Рождённые зимой

Весной у Джеджуна всегда много работы. Летняя коллекция обычно требует много аксессуаров. Несмотря на набитый график, он решил, что выходные следует провести с семьёй. У Джеджуна много сестёр в приёмной семье и ещё одна сестра, которую воспитывает биологическая мать. Каждая получает от него братскую любовь и заботу. Из-за невозможности встреч он часто контактирует с ними по интернету и сотовой связи. Однако, живое общение они не могут заменить. Первое время Джеджун много работал и раздражался. Он хотел, чтобы семья ни в чём не нуждалась, чтобы сёстры красиво выглядели и встретили хороших мужей. А семья будто не понимала его, все дёргали по пустякам и звонили каждый день, говорили, что ему пора отдохнуть, побыть с семьёй, что работа никуда не денется. Джеджун думал, что с ума сойдёт. Спустя некоторое время, он, отдалившись от семьи, понял, что хотели от него родные. Они не получали от вечно занятого брата и сына любви, которой им так хотелось. Тогда он посылал им безумно дорогие подарки, покупал дома и машины. Он не знал, что они давно в других мирах, что мать складывает его подарки в шкаф, потому что всё слишком изысканное и дорогое. Бережёт вещи, не носит, а хранит как сокровища. Сёстры вырастали из его подарков, изнашивали их, потом носили подарки своих мужей. Возможно, у них было чувство, что Джеджун их персональный Санта Клаус, который исполняет желания и пропадает в Лапландии, а не настоящий брат, который в любой момент даст совет или отомстит обидчику. Сейчас Джеджун снова выбирал подарки, блуждая среди стеллажей. Он знал, что хотят его сёстры и чего у них нет. Через интернет сёстры рассказывали ему о своих покупках и делились впечатлениями от коллекции какого-то кутюрье. Позвонив матери, он предупредил, что поживёт у них два дня, спросил, что купить и пообещал сам приготовить ужин. Мать любила его блюда. В продуктовом маркете Джеджун застыл среди банок со специями. Те, что ему требовались стояли слишком высоко. Прямо под потолком. Джеджун раздражённо подумал, что следовало бы открыть отделы для высоких, средних и низких людей. Или придумать робота, который сразу носит на кассу его покупки. Можно было бы просто вбить список продуктов на экран и машина сама принесла бы покупки... Размечтавшись, он не заметил, как сзади подошёл парень и, непринуждённо потянувшись, взял маленькую баночку со специями. Джеджун нервно рассматривал его изумительный профиль с правильным носом и пухлой нижней губой. Он чувствовал себя так, словно к нему совсем близко подошло настоящее чудо, и главным было — не спугнуть его резкими движениями или глупыми словами. Парень повернулся к замершему Джеджуну, ухмыльнулся и положил баночку ему на голову. Джеджун стоял и хлопал глазами, не зная как отреагировать на это, и чудо молча развернулось, грациозно ступая своими умопомрачительно длинными ногами, исчезло среди покупателей. «Придурок». Джеджун с яростью запихал продукты в пакет и, пробурчав «спасибо» оробевшей продавщице, вылетел из маркета. Вечером, включив маленький и старый светильник, который еле освещал стол своим тусклым и мягким светом, Джеджун вспоминал губы, изогнутые в ухмылке и миндалевидные глаза тёплого коричневого цвета. Обычный парень, который лишь немного запятнан аристократическими чертами. Красивый профиль с ровным носом. Высокий рост и прямая осанка... Чем больше и детальнее воскрешал в памяти Джеджун лик парня, тем сильнее его охватывало непонятное волнение. Как перед последним и важным штрихом над рисунком, который в конце либо окончательно испортит картину, либо оживит её, сделает законченным творением. Для создания своих образов Джеджун брал вдохновение из повседневных вещей. То, что окружало практически каждого человека. Джеджун многое видел глазами ребёнка с гипертрофированным воображением. Иногда это становилось его страхом. Один взгляд на тёмный угол и перед глазами сотни монстров, искажённых голодом и обезображенных жаждой крови. В такие минуты, бродя по дому в одиночку, Джеджун проклинал свою фантазию. Прошлёпав босиком на кухню, Джеджун открыл холодильник. Мрачно покосившись на злополучную баночку со специями, взял контейнер со вчерашним кимчи. Естественно, племянница его не узнала и непонимающе заревела, выворачиваясь из объятий Джеджуна. Сёстры слетелись и стали душить в объятиях, попутно рассказывая последние новости. Самая младшая из старших сестёр притащила фотоаппарат и снимала всё подряд, словно юный натуралист, впервые попавший из каменных джунглей в необитаемый остров. Мать поохала под тем, насколько исхудал Джеджун, повертела его, как послушную куклу, разглядывая со всех сторон. Джеджун любит свою семью. Он гордится сёстрами и обожает мать. Да, он не самый идеальный сын, но Джеджун старается. После выходных, которые прошли совсем не как типичные выходные, Джеджун поспешил домой, ссылаясь на незаконченные проекты, а в душе мечтая лишь о ванне и горячем кофе. В доме, где собрались столько девушек, практически невозможно принять душ, не говоря уж о ванне. В дверь стучались каждые две минуты, а при выходе на бедного парня шикали и по-семейному нежно отвешивали подзатыльник. Джеджун успел и расслабиться в ванной, насладиться кофе, и даже заскучать немного, когда приехал с дружеским визитом Ючон. - ...А когда Юнхо повернулся к нему спиной, Джунсу его за зад ущипнул. Говорит, чуть не умер от страха, когда Юнхо на него обернулся. Хорошо, что людей было много, там менеджер, костюмер. Джунсу сказал, что такой мускулистой задницы ему ещё не доводилось трогать... Ючон, по привычке развалившись на диване, захлёбывался словами восторга. Джеджун прищурился. «И этот идиот орёт о своей натуральности»... - По-моему, Джунсу на тебя плохо влияет, - уловив недоумевающий взгляд Пака, Джеджун потянулся, сидя с ногами на кресле. - После знакомства с ним ты стал буквально одержим мужскими задницами. Говоришь только об этом. Создаётся впечатление, что из нас более вероятный гей ты, а не я. - И усмехнулся. - Придурок. - Ючон фыркнул и закинул руку за голову, - зря ты не пошёл со мной тогда. Юнхо впечатляет. - А когда у них следующая репетиция? - Ооо, кто-то заинтересовался, - гадливо ухмыльнулся Пак. - Что, хочешь потрогать мускулистый зад хореографа? Джеджун закатил глаза. - Сегодня вечером. С шести в нашем агентстве. О, остался час. - Торопливо пробормотал Ючон, внутри надеясь,что любимая стерва не передумает. Джеджун редко менял свои решения. В некотором роде, это определяло его постоянство. - Поедем на твоей машине, потом меня подбросишь. - O'k! Ким Джунсу оказался приятным парнем. Милый, невинный прямо до одури и обладающий очень нежным голосом. Такой ходячий соблазн, манящий на самое грязное и страстное грехопадение... Однако дурман спал через десять минут общения, когда на дурацкую шутку Ючона сладострастный ангелочек разразился дьявольски громким и хриплым смехом. Джеджун аж отшатнулся... Хореограф подошёл ровно в шесть. «Так не бывает» - мрачно подумал Джеджун, сверля взглядом лицо Юнхо. Повернувшись к ним, Юнхо ослепительно улыбнулся и пожал им руки, представляясь и знакомясь с новоприбывшими. Как только улыбка тронула пухлые губы Юнхо, Джеджуна снова окружила атмосфера ожидания волшебства. Внутри что-то трепетало, потели ладони и язык прилипал к нёбу. Во время непринуждённой беседы Юнхо часто смотрел на Джеджуна, откровенно разглядывал его. А тот не знал куда деться от его пытливого взгляда: взлететь на небеса или провалиться сквозь землю... Казалось невероятным, что Ючон и Джунсу ничего не заметили. Когда Юнхо увёл Джунсу на репетицию танца, Джеджун шлёпнулся на пол и отпил от бутылки минералки. «Боже, как здесь жарко»... Хотя до прихода Юнхо, температура помещения его более чем устраивала. - Смотри, сейчас Юнхо покажет как надо, - шепнул Ючон, устроившись рядом. В его голосе явно чувствовалось восхищение и прямо детский восторг. Джеджун поднял голову от своих ботинок и уставился на хореографа. Чон Юнхо — это длинные ноги, скульптурный торс, широкие плечи, рельефные мускулы, гладкая, чуть смугловатая кожа, внушительные бицепсы. Ещё это пухлые губы, прямой нос, карие глаза и родинка над верхней губой. Джеджун наслаждался плавными движениями, невнимательно следил за быстрыми и резкими, и смущённо вздыхал, любуясь перекатом мышц и гибкостью молодого тела. Хотя движения были идентичные, каждый из танцоров исполнял его по-разному. У Джунсу они получались соблазняющими, эротичными. А Юнхо танцем словно доказывал, что он главный, он не соблазнял, он утверждал. Его движения были сексуальными, агрессивными и мужественными... - Ну как? - спросил в машине Ючон. Репетиция закончилась и участники разошлись по домам. - Здорово, - Джеджун отвернулся к окну. - Они классные, правда? Юнхо настоящий зверь. Он так двигается... Интересно, это от природы талант такой, или учиться надо? «Ох, не надо»... Джеджун зажмурился. - Пак, тебе не светит. И хватит уже об этом Юнхо! - Ахахаха, что, боишься не сдержаться и завалить красавчика? - широко улыбнулся Ючон. Потом кинул быстрый взгляд на Джеджуна и сказал, - кстати, Юнхо взял твой номер. Джеджун застыл. Предательская, неприлично счастливая улыбка расцветала на его губах.