Ох уж эта тренировка

      — Скотт, ты можешь мне помочь? — из комнаты по соседству раздалась негромкая просьба Айзека. Большой плюс быть оборотнем, не нужно надрывать голос, пытаясь о чем-то докричаться, тебя и так услышат, ну другой оборотень, по крайней мере. Хотя, возможно не в этот раз.       Скотт лежал на кровати, он полностью погрузился в свои мысли, поэтому совершенно не слышал Айзека, а размышлял он об утренней тренировке и о том, в какой именно момент все пошло не так. Сегодня ранним утром, как и каждое утро до этого, Скотт и Айзек отправились в лес размяться и поупражняться в борьбе, скорости и ловкости, как в обличие, так и без. И вот в какой-то момент их спарринга Скотт, толи споткнулся, толи поскользнулся, в общем, на месте он не удержался и полетел вниз по склону прямо в овраг. А вот Айзек был последней попыткой удержаться на верху, но как оказалось напрасной. Схватившись за парня, Скотт лишь потянул его за собой, причем, весьма неудачно. Скатившись на самый низ оврага, Скотт обнаружил себя лежащим на Айзеке и с ноющей болью в правой лодыжке, кажется, он ее растянул. А вот Айзек попытавшись спихнуть с себя лишний груз, внезапно вскрикнул и схватился за правую же руку. Здесь все было весьма неутешительно — явный перелом. С трудом поднявшись, они кое-как доковыляли до единственного известного им места, в котором им обязательно помогут.       Пока добирались в ветклинику, лодыжка МакКолла зажила, видимо растяжение оказалось ушибом, хоть и сильным, но регенерация альфы знает свое дело. С Айзеком все сложнее, срастить правильно кости это вам не синяк вылечить. В общем Дитон наложил тугую шину, решив, что гипс будет в этом случае лишним, так как к ночи, в крайнем случае, к следующему утру уже все заживет. Придя домой, парни сразу же направились по своим комнатам, им обоим необходим был горячий душ, все-таки они побывали на дне холодного замусоренного оврага.       И вот Скотт чисто вымытый, отдыхал после утренних происшествий на кровати и размышлял, почему же он не смог удержаться на ногах и как невольно, так неудачно подставил друга. Но вот в сознание ворвался посторонний шум, оказавшийся голосом Айзека, настойчиво просящим о помощи.       — Чем я могу помочь? — зайдя, наконец, в комнату Айзека, спросил Скотт, но заметив хмурого и все еще грязного парня, решил поинтересоваться: — А ты почему все еще не в ванной?       — А ты думаешь, почему я тебя звал? — раздраженно ответил парень, и неловко взмахнув руками, поморщился от боли. — Снять одежду самостоятельно у меня не получается, к тому же рука болит нещадно. Обезболивающее, которое мне дал Дитон перестало действовать, как только я зашел в комнату, чертов сверхъестественный метаболизм!       — Ну, давай я помогу тебе снять кофту и майку, со штанами надеюсь, ты сам справишься, там вроде две руки не надо? — Скотт с готовностью решил помочь, ведь он чувствовал себя виноватым в произошедшем. Но Лейхи лишь раздражено зыркнул в ответ впрочем, раздеть себя позволил. Стащить кофту не составило никакого труда, во-первых, она была на молнии спереди, и, во-вторых, была надета уже поверх наложенной шины, ее ведь уже снимали в клинике. А вот с майкой пришлось повозиться, через голову ее снять не получилось, для этого пришлось бы поднимать больную руку, а Айзек начинал шипеть каждый раз, как только Скотт пытался заговорить об этом. В итоге майку пришлось банально разорвать. Пока Айзек справлялся с нижней половиной своего гардероба, Скотт пошел в ванную комнату, включить воду в душе.       — Я не смогу мыться под душем, рука ужасно болит и мне нельзя мочить повязку. — Айзек зашел в ванну следом, обнаженный, от чего Скотт, почему-то слегка покраснел и протянул полотенце.       — Ты не мог бы пока прикрыться, — Айзек фыркнул, но просьбу выполнил, кое-как обернув полотенцем бедра, одной рукой это сделать не так-то просто. — Хорошо, я сейчас наберу ванну, а ты пока сходи в мою комнату, там, на тумбочке у кровати стоит бутылек с таблетками, выпей парочку. Это обезболивающее, мне Дитон дал на крайний случай, просил ими не злоупотреблять, но судя по твоему поведению, сейчас именно тот самый крайний случай.       Айзек не ответил, но довольно шустро шмыгнул в спальню МакКолла, кажется, даже до конца его не дослушав. Скотт на пару минут вздохнул с облегчением, у Айзека не слишком приятный характер в подобных случаях, но раз уж виноват — терпи. Когда Лейхи вернулся, вода в ванной только-только набралась, Скотт даже наполнил ее какими-то благовониями и сбил пену, разве что резиновых уточек туда не пустил. На вопросительный взгляд Айзека, Скотт чуть смущенно ответил, что это тоже дал Дитон и он не знал, что все эти порошки дадут такой эффект.       — Вот, можешь залазить, вода что надо, хоть и со странным цветом и запахом.       — Э… Скотт. А ты не мог бы мне еще совсем немножечко помочь? — Айзек скинул полотенце и залез в воду, вздыхая с облегчением и щурясь от удовольствия.       — Ох, ну что еще?       — Буквально самую малость. Потри мне спинку.       Скотт застыл в растерянности, он, было, открыл рот намереваясь что-то ответить, но тут же его захлопнул и удрученно вздохнул, Айзек намеренно использует его, знает что Скотт не в силах отказать: — Но с начала, ты не мог бы мне вымыть голову?       У Айзека в тот момент был такой невинный и милый взгляд, что Скотт не выдержал и, засмеявшись, плеснул в Айзека водой. Конечно же, Айзек разыгрывал такое заносчивое поведение, ведь на самом-то деле он довольно милый парень, которому вероятно непривычно и трудно просить об услугах подобного рода. Усадив парня к себе спиной, Скотт, найдя на полке шампунь, начал намыливать голову, тщательно перебирая завитки кудряшек, стараясь избавить их от застрявших листиков, веточек и прочего мусора из леса.       Айзек же полностью расслабившись, даже чуть слышно заурчал от удовольствия. Сломанная рука его видимо больше не беспокоила, и возможно, он мог бы продолжить мыться сам, но руки Скотта дарили удивительный покой и наслаждение. Наслаждение? Айзек даже встрепенулся от того, что чувствуя на своем теле мягкие и нежные руки, он невольно возбудился, слава Богу, что обильная пена это пока скрывает. Незаметно от Скотта, Айзек постарался подтянуть побольше пены в область паха.       Но Скотт, кажется, вообще ничего не замечал, он опять о чем-то задумался, полностью погрузившись в процесс помывки. Намылив губку, он тщательно тер спину Айзека, и именно на этом моменте, он и ушел в другую реальность. Размышляя, какая красивая у Айзека спина, да и вообще все тело, ведь он смог все достаточно ясно разглядеть, пока тот не прикрылся предложенным полотенцем. Сложение Скотта тоже было отличным, но ведь Айзек так высок. И тогда Скотт начал размышлять о преимуществах высокого роста, потом почему-то об игре в баскетбол, затем о предстоящем матче в лакросс, в котором он совершено, не хотел участвовать, так как эта игра ему уже не интересна. И вот его мысли вновь прервали. Айзек как-то странно на него смотрел и часто прерывисто дышал, пока Скотт не понял из-за чего. Задумавшись, он не заметил, как со спины перешел на грудь, и сейчас его рука, с зажатой в ней губкой, была внизу живота Айзека и касалась полностью возбужденного члена. Скотт понадеялся, что ему просто показалось, и чтобы проверить наверняка, провел губкой в том месте еще раз. Сорвавшийся с губ Айзека стон с лихвой подтвердил все его опасения. Лейхи был возбужден и судя по всему из-за действий Скотта. МакКолл резко отпрянул, отбросив все еще зажатую в руке губку, и в растерянности прижался спиной к закрытой двери ванной.       — Прости. Я… я не могу… Дальше ты сам, — и Скотт пулей вылетел из комнаты, оставив не менее растерянного Айзека одного, судорожно сжимающего брошенную губку.       Впоследствии то, что произошло, заставит обоих пересмотреть свое отношение в адрес друг друга. А появившиеся после этого случая неловкость и смущения, в итоге, перерастут в более глубокие и нежные чувства.