Очень университетская история

- Курт, могу я вам чем-то помочь? Эмма, секретарь их кафедры, вошла в деканат и тут же зажмурилась от яркого майского солнца, что светило из окна. На женщине было простое льняное платье, а на её голове – солнцезащитные очки, что было неудивительным, ведь лето в Нью-Йорке всё набирало обороты. Шатен опустил на стол журнал группы, в которой преподавал, и занял место за ним. - Нет, Эмма, спасибо. Мне нужно проставить в журнал зачтенные эссе. Секретарь покорно кивнула и вернулась к своему компьютеру за работу. Экзаменационная неделя подходила к концу, и студенты, которые успели сдать всё вовремя, уже отправились на каникулы, но таких было меньшинство. Основная масса продолжала регулярно появляться на факультете, чтобы дополучить зачеты и сдать работы. Курт сверился со своим списком сдавших эссе и выставил отметки в журнал, что заняло не так много времени, ведь таких студентов было всего трое. Пролистывая страницы журнала, он натолкнулся на дисциплину «Теория музыкальной композиции», где под каждым проведенным занятием стояла аккуратная подпись, сделанная, безусловно, дорогой ручкой. В сердце Курта ощутимо потеплело от рассматривания короткой записи с большой буквой «А» и последующими витиеватыми закорючками. Подпись мужа он бы узнал даже с похмелья и в сонном состоянии. Дверь деканата была приоткрыта, и Курт немного волновался, когда клал журнал на место, ведь ему приходилось нагнуться в своих обтягивающих серых брюках, и он не хотел, чтобы это зрелище стало достоянием студентов, толпившихся в коридоре. Но к счастью дверь была приоткрыта самую малость и не открывала сколько-нибудь приличного обзора. Зато это ничуть не мешало проникать звукам, и Курт своим чутким ухом прекрасно слышал, о чем говорили студенты. - Райдер, как курсовая? Защитился? Джейк и Райдер сидели на стульчиках у расписания, чего-то выжидая, а Марли мерила шагами коридор, нервничая и задавая вопросы. Парень посмотрел на Марли и разочарованно вздохнул: - Если бы. Я отдал её на рецензию профессору Андерсону, он перечеркнул все мои выводы и сказал, что с таким умением делать логические умозаключения мне только вести телешоу для домохозяек. Курт, оставаясь незаметным за дверью, негромко хихикнул над этим высказыванием, так как прекрасно знал почерк мужа. Райдеру ещё повезло, что ему пришлось переписывать только выводы, а не полностью всю работу. Студентам тоже грустно не было, и, присвистнув, Джейк спросил: - Который из Андерсонов? Хороший или плохой? По коридору раздались негромкие смешки, и Райдер ответил, прислоняя голову к стене: - По твоей логике – плохой. Который Блейн. Марли, наконец, перестала метаться и села, поправив юбку своего темно-зеленого платья. - Вы такие снобы, я прям не могу. Хороший Андерсон, Плохой Андерсон… Как по мне, они оба жутко милые. Широкая улыбка озарила лицо девушки, и Курт, оставаясь ещё в деканате, неуловимо улыбнулся. Он и сам не знал, почему ещё находился здесь, а не дал знать о себе. Наверное, ему было просто любопытно. - Ты же у Хорошего Андерсона курсовую пишешь? Тогда почему не защитилась, раз они такие лапочки? Джейк игриво поднял брови вверх, дразня девушку, и та ответила ему толчком в ребро. - Я защитилась! Просто профессор Андерсон сказал, что поставит оценку, когда я заламинирую таблицы, а работу оформлю в твердом переплете, вот и всё! По коридору разнеслось игривое «О дааа», и Курт лишний раз про себя отметил, что он не придирался. Он просто любил, чтобы всё было оформлено красиво и аккуратно. Он собирался уже выйти из своего укрытия, как его уха достиг удивительно знакомый голос и шаги лакированных туфель. - Бомер или Куинто? - Что, простите? Студенты моментально затихли, когда услышали голос Блейна Андерсона, известного также как Плохой Андерсон. В глазах молодых людей читалось непонимание, и профессор пояснил: - Вы обсуждали, кто круче: Мэтт Бомер или Закари Куинто? В головах студентов была откровенная пустота, и только Марли смогла непонимающе выдавить: - Нет… Блейн старался сдерживать себя, но дьявольский огонек, что плясал в его глазах, был заметен даже Курту, стоявшему в метрах пяти от него. - Так какого же чёрта вы орёте так, словно у вас выдирают голосовые связки без анестезии? Шатен решил, что ему пора вмешаться, если он не хочет, чтобы студентам его факультета была нанесена непоправимая психическая травма. Он сделал несколько шагов вперед, выходя из своего укрытия, и приблизился к мужу, кладя руку на его плечо. - Профессор Андерсон, кажется, вы обещали, что пойдете обедать ещё час назад? Когда в поле зрения появился Хороший Андерсон, молодые люди расслабленно выдохнули, предвещая, что гнев второго Андерсона утихнет, как летняя гроза. Однако произведенный эффект превзошел все ожидания, когда Блейн умиленно улыбнулся, рассматривая фигуру супруга в сером костюме и голубой рубашке. - Конечно, профессор Андерсон. На обеденный перерыв я полностью ваш. И не только. Брюнет хитро подмигнул одним глазом, и Курт мягко взял его за локоть, ведя по коридору прочь от деканата и студентов. Тот знал, что рядом с ним Блейн забывает обо всем на свете.

***

- И последний вопрос, который бы мне хотелось затронуть на этом заседании, это мою командировку в Калифорнийский университет. Я не могу сказать пока, как долго пробуду там, работая над масштабным проектом, поэтому все правила предписывают мне передать свои полномочия другому профессору. Преподаватели удивленно переглянулись, переваривая новость заведующего кафедрой. Они знали, что тот участвует в каком-то проекте, и его отзывают в Калифорнию на некоторое время, и если этот процесс затянется, вполне было разумным, чтобы заведующий оставил приемника. - По этому поводу состоялось совещание попечительского совета, - продолжил профессор Ампер, - и рассматривалось две кандидатуры. В итоге мы сошлись на том, что хотели бы доверить пост заведующего кафедрой профессору Андерсону. Вы согласны, профессор? Курт и Блейн, сидящие друг напротив друга, моментально переглянулись и единовременно выпалили: - Нет! - Да! Преподаватели в аудитории медленно переводили взгляд с одного Андерсона на другого, пока профессор Ампер не внес в ситуацию решительную ясность: - Профессор Андерсон, Курт, боюсь, речь сейчас идёт о вашем супруге. Блейн, вы готовы принять пост исполняющего обязанности заведующего кафедрой на ближайшие две недели? Пока Курт думал о том, с чего бы разгильдяю-Блейну перепала такая радость, тот улыбнулся улыбкой чеширского кота, демонстрируя ряд абсолютно ровных белых зубов. - Я готов. Кафедра будет в полном порядке, можете на меня положиться. «Можете на меня положиться» - прокрутилось в голове Курта, и он судорожно вспоминал, что Блейну с трудом можно было доверить даже такую простую вещь, как сортировку белья для стирки или приготовление пирога. Но таких подробностей личной жизни профессора Андерсона не знал больше никто, поэтому Курт был вынужден признать свою безоговорочную капитуляцию. Его муж будет его начальником.

***

- Так, к окну! К самому окну! Да нет же, налево! Можете быстрее? У меня встреча через десять минут. Блейн чуть не сорвал голос, раздавая крайне ценные указания в своем новом кабинете заведующего. Формально он был только исполняющим обязанности, и его профессорский кабинет так и оставался за ним, но Блейн решил перебраться в кабинет заведующего. Нет, вовсе не потому, что там была вся документация и рабочие телефоны. Просто это добавляло престижа. Финн и Пак, студенты старших курсов, под его пристальным взглядом передвигали письменный стол, потому что заведующему хотелось больше света и пространства. Но парням, чьи спины уже болели от того, что профессор передумывал уже четвертый раз относительно месторасположения стола, это было понять довольно сложно. Когда стол оказался на предполагаемом месте, Блейн критично осмотрел его, обойдя со стороны, и погладил ладонью лацканы своего черного пиджака. - Разверните его боком к окну. Я не хочу, чтобы каждый входящий видел мой монитор. Парни тяжело вздохнули и, собравшись с силами, повернули стол так, чтобы тот оказался боком к окну. Блейн хмыкнул, довольно оценивая результат, и почувствовал однократную вибрацию в своем кармане. Он извлек оттуда телефон, на ходу читая новое смс сообщение. Курт 14:52 Я даже отсюда слышу твою перестановку мебели. Блейн, солнце, начни уже работать. Взгляд карих глаз стремительно потеплел, читая сообщение от мужа, и он дал своим студентам новое указание: - А теперь верните на стол компьютер и подключите его. Спасибо. Под громкий вздох Хадсона Блейн вышел из кабинета, набирая Курту ответ. Блейн 14:54 Малыш, я тут теперь главный, и всё будет в лучшем виде. Естественно. Теперь он тут всем заправляет, и иначе быть просто не может.

***

Курт знал это с самого начала. С того самого долбанного заседания, когда его муж улыбался, словно принц Чарминг своими белоснежными зубами. Он предчувствовал, что назначение Блейна будет полной катастрофой. Окончательно он убедился в этом в тот момент, когда из кабинета Блейна вылетела заплаканная Тина. Курт остановил её, предложил чай и платок, а потом долго расспрашивал, что же случилось. В итоге оказалось, что девушка пришла к Блейну с датами последних отработок, чтобы тот распределил необходимые часы. Как и предполагалось, Андерсону было лень заниматься всем этим, и он отмахнулся от Тины, бормоча, что та взрослая женщина и сама может заняться такой мелочью. Когда Тина составила расписание и понесла Блейну на подпись, глаза того буквально расширились, и он начал кричать о том, что это расписание – полная ересь, и что он не собирается работать по пятницам. Как и Курт. Он вообще настаивал на том, чтобы оба Андерсона не имели нагрузок после двух часов дня и были свободны. Блейн такой Блейн. Второй вариант расписания Блейн снова раскритиковал в пух и прах и разорвал на мелкие части прямо над своим столом. Девушка долго их собирала, а затем вылетела из кабинета вся в слезах, где её и поймал Курт. В итоге шатену самому пришлось составлять расписание отработок, и он лично впечатал этот листок в стол перед носом Блейна и пригрозил, что трахнет его дома без смазки, если тот не поставит свою подпись. В итоге исполняющий обязанности заведующего улыбнулся очень похабно, утягивая мужа к себе на колени, но подписал бумагу. Через несколько дней состоялась повторная защита курсовых работ, про которую Блейн благополучно забыл за чередой дел, и Курт буквально силой тащил его в аудиторию, напоминая, что он научный руководитель и рецензент трех работ. Но едва ли Блейна всё это заботило, когда он ощущал безнаказанность и полную власть себя любимого. Были и другие забавные случаи, когда Блейн пытался приставать к Курту в его же кабинете, убеждая немного пошалить. Шатен пытался вразумить супруга, говоря о том, что в дверь могут войти в любую минуту, на что тот только отмахивался. И Курт понял почему, когда сумел предотвратить попытку мужа сделать ему минет прямо за рабочим столом, хотя в его штаны тот всё же успел залезть. На двери Курта, приклеенный скотчем, висел листок с надписью, сделанной до боли родным и знакомым почерком. «Anderson's is ON!» - гласила табличка, и шатен не смог сдержать улыбки, отдирая её от двери. Он не знал, к чему приведет вся эта ситуация, но Курт слишком любил Блейна, чтобы резко открыть ему глаза на происходящее.

***

На второй неделе пребывания в качестве заведующего Блейн понял, что это не так просто и весело, как казалось изначально. Раньше он думал, что эта должность состоит в учтивых улыбках начальству и организационных моментах, которые были полностью в его власти, но довольно скоро оказалось, что большая должность это и большая головная боль. Ежечасно он отвечал на десятки звонков из ректората, секретариата, различных организаций и прочего, и под конец дня от всего этого кругом шла голова. К нему приходили преподаватели, студенты, даже родители, и все ждали и хотели от него чего-то, а всё, чего желал Блейн - чтобы те ушли поскорее. У него так много времени уходило на так называемые организационные мелочи, что Андерсон совершенно выпустил из внимания всю бумажную работу: ведомости, договора, отчеты по практикам, командировочные, сессионные… и все это совершенно точно сводило его с ума. Но сама по себе эта работа не сделается, и Блейн с ужасом осознал, что, по всей видимости, ему придется остаться сегодня на факультете допоздна. - Привет, пчелка. Трудишься? Курт был единственным, кто мог войти в его кабинет без стука, и даже несмотря на чудовищную усталость Блейн был рад его видеть. Он был рад своему мужу всегда. - Мне нужно что-то наподобие того заклинания миссис Уизли в Гарри Поттере, когда у нее еда на плите сама собой готовилась. Блейн снял очки и бережно отложил их в ящичек стола. Подушечками пальцев он потер переносицу, ощущая давящее напряжение внутри черепной коробки. Сердце Курта беспомощно сжалось от такого вида своего возлюбленного, и он мягко опустил на стол несколько листов, что принес с собой. - Вот графики отпусков. Я распределил даты так, чтобы все преподаватели не ушли сразу, и кто-то всё время был на факультете. А основной костяк железно будет на работе к зачислению первокурсников. Блейн с благодарностью посмотрел на супруга, рубашка которого приятно гармонировала с цветом глаз, и, нежно обхватив его ладонь, поцеловал её. - Я бы пропал без тебя. Серьёзно. И Блейн имел в виду не только помощь в его новой должности или работе вообще. Он был всегда завоевателем, крестоносцем, который добивался своего любыми способами и не задумывался о средствах. Кто-то мог назвать его несносным, беспринципным, безжалостным и, вероятно, оказался бы прав. Но у Блейна было одно исключение, которое делало его ответственнее, человечнее, лучше. И это исключение уже несколько месяцев носило его фамилию и звалось Куртом Андерсоном. Не без помощи мужа стопка бумаг на его рабочем столе благополучно испарилась, и Блейн, наконец, смог вздохнуть спокойно. Часы показывали начало восьмого, и это превосходило его самые оптимистичные прогнозы. - Вот поэтому я и не хотел бы занимать пост заведующего. Слишком много ответственности, - выдохнул Курт, откидываясь на стуле рядом со столом мужа. Блейн на своем кресле подъехал к нему ближе и склонился к молочной шее, мягко касаясь губами. - Для такого ответственного, как ты, может быть. Шатен вздрогнул под напором любимых губ и мог только откинуть голову чуть назад, открывая больший доступ. Каждый раз, абсолютно каждый, когда Блейн так касался его, вызывал в нем ураган чувств и эмоций, он распадался на молекулы в этих ласках, объятиях, и ничего не мог поделать с этой жаждой. Блейн почувствовал это, и его ласки становились настойчивее, упорнее, когда он пуговица за пуговицей расстегнул рубашку мужа и принялся гладить твердую подтянутую грудь. - Блейн... – негромко простонал Курт, когда смуглые пальцы зажали его сосок, а дышать становилось все тяжелее, - пойдем домой? На лице брюнета отобразилась хищная улыбка, и он склонился вниз, дразня теперь розовый сосок своим языком, то обводя по кругу, то интенсивно посасывая. - Я всегда хотел сделать с тобой что-то неприличное в этом кабинете. Сквозь тело Курта словно прошел электрический разряд, и его уверенно намечающаяся эрекция мгновенно вступила в свою силу. Его взгляд блаженно затуманился, особенно когда смуглая рука опустилась вниз, создавая приятное давление на ставший твердым член. - Это твой фетиш? Внутри брюнета разгоралось целое пламя от такого податливого Курта в своих руках, что распаляло его желание с энергией в тысячу солнц. - Малыш, - медленно протянул Блейн, касаясь губами нежной мочки, - ты сам - мой самый большой фетиш. Карие глаза широко распахнулись от того, что Блейн не ожидал такого эффекта, но был приятно удивлен, когда Курт спустил со своих плеч рубашку, а затем перекинул ноги через бедра, перебравшись в его просторное кресло. Их губы столкнулись в голодном чувственном поцелуе, пока шустрые светлые пальцы расстегивали пуговицы рубашки и сняли её вслед за пиджаком. Одежда упала прямо на пол за креслом, и брюнет улыбнулся в поцелуй. - Как ты можешь так поступать с одеждой, милый? Как ты говоришь? Это кощунство! Брюнет рассмеялся, дразня супруга его же словами, но фраза так и застряла у него поперек горла, когда тот резко накрыл рукой его пах, сжимая приятную твердость через ткань. - Я ещё никогда не занимался сексом в кабинете заведующего кафедрой. И все преподаватели ушли. Даже Тина. Блейн даже донельзя возбужденным мозгом понимал, к чему клонит Курт, и только от мыслей об этом у него возникало непреодолимое желание скорее ему вставить. - Мы это исправим, похотливый профессор. Закусив губу, Курт поднялся с колен мужа и выпрямился во весь рост, опуская ноги на пол. Блейн чуть не застонал от потери контакта, но уже через минуту из его головы вылетело и это. Потому что его мальчик показывал, насколько он мог быть похотливым профессором. Курт погасил искусственный свет, и наружного освещения хватало, чтобы озарить его светлую кожу, такую нежную и бархатную, что Блейн мог ласкать её часами. Огни причудливо переливались на его коже, и грациозные движения тела, что совершал шатен, заставили его мужа немного отстраниться от неуемного желания и просто полюбоваться им. Его фигура была сложена идеально, начиная от широких плеч и выделяющихся бицепсов, заканчивая стройными ногами и призывающими бедрами. И когда брюки и белье Курта небрежно упало на пол, Блейн перестал сдерживать своего зверя. Он не помнил, как сорвал с себя одежду, чуть не запутавшись в штанах, он не помнил, как смахнул с рабочего стола все, что находилось там, наплевав на всю проделанную работу. Но он помнил каждую секунду контакта, что связывал его с Куртом. Те минуты, пока он ласкал языком и губами сокращающуюся от возбуждения дырочку, потому что никому не хотелось идти за смазкой в кабинет Курта. Как его пальцы скользили внутри мужа, расширяя его, заставляя тихо постанывать от наслаждения и желать момента, когда толстый и горячий член Блейна снова окажется в нем. У них был секс этим утром, поэтому Курту не нужно было много времени на подготовку. Он готов принять Блейна всегда и везде. Темнота обостряла ощущения, и брюнет нежно целовал грудь и живот мужа, который лежал перед ним спиной на столе с расставленными ногами. В голубых глазах читалось желание в чистом виде, и Блейн больше не хотел ждать. Он больше не мог ждать и минуты. Курт ощутил божественное ощущение заполненности, когда муж полностью оказался в нем. Тот проталкивался нетерпеливо, резко и возбужденно, но Курту было всё только в наслаждение. Ему нравились эти резкие ритмичные толчки, отчего в его глазах ещё больше мутнело, а пальцы на ногах поджимались. Он сходил с ума от этих смуглых сильных рук, которые ласкали его живот и ненароком задевали стоящий колом член, и Курт боялся смотреть вниз, чтобы это все не закончилось прямо сейчас. Его высокие стоны разносились по просторному кабинету, отражаясь от стен, где они были только вдвоем, и от этого ощущения все внутри живота сжималось в тугую спираль. Блейн трахал его резко, выходя до головки и с силой толкаясь снова. Часто он был нежен и учтив, растягивая на часы одну прелюдию, но сейчас был явно не тот случай. В моменты, когда пелена желания застилала его глаза и обнаженный Курт вызывал в нем неутолимую жажду секса, он не мог быть таким деликатным и внимательным. Ему просто хотелось трахать Курта до тех пор, пока горячая сперма не выстрелит в него. Губы шатена пересохли от частого и шумного дыхания, а он сам находился на грани сознания. Он не мог понять, реальность это или же сон, где ему так хорошо, и где он ощущает себя таким заполненным, порхающим, словно птица в ясном небе, таким единым с Блейном. И он даже не мог определить тот момент, когда тугая спираль внутри него сжалась до предела и резко выстрелила, заставляя содрогаться всем телом и извергать струи спермы прямо на свой живот и поверхность письменного стола. Он чувствовал, как Блейн пульсирует внутри него, и постарался расслабиться, чтобы ощутить этот момент всеми своими рецепторами. Курт откинул голову назад и сжал рукой ладонь мужа, что гладила его по бедру, а затем улыбнулся, чувствуя это. И волны наслаждения с буйством дрейфовали по его телу, когда он ощутил, как Блейн извергается внутри него, медленно наполняя своей спермой. Блейн ещё кончал, когда опустился вниз и чуть не рухнул на Курта. Тот лишь крепче прижал его к себе, разделяя с ним этот момент вечности. … Была половина девятого, когда они все же спустились к парковке, где одиноко дожидалась их машина. - Теперь ты понял, наконец, что пост начальника это большая ответственность? – улыбнулся Курт, падая на пассажирское сидение. Его рубашка изрядно помялась, как и одежда мужа, но едва ли их действительно сейчас это заботило. Блейн завел двигатель и подмигнул шатену, выезжая с парковки: - Скорее я понял, что мне просто нужно найти человека, кто будет делать за меня нудную бумажную работу. Конечно. Он неисправим.

***

Курт сидел в своём кабинете и в задумчивости крутил ручку вокруг пальцев, поглядывая на часы. Время шло нестерпимо медленно, и ему отчаянно хотелось видеть лицо мужа в этот момент. Прошли две недели, пока Блейн был исполняющим заведующего кафедрой, и сегодня его вызвали в попечительский совет для подведения итогов. Уже стало известным, что профессора Ампера не будет до начала сентября, поэтому вакансия на его должность оставалась открытой. Но шатен уже предвидел то, как будут разворачиваться события. Он уже достаточно проработал в университете, чтобы уяснить те правила, на которые его супруг плевал с высокой колокольни. Но те существовали вне зависимости от их желания. Дверь его кабинета скрипнула и закрылась за спиной Блейна, который угрюмо проскользнул внутрь. Курту было бы жаль его, если бы не было так весело. Определенно, второй раз такая возможность ему представится нескоро. - Ты знал, да? – проговорил брюнет, наблюдая улыбку на его лице. – Ты всё знал с самого начала и ничего мне не сказал. Не убирая улыбки, Курт встал и обошел свой стол, опираясь на него. В голубых глазах застыла хитринка, и он не мог не сдержать своего торжества: - Что до попечительского совета дошла информация о нашей свадьбе, и теперь ты не сможешь быть заведующим кафедрой? - Угу, - Блейн угрюмо кивнул, опираясь о стол рядом с мужем. - Милый, ты же знаешь правила. Точнее знал бы, если бы когда-то обращал на них внимание, - развернулся к нему Курт. – Они запрещают ставить супругов в положение начальника-подчиненного, если те работают вместе. Это ради нашего же блага. Блейн поднял голову, сталкиваясь с бездонными голубыми глазами, и мягко провел носом по щеке любимого. - Я знаю, поэтому не имею ничего против, - затем его лицо озарила хитроватая улыбка. – Но зато мы успели пошалить на столе заведующего. Не знаю, смогу ли теперь спокойно сидеть в том кабинете на совещаниях, не вспоминая голого тебя с разведенными ногами. - Боже, Блейн! – громко воскликнул Курт, прежде чем супруг утянул его в свои крепкие и теплые объятия.

***

Несмотря на то, что Блейну было запрещено занимать руководящую должность, пока они с мужем работают вместе, Курт считал, что управленческий опыт пошел супругу на пользу. Тот стал более собранным, вовремя решал необходимые дела, и даже стал ответственнее относиться к своим обязанностям. Теперь же заведующим был профессор Шустер, и все были с этим согласны, включая Андерсонов. Курт был рад, что его супруг стал более серьёзным, и шел по коридору с предвкушением чудесного уик-энда, который они с Блейном проведут на озере Онтарио, куда их пригласили друзья. Ещё издалека он заметил своего любимого брюнета, который выглядел просто роскошно в черном костюме от Hugo Boss и светло-зеленой рубашке. Он излучал собой идеал мужской красоты, и Курт умилился на это роскошное зрелище. Настолько, что не заметил, как супруг при виде его начал… пританцовывать и петь. Energize me with a simple touch / Возбуждай меня простым касанием Or with an open heart / Или своей искренностью, Energize me, fire up this flame / Возбуди меня, разожги это пламя, That's burning between us / Что пылает между нами. Лицо шатена вытянулось, и он так и замер, когда Блейн обвил его талию рукой прямо посреди полупустого холла. Energize me with a simple smile / Возбуждай меня простой улыбкой, Open up your mind / Открой свой разум, Energize me, fire up this flame / Возбуди меня, разожги это пламя, That's burning forever / Что пылает вечно.* Курт закатил глаза, но довольно улыбнулся, обхватывая ладонь мужа своей. Тот рассмеялся, беря финальную высокую ноту, и коротко поцеловал Курта в губы. Многое в этой жизни меняется, но что-то остается неизменным. Например, эта любовь, что согревала сердце день ото дня.