Sinful Flowers

За всю зиму не было такого холодного дня. Тяжелые тучи закрыли небо, протяжно выл ветер, все предвещало скорую бурю. Однако это не остановило четырех воинов, ведущих лошадей через лес. Дай поплотнее закутался в кимоно и шумно выдохнул, выпуская облачко пара. Они ехали с самого восхода солнца, и, наконец, приближались к месту назначения, но погода была против них. Аой подъехал поближе к брюнету и обратил его внимание на правую сторону. - Ворота вон за тем холмом. Теперь за мной. Дай не хотел промедлений. Хотел как можно быстрее добраться до этого замка и найти Рейту. Но пришлось позволить Аою взять на себя инициативу. Впереди ехал Шин, старавшийся и поводья удержать и свое толстое одеяло. Тошия обогнал и Шина и Дая, чтобы прикрыть спину своего лидера. Брюнет закатил глаза и тут же скрипнул зубами. С вершины холма была видна вереница гостей до самых ворот. Аой оглянулся, но только улыбнулся, обгоняя шикарные повозки богатых владельцев. Самураи у ворот вытащили оружие и перегородили им дорогу. Лидер клана натянул поводья, коню не понравилась внезапная остановка. - Кто вы? - спросил один из охранников. - Глава клана Широяма, Аой. Мои люди и Дай из Грешной Розы. Мы в числе приглашенных, и у нас есть срочная новость. Нам нужно поговорить с лордом Сугизо. - Что за новость? - Камиджо приближается. - Кто? - Да пропустите нас! - не вытерпел Дай. - Дай, успокойся, - приказал лидер прежде, чем с улыбкой повернуться к охранникам. - Пожалуйста, позвольте нам войти. Охранник оглянулся на того, что сверялся со списком приглашенных, и, получив утвердительный кивок, повернулся обратно к новоприбывшим. - Проезжайте. - Спасибо, - Аой хлестнул вожжами и пустил лошадь в галоп. Остальные его спутники не отставали. *** Рейта смотрел из окна своей комнаты на падающие снежные хлопья. Теру покрывал его лицо и шею белым цветом, кто-то другой занимался его волосами. Он не слышал, как эта девушка зашла, и заметил ее присутствие только когда она начала свою работу. Через некоторое время зеркало отразило подведенные черно-фиолетовыми тенями глаза, подрисованные черные брови, губы, окрашенные в красный цвет крови и фиолетовую розу, расположившуюся около левого глаза с переходящими на щеку лепестками. Краем глаза Рейта заметил отблеск чего-то светлого, это закрепляли в прическу снежно-белую канзаши. Девушка улыбнулась ему в отражении. - Готово. Ты очень красивый. Рейта кивнул и снова подошел к окну. Повсюду, куда бы он ни кинул свой взор, виднелись только заснеженные леса и темные тучи на горизонте. Он так и стоял, как прекрасная замерзшая статуя, пока помощники собирали свои вещи и покидали комнату, и невольно возвращался мыслями к прошлому. В те дни, когда все было идеально, где все ладили, туда, где он мог находиться рядом с человеком, которого он по-прежнему сильно любил. Туда, где Дай всегда был рядом, когда был так нужен, и когда Рейта чувствовал абсолютное счастье от этого внимания. - Рейта. Поток мыслей прервал голос хозяина. Блондин повернулся и поклонился владельцу борделя. Когда он выпрямился, хозяин стоял уже ближе. Кё провел большим пальцем по щеке раба, стирая непрошенную слезу. - Постарайся не плакать, сотрешь всю краску. - Простите меня, - прошептал Рейта. Кё просто махнул рукой и протянул ему сверток, который доселе держал в руке. - Твое кимоно. Тебе нужно переодеться. Блондин наблюдал, как хозяин садится, положив упомянутую ткань на пол и начал разворачивать ее. Это было темно-фиолетовое кимоно с белыми и серебряные розами. Раб развязал тонкий пояс и снял вечернюю юкату, обнажая свое перевязанное тело. Кё улыбнулся. - Мы уберем бинты, а порезы замаскируем. Это займет некоторое время, но зато их не будет видно. Рейта закрыл глаза и кивнул, начиная снимать белые повязки. *** Возвращаясь к тем, кто остался в доме Широямы, по ним нельзя было догадаться, насколько тревожны их дни. Руки подметал дорожки возле главных ворот, когда легкий ветерок принес на его руку снежинку. Еще одна обосновалась на его замерзшей щеке, а когда он поднял глаза к вечернему небу, оттуда спускалась уже целая армада узорчатых пластинок. Решив, что с делами на улице покончено, парень повернулся в сторону дома, но внезапная дрожь прошила его тела. Невысокий блондин обернулся и посмотрел на закрытые ворота. Не заметив ничего подозрительного, он ступил в дом, показавшийся ему пугающе тихим. - Это все мое воображение, - пробурчал себе под нос раб, передергивая плечами. С этой мыслью он шел в медицинскую комнату, где отдыхали раненые. Но по дороге решил все-таки пойти в приготовленную для рабов комнату. В тоже время двое неизвестных во всем черном перелезали через стену с помощью ветвей раскидистого дерева. Осторожно прокравшись к охранникам, они одним точным бесшумным движением перерезали им горло. Не успела кровь окропить землю, как чужаки уже ступили на территорию клана. Хизуми хищно улыбнулся, пропуская вперед себя Камиджо. - Пришло время забав, - ухмыльнулся мужчина. Лидер кивнул, и они разделились. Кен, молодой и пока еще не опытный парень, заметил злоумышленников, когда те расходились в разные стороны. Сдавленно охнув, он побежал через дом к сигнальному гонгу, чтобы предупредить всех о вторжении. Оглядевшись вокруг и убедившись, что чужаков не видно, он резво завернул за угол и с размаху налетел на Руки, сбив его с ног. - Ой, Кен-сама, что за спешка? - Тсс! – шикнул на блондина паренек и судорожно заозирался. – На нас напали. Надо предупредить всех об опасности, но нас не должны заметить. Предупреди всех, кого увидишь. Прежде, чем Руки смог ответить, Кен поднялся на ноги и побежал дальше. Блондин сделал глубокий вдох, встал и побежал в противоположном направлении. За очередным поворотом, в комнате с открытой дверью обнаружились жители борделя. Руки чуть не споткнулся, чем привлек к себе их внимание. - Руки! - крикнул Такеру с улыбкой. - Тсс! Всем тихо! – замахал руками раб. - Мы должны спрятаться. Кен-сама сказал, что в дом проникли чужаки. - Кен-сама такой шутник, - Бьё закатил глаза. – Так что будь бдителен, Ру, в самурайском-то доме. - Это не смешно, Бьё! *** Кен поскользнулся на очередном повороте и едва не врезался в высокого брюнета. - Мияви ... - Тихо, - прошептал ронин, за его спиной молча выросли еще несколько самураев. - Они срезали гонг и убили стражу. Я уже оповестил половину дома. - Я послал Руки, чтобы он велел своим друзьям спрятаться. Мияви улыбнулся. - Хорошо. Я попросил Уруху о том же самом. Послушай, Кен, мы отвлечем их на себя, а ты должен будешь взять коня и мчаться прямиком к Сугизо. Ты должен как можно скорее вернуть сюда Аоя. Это понятно? - Но я достаточно натренирован. Я смогу драться, просто дайте мне меч. - Нет, - Мияви сжал парню плечо. - Во время войны вовремя доставленное сообщение может привести к победе. Так что бери самого быстрого коня и не останавливайся, пока не окажешься на месте. Независимо от того, устанешь ли ты или конь, не останавливайся. - Мы рассчитываем на тебя Кен, если кто и сможет передать весть Аою, то только ты, - тихо сказал один из воинов. - Тем не менее, я не считаю, что ему стоить пытаться проникнуть в конюшню в одиночку. Мияви, ты идешь вместе с ним и убедишься, что он покинет владения. А потом выведи своих людей отсюда. Скройтесь в ближайших домах. - Но ... - Это наш дом, а не твой. Теперь идите. Ронин кивнул и подтолкнул парня вперед. Обернувшись, он увидел нападавших, бегущих по коридору прямо к ним. Самураи преградили им путь, а Мияви схватил парнишку за руку и в суматохе потащил его вниз к конюшне. *** Жители борделя все еще смеялись над Руки, пока не услышали приглушенные крики. Блондин ринулся к двери, крича на бегу: - Мы должны скрыться. - И куда же ты пойдешь? – раб задрожал всем телом, глядя прямо в разноцветны глаза. Обнажив свой меч, самурай хищно облизнул губы и лезвием сдвинул край юкаты Руки, обнажая плечо. - Хм, какая великолепная кожа. - Н-не трогайте меня! – закричал Руки, отступив назад и поправляя свою одежду. - Строптивый. Мне это нравится, - улыбнулся Хизуми. - Но сегодня у меня нет времени. Пойдем со мной сейчас, а вот потом можешь сопротивляться сколько угодно. - Пошел ты! - Ру, - рявкнул Шинья, вставая перед рабом и напряженно глядя на самурая. - Отойди от нас или… - Или что? Кинешься на меня с голыми руками? - хихикнул Хизуми. – И не путайся под ногами, а то поплатишься жизнью. Руки с Шиньей ахнули, когда он поднял меч, но когда лезвие направилось в их сторону, Уруха запрыгнул Хизуми на спину и крепко вцепился ему в шею. – Бегите все отсюда! Проститутки быстро рассеялись во всех направлениях. Шинья схватил Руки за руку и потащил его прочь. - Уру! - Выполняй, Руки! – прокричал блондин, стараясь удержаться на извивающемся самурае. Шинья потянул сильнее, заставляя раба следовать за ним дальше по коридору, но тот упрямо выдергивал руку. - Мы не можем оставить его! - Мы должны. Или ты хочешь, чтобы его действия были напрасны? - закричал Шинья. - Нет, но я не позволю умереть своему другу! - Руки уже бежал в обратную сторону. Хизуми, наконец, схватил кимоно Урухи и опрокинул парня на спину. Блондин жестко приземлился на пол и тут же получил пинок в живот. - Ты грязная шлюха! - рыкнул самурай, занося свой меч. На бедре раба остался глубокий порез, заставивший его кричать от боли. Теперь лезвие смотрело на шею Урухи. Внезапный окрик привлек внимание Хизуми, и он еле успел увернуться от летящего в него железного жбана с чаем. Руки с разбегу врезался во врага, сбив его с ног. Уруха в шоке наблюдал, как Хизуми валится на пол. - Давай же! - Шинья схватил блондина за ворот кимоно и рывком поставил на ноги. Все трое, не оглядываясь на стонущего мужчину, побежали к выходу из дома. *** Мияви и Кен выбежали в проход и побежали прямо к конюшне. Сейчас весь дом находился на военном положении, и в нескольких местах уже велись бои. Ближе к конюшне Мияви выхватил меч, им навстречу бежал облаченный во все черное неприятель. Брюнет легко блокировал атаку и оттолкнул врага обратно, пробегая мимо него вперед. - Почему ты не убил его? - Моя миссия заключается в том, чтобы доставить тебя к лошади как можно быстрее. У нас нет времени, чтобы тратить его впустую! - прокричал ронин, оттесняя нового врага. - Не останавливайся, беги! Кен побежал, но буквально через несколько метров путь ему преградил мужчина в маске и с волосами, убранными в конский хвост. – Не выйдет, парень. Ученик едва увернулся от атаки, но живот ему все-таки зацепили. Пока он восстанавливал дыхание, послышались осторожные шаги. Вот и пришло время применить полученные на тренировках навыки. У него не было никакого оружия, но Аой всегда говорил ему, что порой величайшим оружием является ум и рефлексы организма. Так что сейчас положиться можно было только на собственные инстинкты. Изучать движения, украдкой наблюдать и ждать подвоха. Кано, а это был именно он, не сомневался, что убить мальца не составит труда. Он усилил хватку и взмахнул клинком. Кен отпрыгнул в сторону, но Кано быстро перебросил рукоять в другую руку и сделал новый выпад. Ученик упал, и никакой возможности защититься у него не было. Но вдруг перед ним промелькнуло лезвие, кто-то отразил смертельный удар. - Ив ... - прошептал Кен. - Беги, Кен, я удержу его, - улыбнулся старший ученик и перевел взгляд на своего противника. - Я уже дрался с одним из этих парней, так что не волнуйся. Кен кивнул и бросился бежать. Кано пошел, но Ив успешно ушел в защиту. Кен тем временем добежал до конюшни, оставляя следы на заснеженной земле, и пошел прямо к белой лошади с черными пятнами. Быстро привязав седло и поводья, он оседлал ее и стразу пустил в галоп, оставляя за спиной сражающихся. Кано оттолкнул Ива и закричал всем, кто мог услышать. - Остановить эту лошадь! Воин в черном услышал приказ, как раз добивая одного из клана. Он выхватил лук из-за спины и прицелился лошади в шею. Прицел сбил сильный толчок в спину от сраженного воина. Стрела полетела в воздух и скрылась где-то в снегу. Мияви видел, что Кену удалось миновать ворота, и вырубил очередного противника. У него была другая задача. *** Шинья вывел двух рабов наружу, где их глазам предстала картина сплошного кровопролития. Со стороны послышался знакомый крик, это Такеру связали два вражеской самурая. Руки начал кричать его имя, но Уруха успел прикрыть ему рот. - Мы уже ничем не сможем ему помочь. Нам надо бежать! - блондин потянул маленького раба дальше к выходу, но по дороге возникло новое препятствие. Руки заметил, как его спутники резко замерли и с потрясенными лицами смотрели на нового врага. Шинья, на трясущихся ногах, сделал шаг вперед. - Этого ... не может быть ... ты мертв. Мужчина долго смотрел на них, прежде чем вытащить меч. – Сдавайтесь. - К- Каору, - пробормотал Шинья, подойдя ближе. Воин слегка наклонил голову. - Я не этот ваш Каору, которым люди продолжают называть меня. Я Нанаши. Теперь сдавайтесь. - Ты жив, - Шинья был как будто в трансе и подошел еще ближе. Протянув руку, он хотел коснуться лица самурая, но получил удар. Упав на землю, он затрясся всем телом. Слезы катились по его щекам, перемешиваясь с кровью из поврежденного носа. - Каору ... почему ... Самурай схватил веревку, заправленную за пояс, встал на колени и начал связывать руки Шиньи за спиной. Тот не сопротивлялся, все еще не отойдя от шока. - Отпусти его! – это Уруха закричал, пытаясь обрушить мужчину на землю, но Нанаши с легкостью уложил раба на спину рядом с Шиньей. Блондин пытался сопротивляться, но сильный удар головой об пол быстро пресек эти попытки. Снова подняться у Урухи уже не получилось, перед глазами мелькали одни черные точки. Все той же веревкой, Нанаши связал и его, не обращая ни малейшего внимания на Руки, который так и стоял столбом все это время. Он мелко дрожал, наблюдая за происходящим, и не знал, что делать. Все вокруг были заняты сражениями. Никто не мог ему помочь. Нанаши встал и подошел к нему. «Двигайся. Ну же, двигайся». Но тело просто не хотело подчиняться. Самурай схватил Руки за волосы и потащил к остальным, также связав его. Потом он заставил всех встать, Урухе пришлось опереться частично на стену и частично на Руки, чтобы стоять прямо. Кровь стекала по его лицу и капала на кимоно. - Стой, Каору, - самурай посмотрел вперед и увидел направленный в свою сторону меч Мияви. Ронин несколько напрягся, когда увидел состояние любовника, но не терял сосредоточенности. - Я не верил, когда Кай сказал нам, что ты остался жив, но вот ты здесь. Атакуешь свой собственный клан и похищаешь беспомощных людей. - Я не тот, за кого вы все меня принимаете, - прорычал мужчина, поднимая свой меч. Он сделал шаг вперед и атаковал. Мияви скрестил руки, приняв удар на лезвие своего меча, и отступил. Каору в мгновение ока атаковал под другим углом, но и этот выпад ронин смог блокировать. Потом еще и еще, ронина теснили. Картинка в глазах Урухи, наконец, прояснилась, и он со страхом наблюдал, как двое воинов танцевали свой смертельный танец. Он слушал лязг металла, треск рвущихся кимоно и топот ног. Слезы покатилось из его глаз, в груди сдавило так, что нечем было дышать. Он хотел закричать, но знал, что только отвлечет Мияви, и это повлечет за собой фатальные последствия. Нанаши увернулся от очередного выпада, но немного просчитался. На руке образовался большой порез. Он посмотрел на рану, потом на своего противника. Вернее на тень за спиной. Ронин приподнял бровь. Уруха тоже посмотрел за Мияви, и его тело похолодело. - Мияви, берегись! – заорал блондин. Глаза ронина расширились, когда он повернулся, чтобы отбить атаку. Уруха с ужасом наблюдал, как лезвие прошло сквозь тело любовника. Мияви закашлялся кровью, неверяще смотря на рукоять, торчащую из собственного живота. А потом поднял взгляд к этим кровожадным глазам. Камиджо улыбался ему, медленно вытаскивая катану, и пнул еле стоящего на ногах ронина. Мияви упал животом на землю, и больше не поднимался, вокруг расползалась жуткая кровавая лужа. - Зачем ты это сделал? – недовольно спросил Нанаши. – Он был моим оппонентом. - Нам надо торопиться. Забирай, кто есть, и пойдем, - не поворачиваясь, приказал Камиджо. Он подошел к троим заключенным и улыбнулся, глядя в перепуганные лица, схватил конец веревки и потащил за собой. - Нет! Ты, ублюдок! Отпусти меня! - кричал Уруха. - Мияви! Мияви! Руки и Шинья пытались помочь ему вырваться, но подоспевшие приспешники Камиджо им не позволили. В этот момент Мияви повернул голову на звук, изо рта текла кровь, образуя новую лужицу. Зрение стало размываться, но он с тоской смотрел, как уводят его Уруху, как усмиряют вырывающихся Руки и Шинью. Он протянул руку. Перед тем как свет в глазах полностью померк. - У ... ру ... ха ...