Завтра поставят барьер

И снова вокруг меня степь, заросшая ковылём и полынью. Ветер треплет волосы, холодными сухими ладонями гладит лицо… Пахнет ночью, полынью и…свободой. В такие ночи некоторые люди сходят с ума и шагают из окна, в тщетной надежде взлететь. И я их понимаю. Стоя на земле, чувствуешь себя птицей, прикованной к граниту и лишённой крыльев. Ничего и никого – только ночь, полынь, ветер и степь… - Так и знал, что найду тебя здесь. Никак не могу понять, чем тебя так привлекают степи? Я обернулась. За моей спиной стоял высокий широкоплечий мужчина в форме штурмового отряда. Капитан Кайлер. Его лицо, обезображенное когда-то кислотой, никогда не улыбалось. Смеялись только его глаза – светло-голубые, похожие на речной лёд. Но теперь они смотрят грустно и немного обеспокоенно. - Почему ты вечно удираешь из лагеря? Чего тебе там не сидится как всем нормальным людям? Я тихо рассмеялась. - Ты же знаешь, Кай, я всегда была немного чокнутой… - Как и все маги, – он кивнул. – Но почему степь? - Здесь нет стен. – Я откинула на спину широкую прядь зелёных волос, – здесь есть свобода, простор – лети куда хочешь! Такая жизнь по мне, я не могу долго оставаться на одном месте, иначе - завяну. - Айрин. – Он подошёл ко мне и обнял за плечи. – Сестрёнка, я просто… - …хочешь, чтобы со мной всё было в порядке. Так и будет, обещаю. Я же маг! - И поэтому прошу – осторожней! Я знаю, как ты любишь играть со своей силой. Высвободившись, я снова повернулась к брату спиной. Да, он меня любит, но почему он не может понять, что я не могу иначе? Не знаю, может, я и правда ненормальная, но у меня не получается сидеть в четырёх стенах и корпеть над заклятиями, как всякому порядочному магу. - Меня душат стены, решётки и бездействие. - Потому ты и пришла на остров…чтобы действовать. – Его голос звучал грустно. - Да! - Я резко повернулась к нему. - И ты здесь по той же причине – не можешь сидеть, сложа руки, в штабе, забитом идиотами! Я же видела, как ты на них смотрел, когда они собрались в тот единственный день, когда Ладрок и Осскиль напрямую согласовывали свои действия! Ты бы их всех поубивал… - Как и ты своих. – Парировал Кай. - Да. Поэтому когда закончится война, и мы загоним эту заразу туда, откуда она взялась или хотя бы запечатаем её, я уволюсь и поеду куда-нибудь. - Куда? - Пока не знаю…либо на море, где тепло и солнечно, либо в глухомань, где почти нет людей. - Устала от общества? - Безумно. И снова воцарилось молчание, нарушаемое лишь свистом ветра, становившегося всё холодней и холодней. Я обхватила себя руками. Брат положил руку мне на плечо. - Идём. Тебе нужно согреться. Я молча кивнула. Надвигалось что-то очень опасное, опасное и… равнодушное. Это равнодушие пугало. Хотелось к огню, свету, теплу. Прижавшись к брату, я вернулась с ним в лагерь, где на время расположились авиаторы и маги. Завтра, я знаю, завтра это повторится – бесполезные ракеты, бесполезные заклинания, бесполезные смерти. И величаво и неумолимо расползающийся пар, в котором исчезает всё живое. И ужас, постепенно наполняющий сердца воинов и безысходность. Завтра. А сейчас – неуёмное веселье, пир во время чумы. Эй, грянем песню!!! … Всех магов расставили по краям острова, и мы начали готовить заклятие. Соратники смотрели на меня с немым сочувствием, но не говорили ни слова. Кай погиб во время сброса тепловой бомбы, когда от клуба пара внезапно отделилось щупальце и ударило по его истребителю. Пустая железка рухнула вниз и взорвалась. Он даже не понял, что с ним произошло. И не он один. Погибли многие: кто-то от таких же щупалец, кто-то по глупости. Но напряжённей всех этой минуты ждали мы, маги. Нам отступать было некуда. Остров окружили корабли со специальными катапультами. Наш отряд из сорока человек остался на острове, когда ушли последние истребители. Мы знали, что никогда не покинем это место. Кто-то плакал, не стесняясь – у них остались дома дети, родители, жёны и мужья. Кто-то стоял молча, отрешённо глядя на остров – у них не было никого и ничего в этой жизни. Я смотрела на небо. Чистое, синее небо, так не похожее на то, под которым родились мы с Каем… но именно это небо он так любил… Закричала одинокая чайка. Может, это он? Я покачала головой, посмеявшись над этой мыслью. Глупости… но я знаю, скоро мы будем вместе. Раздался сигнал к атаке, мы подняли руки, готовясь стряхнуть заклятие с пальцев. Из-за дальних холмов показался пар. Он, клубясь, наползал на землю, покрывая её чёрной пеленой. Все поняли, что это конец. Свистнули катапульты: снаряды – куски похожего на синеватую слизь вещества пронеслись над нашими головами и, ударившись о землю, тут же начали в неё впитываться. Заклятия ударили со всех сторон, превращаясь в световую стену, затормаживая движение заразы. Но она не собиралась сдаваться – стена начала трещать и прогибаться. Некоторые упали и больше не поднялись. - Лечь на землю и сосредоточиться! – голос командира, усиленный волшебством, услышали все маги. Уже лёжа на земле, я почувствовала, как из меня уходят не просто силы, но сама жизнь. Но страха не было. Было лишь странное спокойствие от осознания того, что всё было сделано правильно и Чума уж если не исчезнет, то остановится. Я засыпала, а мне казалось, что тело становится невесомым и поднимается наверх, к синей лазури неба, теплу солнца, крикам чаек…