мафиози… Не удивительно, что на них западают оба пола. — Мукуро, передайте Хибари-сану эти документы, он знает, что с ними делать, — о, сейчас он передаст этому психу свое решение и отстанет, — Савада-сан, думаю, что Вы услышали меня и займетесь воспитанием своего сына. — Да, — как обычно, папа мило улыбнулся, хотя узнай этот старикашка о том, что папочка большая шишка, то, наверное, мне бы автоматом по всем предметам поставили отлично! Но эта омерта… ладно. Мы встаем и идем к выходу. Где-то там мой репетитор… Ну ничего, ты будешь меня слушаться! Ай, блять, папа! Какого ты в дверях встал?!.. А… это… Еши??? Какого он обнимается с… Реборном? Так, или это мои глюки, если судить по тому, что Аркобалено никому не позволял к себе прикасаться, или я завтра не опоздаю на уроки… — Ойя-ойя, Реборн, — не, это реально Реборн? Но… почему он обнимается с Еши, — кажется я говорил не трогать моего брата? — так, а этот представитель хохлатых в курсе их романа? — Все хорошо, Мукуро, — ой, еще и покраснел, что, решил стать шлюхой киллера? Хотя, ты и так на девку похож. — Просто я упал, — не хило ты упал, а многим такое «упал» жизни могло стоить! Опа, а эта желтая нечисть что тут забыла? Неужели ты еще и с монстром Камикороса спишь? Или что там у вас? Он, кажется, около тебя вообще все перемены проводит, боится за свою сучку? Ну скажи, не даром же такой худой и смазливый! — С-спасибо, что пригласили нас в школу и предупредили об плохой успеваемости сына, — о, пап, а тебя это так шокировало? Хотя, да, не каждый день увидишь, как лучший киллер обнимается с мусором, хотя, он, наверно, его не убил из-за того, что руки марать не захотел. О как быстро убежали! Ах, да, вам же документы Хибари унести надо, хотя, Мукуро вроде тоже киллер, причем свободный, а в добавок и довольно сильный иллюзионист, но, наверное, не сильнее Шина. Итак, что мы имеем? Эта зараза в черном костюме очень своенравная и строптивая, любит смазливых мальчиков, хотя папа говорил, что он подчиняется Вонголе, а значит мне тоже будет подчиняться, ведь я Десятый! Может, когда-нибудь и в постель затащу, вдруг стану «по мальчикам». — Кхем… Реборн, — о, папочка проснулся, — мы должны… — Я никому ничего не должен, — правду говорили, что он своенравный, а еще я понимаю, почему о нем мечтает половина всего светского общества. — Io tutore tuo figlio, ma è un ordine di Nonо, così come il mio ultimo lavoro come Vongole killer (Я буду репетитором твоего сына, но это приказ Девятого, а так же мое последнее задание как киллера Вонголы), — да, своевольный итальянец, сколько ненависти в твоем голосе, а если к этому прибавить твою внешность… — Forse sarebbe un buon Dieci, ma ho giurato fedeltà Tsunaeshi. Quando lui è Dieci, lascio vongole, e sì, lo farò (Возможно, что он станет хорошим Десятым, но я уже поклялся в верности Тсунаеши. Когда он станет Десятым, то я покину Вонголу, и да, мне будет чем заняться), — блин, вы бы хоть переводили! Я ни черта не понимаю! — Реборн! Что ты себе позволяешь? — о как разозлился. — Тсуна давно мертв, ты совсем из ума выжил со своей верностью? Куда же ты пойдешь, а? Я Внешний… — мертв? Ты про своего сына, что пропал в возрасте четырех лет? — Советник и бла-бла-бла, но я подчиняюсь только прямым приказам Тимотео, — а сейчас ты мне напоминаешь пантеру перед прыжком; да, не зря тебя прозвали Лучшим киллером, я думал, что это просто слухи, раз Девятому подчиняешься, то и мне подчинишься. — Емитсу, этому телу семнадцать лет, но я старше тебя лет на двадцать. Если тебя оставит Вонгола, то тебе будет некуда идти, но ты — не я, — сколько лет? Это… это… Тебе что, под пятьдесят что ли? Хотя, уже даже, наверное, за шестьдесят; реально мумия, но о~очень хорошо сохранившаяся, — не забывай, что многие семьи готовы перебить друг друга, лишь бы получить меня в роли подчиненного, да и я нашел свою семью. — Per motivi di milksop hai deciso di lasciare le Vongole? (Ради того сопляка ты решил покинуть Вонголу?) — ой, папа, чем он тебя так разозлил? Так, я что-то пропустил, вы вообще из-за чего ругаетесь? Хотя… все равно потом все объясните. — Или ты все еще не отказался от затеи в поимке Поларис? Очнись, Реборн, этот человек всего лишь легенда! Возможно какой-то Альянс просто прикрылся его именем! Человека уже бы убила такая перегрузка! — Поларис… Где-то я видел информацию у папы на эту семью. — Тогда я тоже монстр, ведь одиннадцать лет назад я должен был умереть, — это я помню, папа говорил, что лучше бы Аркобалено погибли, — когда Аркобалено подошли к своему пределу, но Сиело был одним из тех, чье пламя использовалось для запечатывания проклятья, в тот день я почувствовал Его пламя, а через несколько лет встретил Polaris, T. А тот мальчишка, он брат потенциального хранителя Тумана, очень интересная личность. И еще, — какой красивый засос… Так… Откуда засос? Какой, к черту, Сиело? Ты с кем спал? А новому телу не рано ли? Да и у тебя есть другие обязанности. — Если тронешь блондина, то следующая наша встреча станет последней, от меня еще ни одна жертва живой не уходила, — блондина? Еши, что ли? Правильно сказал, он — блондинка! Ему девушкой нужно было родиться.

End POV Вольфрам

Зайдя в дом, киллер сразу же направился на кухню. Он уже знаком с Наной, ведь пару раз его присылал Девятый с подарками для этой женщины. В отличии от Емитсу, Тимотео очень любил своего внука и искренне скучал по нему; он верил, что Джотто покинул кольцо Вонголы, чтобы оберегать его. В тайне он рассказал Реборну, что Тсунаеши Савада все еще жив, ведь Воли Девятого и Десятого Вонголы нет в кольце. Но он хранил это в тайне от Емитсу, так требовала интуиция. — Здравствуйте, Нана, — поздоровался юноша, подойдя к женщине, он стал перед ней на одно колено и, сняв шляпу, поцеловал кисть ее руки, чем смутил домохозяйку. Реборн всегда считал, что Емитсу не умеет ценить того, что у него есть. Тсунаеши был бы прекрасным Десятым, ведь киллер видел этого ребенка, хотя почему-то не мог вспомнить его лица. У него была прекрасная жена и мальчик был весь в нее, но ему все мало. Брюнет чувствовал, что Советник что-то задумал, но что? Пока он не откроет все карты, то действовать нельзя. Нана немного покраснела; не каждый день к ним приезжают люди с работы мужа, да еще и человек, которого она уже считала практически вторым сыном, если бы Вольф вырос таким же. Галантный, вежливый, культурный, сразу было видно, что он итальянец. Реборн был очень веселым, всегда помогал ей, трудолюбивый, всегда сдерживал свои обещания, как он говорил: «Ведь я мужчина!» Когда все семейство уселось, то Нана быстро накрыла на стол, при этом Реборн как обычно помогал ей, не позволяя поднимать тяжелое или горячее. — Спасибо, Реборн-кун, — женщина игнорировала недовольные взгляды мужа и сына. Поделом им, пусть берут пример с этого юноши, вот каким должен быть мужчина. — Не за что, — киллер занял свое место, при этом он был доволен, ведь удалось задеть самодовольство двух напыщенных индюков, — мне в радость помогать Вам. — Итак, — начал Емитсу, если сейчас он их не остановит, то их уже ничего не остановит; это свойство он больше всего не любил в своей жене, — Вольф, знакомься, этого человека зовут Реборн, — бросив гневный взгляд на ухмыляющегося брюнета, мужчина продолжил. — Реборн, думаю, что Вольфа представлять не надо, ты и так все знаешь. — Ну что ж, — итальянец дружелюбно улыбнулся, мастерски замаскировав кровожадную ухмылку, — я — репетитор-киллер Реборн. __________________________

ШоК, спасибо за награду