Полярная звезда

Один кричит белый, другой кричит чёрный, А на деле серый — идите к чёрту! Чаще верю глазам и всё реже речи. И липким враньём здесь каждый блещет.

— Реборн, а ты что тут делаешь? — произнес мужчина, что выбил дверь и теперь внимательно смотрел на парочку своими серо-голубыми глазами. — Гамма? Что тебе нужно? — спросил брюнет, закрывая собой блондина. Киллер любил Аркобалено Неба, уважал и всегда был рад ее визиту, но не сейчас. — Ария желает поговорить с… — договорить мужчине было не судьба, маленький золотой смерчик наскочил на мужчину и чуть не сбил с ног. — Гамма-сан! — Тсуна повис на шее мужчины. — Как поживает малышка Юни? С ней все хорошо? — парень весело засмеялся, видя растерянность блондина. Не каждый день Небо Поларис с разбегу прыгает к нему на шею. — Да, с Юни все хорошо, — Гамма быстро взял себя в руки и потрепал парня по волосам, — спасибо Сиело, за то, что он спас ее от нападения. Ария очень благодарна ему, — отцепив от себя Тсуну, — она хотела продолжить с тобой тот разговор, когда вас прервал Занзас с заявлением, что детям рано вставать, и уволок тебя и Мукуро спать. — Занзас? — удивился Реборн, делая мысленную пометку поговорить с Небом Варии по душам. — Братик Занзас приютил нас с Мукуро около семи лет назад, — Еши улыбнулся, вспоминая день их знакомства… Да, Вария никогда еще так не бегала. — Гамма-сан, пойдемте к Арии-сан? — получив в ответ кивок, блондин направился к выходу. — Ну нет, одного я тебя не отпущу, — недовольно пробурчал брюнет, догоняя Еши под недовольный взгляд Гаммы.

* * *

— Ку-фу-фу, Вольф-кун, опаздывать нехорошо, — Мукуро стоял в тени дерева и наблюдал за опоздавшими, — после уроков зайди к Ке-куну, он назначит тебе наказание. Ойя-ойя, не смотри так на меня, я бы отправил тебя к Кее сейчас, но он немного занят, — иллюзионист коварно усмехнулся, — точнее, его немного заняли.

FB

Синеволосый парень с забавным хохолком и разноцветными глазами шел по пустому школьному коридору. Как зам. ГДК он обязан следить за дисциплиной и отлавливать опоздавших учеников, которые боялись его не меньше, чем самого ГДК. Недавно к нему приходил Деймон и заявил, что Облачка немного повздорили, так что Мукуро и Еши могут с чистой совестью слинять с уроков. Напевая какую-то песню, Рокудо наслаждался тишиной и спокойствием, проходя мимо кабинета Кеи, как его внимание привлек звук падения. — Алауди, слезь с меня, — злобно прошипел Хибари из-за двери своего кабинета. — Ты проиграл, — второй голос принадлежал Первому Облаку, — значит недостаточно старался, тебя следует наказать. Лязг металла не предвещал ничего хорошего. Звук падения чего-то тяжелого, похоже, что это были тонфа, скрип кожи и звонкая пощечина, после чего наступила звенящая тишина. Не выдержав, Мукуро приоткрыл дверь, заглядывая в кабинет. Кея сидел на кожаном диване, точнее как сидел, он был придавлен к дивану телом Алауди, а его руки были скованы наручниками и закинуты на шею Первого Облака, вынуждая обнимать мужчину. Одна щека Кеи была красной, словно от удара. Блондин внимательно смотрел в глаза брюнета, но его лицо выражало абсолютное спокойствие, когда Хибари был готов убить его взглядом. — Можешь ненавидеть меня, но я сделаю из тебя достойного хранителя Вонголы Дечимо, — внезапно блондин коснулся тыльной стороной ладони покрасневшей от удара щеки своего наследника, — а может и не только хранителя, — совсем тихо прошептал Алауди отстранившись от Кеи. — Твое наказание — сними наручники в течение тридцати минут. Не снимешь, тогда сдам тебя на воспитание Деймону с Мукуро. Хихикнув, иллюзионист скрылся с места преступления, не дай бог вывести Алауди из себя.

End FB

Реборн сидел на большом камне возле реки и грелся под лучами Солнца. Ария и Тсунаеши о чем-то разговаривали, иногда смеялись, а иногда Аркобалено Неба становилась серьезной, но через несколько секунд мило улыбалась и начинала что-то рассказывать. Это могло бы походить на семейные посиделки, если бы не Гамма, что сидел на соседнем камне и еще один человек… он находился недалеко от Тсунаеши, хотя нет, не так. Это были несколько людей, но Реборн не мог понять кто они, хотя, похоже, что не один он чувствовал их присутствие, Ария даже пару раз посмотрела в сторону, где находились эти люди. Неожиданно Тсуна повернулся в сторону тех людей и поманил кого-то к себе. Из иллюзии вышла девушка, она прижимала к себе копье, которое, похоже, было ее оружием Тумана. Она была одета в сиреневое платье стиля ампир, которое доходило длиной до колена. Красивые сиреневые туфельки на небольшом каблучке были застегнуты на голени. Темно-фиолетовые волосы были собраны в смешной хохолок, как у Мукуро. Реборн невольно усмехнулся. Похоже, что он не один параноик, который побоялся отпускать Тсуну одного. Уступив девушке место, Еши направился в сторону Реборна и Гаммы. Если судить по этому моменту, то сейчас Реборн был счастлив. Сколько лет он мечтал именно о такой работе, когда тебе не нужно пробираться в непонятные здания, при этом собрав на себя тонны пыли, грязи, перематерив все и вся на нескольких языках и в итоге выяснить, что тебя отправили за каким-то жалким обрывком бумаги, но ради этого тебе пришлось убить по меньшей мере около дюжины охранников. Ему не нравилось это, а вот… ждать свое Небо. это другое, но еще больше он был бы рад ждать так не только Тсунаеши, но и Сиело. Сейчас он понимал, что найдя Десятого после стольких лет… ему будет тяжело расстаться с ним, отпустить, оставить одного на произвол судьбы. Позволит ли ему Сиело стать телохранителем этого ангела? Длинные волосы цвета спелой пшеницы развевались на ветру, он тепло улыбался и довольно быстро шел к ним. — Реборн, Гамма-сан, — внезапно вся беспечность куда-то пропала, а в глазах появились те золотые искры, которые заинтересовали киллера в день их знакомства, — у нас тут… проблемка в лице около пятидесяти наемников Вонголы, но это не Вария. Сейчас вы пойдете за мной, словно ничего не произошло и вы ничего не видели, — получив в ответ еле заметные кивки, Тсуна мило улыбнулся и, схватив хамелеона, что крался к нему по траве, направился обратно к беседке. Когда троица подошли к беседке, то Реборн понял, что они находятся в иллюзионом поле. Неужели эта девушка настолько сильный иллюзионист, что может создавать настолько мощные и искусные иллюзии? Нет. Не она. Только сейчас Реборн заметил, что на скамейке лежит еще один человек, который скрыт еще одной иллюзией и его пламя… его пламя он узнает всегда. Неббиа, Туман, чьим пламенем запечатывали пустышку Марммона. Тсуна пересадил Леона на стол, чтобы тот в любой момент мог оказаться в руках своего хозяина, но эта перспектива не очень радовала хамелеона, ведь он хотел посидеть на руках у блондина. — Еши, начали! — неожиданно крикнула Ария, доставая из сумочки пару пистолетов и стреляя и первое попавшееся дерево. — Реборн, Гамма, Лучник, мы отстреливаем их отсюда, Ночь и Рассвет, вы берете тех, что стоят со стороны дороги, Еши, вы идете к деревьям. Беседку оплели лотосы, являя противникам пять фигур. Независимые Судьи быстро рассредоточились по местности, занимая свои позиции. Один из них, тот, что был в зеленой мантии, запрыгнул на крышу беседки и стал отстреливать людей из арбалета атрибута Неба, трое, во главе с Еши, ринулись врукопашную на группу из десяти человек, что вышла из-за деревьев и была вооружена снайперскими винтовками. Боковым зрением киллер заметил, что двое были одеты в алую и черные мантии, и точно такая же парочка направилась в противоположную сторону. — Охраняем Хром, она держит иллюзию, что скрывает нас от всеобщего обозрения, — крикнула Аркобалено Неба, пристрелив парочку особо надоедливых наемников. Отстреливая наемников, Реборн заметил, что группа во главе с длинноволосым блондином очень слажено дерется в рукопашную, оружием каждого из них были перчатки. Тсунаеши и один из Первых Судей весьма удачно использовали Прорыв Точки Нуля, благодаря чему оружие из пламени очень быстро было ликвидировано, как и сами стрелявшие, которые стояли красивыми статуями. Сиело не отставал от них и обращал в кристально-оранжевые фигуры своих противников, иногда частично, а иногда полностью. Но все трое отдавали предпочтение просто пробить грудную клетку, чтобы не терять время зря. Постепенно обе группы были оттеснены к беседке. — У них подкрепление, — крикнул один из Судей в алой мантии, — Ночь, меняемся. Рассвет, вспоминаем нашу последнюю вылазку и пытаемся повторить. Бой начинал напоминать спарринг на выносливость, словно враг пытался понять, когда же они устанут сопротивляться, ведь все же у каждого человека есть свой лимит. — Ария, на дереве снайперы, — крикнул судья в черной мантии, в чьих руках было копье, которое принесла с собой Хроме, но поздно. Гамма и Реборн наблюдали, словно в замедленной съемке, за тем, как один из наемников целится в женщину, что стоит к нему спиной. Вот раздается звук выстрела, но пуля не попадает в цель. Как такое возможно — непонятно, но женщину закрыл собой один из судей, прижимая ее к себе и становясь живым щитом, который закрыл ее от смертельной опасности. — Сиело! — крикнула Ария, поворачиваясь лицом к Тсуне. — Все в порядке, — прошептал Небо Поларис, возвращаясь обратно к Мукуро и… своей иллюзии. Когда? А зачем же были нужны такие красивые лотосы? Когда последний наемник расстался со своей жизнью, поляна стала напоминать место из описаний войн. Кровавое море, трупы, оружие. Все было вперемешку, а те, что были обращены в ледяные статуи, были покрыты кровью, а некоторые разбиты. Подойдя к беседке, Еши достал из сумки аккуратную синюю папку и ручку, передавая их Сиело.

Добрый день! Мне кажется, что Вы не уследили за своими людьми. Прошу прощения, что они в таком виде, но я возвращаю их к вам. Если Вы еще раз тронете Аркобалено Неба, то я лично приду за Вами.

День

Кинув записку на одного из трупов, Сиело и Валентин перенесли их в штаб Внешнего Советника Вонголы. Нечего своих людей тут бросать. — Гамма, позвони Тимотео, я хочу кое-что ему сказать, — тон Арии не предвещал ничего хорошего. Реборн стоял возле беседки и наблюдал за Неббией, который держал на руках иллюзионистку по имени Хром. Похоже, что девушка была без сознания. Отправив «посылку» по назначению, Сиело пошатнулся, но его поддержал Тсунаеши, помогая ему держать равновесие. Хотя, парень выглядел не лучше, как и все остальные. Потрепанный, уставший, с многочисленными царапинами и ушибами, но счастливый, ведь все остались живы. — Сиело-сан, это у вас кровь или царапина? — спросил парень, стирая кровь с лица Судьи. Реборн завидовал ему, ведь он не мог видеть сквозь эту иллюзию. — Ваше плечо… Неббия-сан, у него пулевое ранение! — парень засуетился, пытаясь отбуксировать мужчину к беседке, но был остановлен им же. Сиело обнял свою иллюзию, прижимая к себе и вынуждая уткнуться носом в свою грудную клетку, хотя, даже без иллюзии взрослого мужчины он был выше «себя» почти на голову. — Все хорошо, Тсунаеши, — тихо прошептал Сиело, словно не замечая того, как блондин в его объятиях покраснел и зажмурил глаза, — просто царапина. Аркобалено Солнца, словно завороженный, наблюдал за действиями Сиело. За тем, как Еши виновато улыбался и пытался вырваться из объятий. За тем, как блондин надулся, словно обиженный хомячок, когда Сиело засмеялся и подхватил его на руки, что-то говоря про важность персоны блондина, его защиту и ценность. Реборну это было не важно, самое главное, что он мог просто находиться с ними рядом, тихо посмеиваясь над неудачными попытками вырваться на свободу, когда Сиело что-то шепчет блондину и тот краснеет так, что ему могут позавидовать самые спелые помидоры. И он не успевает уследить за тем моментом, когда Тсунаеши исчезает в сине-черных языках пламени Тумана. — Аркобалено Солнца, — Сиело возникает рядом с Реборном, как черт из табакерки, — не грусти, Тсунаеши обязательно поговорит с тобой завтра. — Насколько же сильны твои иллюзионисты, что я ничерта не помню событий этой ночи? — киллер заглянул в такие родные глаза цвета жидкого золота. — И сколько их вообще? У меня складывается впечатление, что в твоей семье люди обладают только пламенем Неба и Тумана. — Реборн, — Сиело погладил Леона, что в ожидании сидел на плече киллера, ящерица хотела внимания. Злобное животное, и единственное создание в мире, которое разгадало секрет Сиело и Вонголы Дечимо. — Тут ты прав, в моем подчинении четыре очень сильных иллюзиониста, есть еще один, но он приходит к нам временами, ровно столько же Небес, два Облака, один Ураган, одна Гроза, три Дождя и одно Солнце, которое сейчас в Италии и, если честно, то Поларис его боятся. Маньяк еще тот, один раз Неббию очень сильно потрепали на задании… наше Солнышко его подлатал… ну и Рапунцель из Ночи получилась, а маникюр какой был, пещерные люди бы позавидовали. — Сиело! — на Небе Поларис повис Валентин. — Какого черта ты опять раны скрываешь реальными иллюзиями?! Рассвет! Ночь, а ну живо сюда, Гамма, помоги мне не убить этого балбеса и доставить его до горизонтальной поверхности, он словил две пули! — Валентин… не виси… на мне, — прошипел Тсуна, пытаясь выдернуть руку из захвата мужчины, но был остановлен Реборном, который обезвредил его вторую руку и укоризненно посмотрел на него. Когда иллюзия плаща была развеяна, то на Сиело оказался одет костюм кремового цвета, на котором расползлись два больших кровавых пятна. Левое плечо было прострелено насквозь, а так же задет бок с левой стороны, похоже, что эта была именно та пуля, от которой он спас Арию. — Дурак, сразу сказать было нельзя? — чуть ли не прорычал киллер, фактически разрывая пиджак. Это оскорбляло его, как человека с атрибутом Солнца. Пережав рану на боку одной рукой, киллер шикнул на особо заботливого Валентина, который ругался с Рассветом и Ночью. Теплое пламя Солнца быстро регенерировало царапину от задевшей ребра пули, а вот со сквозным ранением на плече пришлось поработать. Леон перебрался на колени Тсуны и тихо млел от ласки, когда он начал его гладить, при этом косо поглядывая на Мукуро, который стоял рядом. Телефонный звонок от штаба Вонголы был ну очень не к стати, позволив Сиело вытащить телефон из бокового кармана школьного пиджака, киллер хотел посмотреть на номер человека, который ему звонит, но Сиело уже взял трубку. — Реборн! Как это понимать? — из трубки донесся разгневанный голос Емитсу. — Семьдесят четыре трупа, шесть ледяных статуй и куча оранжевой пыли! Что ты сделал с моим отрядом, который охранял Намимори? — Емитсу, если они охраняли Намимори, то какого черта они напали на Аркобалено Неба? — в голосе киллера было столько яда, что им можно бы было убить весь состав работников СЕДЕФ. — Но эти самоубийцы не остановились даже при появлении Судей, так что здесь есть только их вина. — Да ты хоть представляешь, что с тобой могут сделать за это? И почему ты был там, когда твоей задачей является охрана и обучение Вольфрама? — но Внешний Советник замолчал, когда услышал другие голоса на заднем плане у киллера. — Сиело, хватит обниматься с этой ящерицей, она косо на меня смотрит, — если бы Реборн видел выражение лица Емитсу в этот момент, то он был бы согласен уничтожить еще одну такую группу. — Он тебя не укусит? — Ночь, это Леон и он хороший, просто весь в хозяина, — усмехнулся Тсуна, гладя своего длиннохвостого защитника. — Ах, да, Внешний Советник, Вы получили мое письмо? Это День, Небо третьего поколения Судей. — Я все представляю, — усмехнулся киллер, — Сиело, сбрось вызов. Емитсу пытался успеть крикнуть еще что-то, но ответом ему стали лишь гудки. — Сиело, — к группе Судей подошла недовольная Ария, — я надеюсь, что то предложение еще в силе? — получив в ответ кивок, босс Джиглио Неро расцвела в счастливой улыбке. — Тогда я объявляю о создании альянса семей Поларис, Мельфиоре, Варии и Джиглио Неро! Гамма, оповести Занзаса и Бьякурана, а так же отправь официальный отказ Девятому. — Начинается что-то интересное, — усмехнулся Валентин, посмотрев на удивленного киллера, что сидел у ног его внука. Хорошо, что этот человек не пойдет против них, это было бы весьма проблематично. — Возвращаемся! Ария, думаю, что тебе лучше пойти с нами. Сиело, мы будем ждать тебя в штабе, — с этими словами новоиспеченный альянс исчез, оставляя после себя лишь клубы синего тумана и пару человек, что сидели в беседке.