Итачи/Сасори
12 декабря 2013 г., 15:11
Мы всегда были самыми спокойными и отстраненными нукенинами в Акацуки. Вокруг нас все время кипит жизнь, но мы словно тени, такие неприметные. Дейдара или Хидан по двести раз на недели разносят комнаты логова, Пейн и Конан воркуют где-то далеко, вроде бы в деревне Дождя, Какузу пропадает в поисках наживы, про Тоби можно и не говорить… Никто и подозревать не думает о нашей связи, все чем-то заняты. Вот и Сасори разбирается в сложных чертежах кукол, изготавливает яды, точит сенбоны и другое оружие, а я просто сижу рядом и смотрю на него. Его плавные движения рук немного усыпляют, и теперь я даже не слышу лязга железных деталей. Мне всегда нравилось так просто приходить в его комнату и смотреть на то, как он работает. Он полностью погружен в работу, поэтому создается впечатление, что он не замечает меня. Но этого не может быть, ведь он же шиноби, он видит каждое мое движение. Раньше я косо поглядывал на него, пытаясь как можно точнее запомнить все черты его идеального лица, а сейчас для меня не проблематично без разрешения зайти в его комнату в любое время дня и ночи.
У него такой не обычный, но приятный цвет волос. Огненно-красный, можно сказать, согревающий. И приятные карие глаза, такие большие, даже не привычно.
Он кропотливо выполняет свою работу, пичкает деревянные марионетки стальными прутьями, хорошо смазанные ядом, и вдруг поворачивается ко мне. Его лицо украшает еле заметная улыбка.
— Уже два часа сидишь, не сказав и слова. О чем задумался? — мягким голосом говорит Сасори. А я опять уплываю куда-то в заоблачную страну.
— Эй, Итачи.
— Что? — даже как-то стыдно становится. Я совсем его не слушаю.
— О чем задумался?
— Просто думаю, никто не знает о нас ничего.
— А меня и так все устраивает, — Сасори тянет руку вперед и достает до моего лица. Он бережно убирает свисавшую челку и манит меня к себе ближе. Легко оттолкнувшись от края кровати, я приближаюсь к нему и, облакотившись руками на стол и спинку стула, нависаю над его лицом. Он снова тянется ко мне, и я сокращаю расстояние между нами, касаясь его кукольных губ своими. Мы в который раз сплетаем языки в нежном поцелуе, но каждый раз для меня, как первый, самый теплый, самый сладкий.
