Sinful Flowers

Шинья открыл глаза и посмотрел на человека, которого когда-то знал, как Каору. Самурай сидел напротив него, глядя куда-то вдаль, как будто высматривал кого-то с той стороны палаточной стены. Пленник закрыл глаза, с болью слушая крики друзей. - Каору ... ты должен нам помочь, - прошептал Шинья. – Они убьют нас. Самурай окинул его задумчивым взглядом. - Я ... Мне нужно подумать. Достав короткий меч, он разрезал веревки на лодыжках Шиньи. Потом поставил его на ноги и потащил на улицу. Но лучше Шинье было оставаться в палатке, снаружи его ждала ужасающая картина – множество знакомых лиц среди горы трупов. Он истошно закричал, но Каору заставил его продолжить идти по заснеженной земле. Из другой палатки с пленниками доносились плач и крики. Самурай быстро заткнул Шинье рот и втолкнул его внутрь. От увиденного сердце разрывалось на части. Руки с каким-то мужчиной между своих бедер, жестко вбивающим его в холодный пол. Уруха, стоящий на коленях лицом к лицу с Руки, пока другой мужчина брал его сзади. Шинья приютился в углу с Такеру, изо всех сил стараясь не смотреть на ужасную сцену. Каору вышел из палатки не оглядываясь. - Ру ... Руки, - позвал друга Уруха, коснувшись светлых волос. – Ты только ... ах ... держись! Руки плакал. С плотно закрытыми глазами, его лицо было красным от крови, все в поту и полосах от слез. - Заткнись! – рявкнул мужчина, ударив Уруху по голове. Он снова схватил пленника за бедра, ускорив толчки. - Шинья... – прошептал Такеру, прижавшись к старшему товарищу. - Я боюсь. - Я знаю. Я тоже, - грустно улыбнулся Шинья. – Но мы выберемся. Серебристоволосый паренек просто молча кивнул. Крик Руки снова вернул все внимание к центру палатки. Насильник резко вышел из блондина и перевернул раба на живот, приподняв его за бедра, прежде чем снова толкнуться глубоко внутрь. Руки захрипел, не в силах больше кричать. Вся его спина была покрыта маленькими кровавыми царапины от камней, об которые ее хорошенько обтерли. Запястья тоже были все в кровавых потеках, от врезавшихся в них веревок. Бедра были будто забрызганы красной краской, но Шинья знал, что они измазаны кровью. Уруху нещадно дергали за волосы, вынуждая запрокидывать голову под немыслимым углом, но вскоре пытка кончилась и блондину позволили обессилено рухнуть на землю. - Черт, - второй насильник дернулся всем телом и перестал двигаться, отпуская бедра Руки и покидая его измученное тело. Когда все ушли, Шинья и Такеру бросились к друзьям, развязывая узлы на веревках. Те все еще задыхались. Руки молча плакал, а Уруха положил его голову себе на колени. Это единственное, что он мог сделать, чтобы другу было хоть на каплю комфортнее. - Руки, - пробормотал Шинья. Ему очень хотелось успокоить парня, хоть как-то утешить, сказать, что все будет в порядке. Но он просто не мог заставить себя сказать хоть что-то, не мог дать ложную надежду. Снаружи послышался смех, и вдруг в палатку затолкали еще одного человека и снова закрыли полог. Бьё. - Дерьмо, - выдохнул парень, поднимаясь с пола . - Мы должны выбраться отсюда. - Как? Непохоже, что клан Широямы знает где мы. - Тогда нам надо бежать. - Как? - повторил Шинья. - Половина из нас не в состоянии двигаться. И не думай, что сам в состоянии справиться. За стенкой послышались шаги и новые голоса. - Вы слышали приказ, на сегодня закончили. Полог снова приоткрыли и внутрь одним за другим забросили Рено, Хирото, Масато и Казуки. Все были избиты, и тихо постанывали при малейшем движении. - Кто-нибудь может двигаться? – тихо спросил Бьё. - Вроде могу ... - проворчал Хирото. - Черт, все болит. Руки закашлялся и с трудом сглотнул. – Пить хочу. - Не ты один, - вздохнул Масато. - Так каков план? - План? Единственный план, который у меня есть, это остаться в живых, а не быть затраханным до смерти ... в буквальном смысле, - Хирото наконец-то сел. – Боги, как же холодно. Руки снова закашлялся, сотрясаясь всем телом. Шинья закусил губу, заставив себя встать, и пошел к выходу из палатки. - Что ты делаешь? - Прошептал Уруха. - Что-то, - обернулся Шинья с улыбкой на губах. Снаружи никого не оказалось, все охранники куда-то испарились. Это был их шанс. Шинья только было открыл рот, чтобы позвать своих, но чужой голос остановил его. - Не делай этого. Голос был очень тихий, но Шинья все равно узнал его. Каору вышел из-за палатки и подошел к нему. - Стража хорошо скрывается. - Каору ... пожалуйста. - Я не ... Пожалуйста, прекрати называть меня так. - Но ... это тот, кто ты есть. Ты же знаешь это, - Шинья подошел ближе. Каору отвернулся. - Я больше не знаю, кто я. Посмотри на то, что я сделал. Каору бы никогда так не поступил. - Нет, не поступил бы. Но это был не ты. А теперь ты вернулся ... разве нет? - Вернись в палатку, - уже приказал воин, и тише добавил: - Пожалуйста. - Если ты хочешь узнать того Каору, которым ты когда-то был ... нет, если ты хочешь быть тем прежним Каору, то ты раздобудешь нам воду, одеяла и одежду ... а потом придумаешь, как вытащить нас отсюда, - с вызовом бросил Шинья. Его высокая фигура даже шелохнулась, не смотря на лед под ногами и сильный ветер, он пристально смотрел в глаза самураю и ждал ответа. - Вернись в палатку, пока не заболел. - Каору развернулся и пошел в другую сторону. Шинья только улыбнулся и вернулся обратно к друзьям. Все с нетерпением ждали его возвращения, по лицам это было отчетливо видно. - С нами все будет хорошо. Надо только продержаться еще чуть-чуть. - Откуда ты знаешь? - спросил Масато. - Что ты увидел? - Надежду. ** Каору открыл полог палатки Камиджо, где лидер разговаривал с Хизуми. - Что такое, Нанаши? - Спросил Камиджо. Каору замер на секунду, но быстро справился с собой. - Становится холоднее. Если мы хотим продержать заложников и дальше, как запланировано, то надо дать им какую-то одежду и одеяла. - О, они выживут, - рассмеялся Хизуми. – Мы их согреем. Каору и бровью не повел. - Один уже болен, кашляет. - Так пусть умрет. - Ты уже убил шестерых из них. Если эти ребята не переживут ночь, то кого ты будешь использовать в качестве заложников, когда появятся Дай и Кё . - Хм ... Думаю, ты прав, - задумчиво протянул Камиджо. – Выдай им одежду и одеяла. - Вода им тоже нужна. - И почему ты о них так заботишься? – подозрительно прищурив глаз, спросил Хизуми, поднимаясь со своего места. – Одна из шлюх называет тебя Каору. Случайно не знаешь, что это за имя? - Никогда его не слышал. - Ты уверен? Может у вас игра такая, хотя не видел, чтобы ты с ним забавлялся, хотя и хочешь его, - самурай испытующе посмотрел на него своими разноцветными глазами. – Хочешь я его для тебя… подготовлю? - Не смей трогать его, - прорычал Каору. - Он мой. - О, как мило, ты его защищаешь. - Я не люблю, когда трогают мои вещи. - Твои? Кто дал тебе право присвоить кого-то из них? - Вы взяли себе уже троих и забрали их жизни. Я имею полное право взять себе хотя бы одного, - стоял на своем Каору. - Это не моя вина, что ты свои игрушки сломал. - Да как ты ... - зарычал Хизуми, но взрыв смеха прервал перепалку. - О, это было смешно, - Камиджо усмехнулся и махнул рукой. - Нанаши, принеси им одеяла, пока они не вымерзли там. И не волнуйся так, мы и тебе дадим поиграть с твоей игрушкой. Каору кивнул и вышел, не сказав больше ни слова. Хизуми впился взглядом в своего лидера. - Что это было? - Далеко не у всех есть яйца так разговаривать с тобой. - И в конечном итоге, эти самоубийцы, как правило, умирают. - Или тебе просто везет, и они уходят прежде, чем убьют тебя, - весело хохотнул Камиджо. Хизуми скрипнул зубами и снова сел. - Камиджо, я ему не доверяю. - Ты никому не доверяешь. Хизуми ухмыльнулся. - Это правда, но ты видел, чтобы он убил хоть одного человека во время нападения? - Он не желает убивать тех, кто не может дать отпор. - Тогда он просто бесполезен. Пора пойти его уже и убить. Камиджо улыбнулся. - Я бы не советовал. Как я уже сказал, он не убивает тех, кто беззащитен, но это не значит, что он не будет защищать себя. - Думаешь, я бы не выстоял? - рассмеялся Хизуми. - Ты должно быть, шутишь. - Нет. Я просто знаю, что у тебя нет ни единого шанса. Но мы поговорим об этом позже. Шторм приближается, надо найти место получше. ** Каору вошел в палатку, ведя за собой двух охранников с одеялами и юкатами, в которые были одеты пленники перед похищением, а потом, забрав у охранников принесенные вещи, отослал их прочь. Первую юкату он отнес Шинье. - Спасибо, - Шинья улыбнулся, пока Каору помогал завязывать ему пояса. - Дай мне свои руки, - приказал самурай и аккуратно связал их перед брюнетом. Вы должны дать мне время придумать план. - Каору ... ты ... это снова ты? - осторожно спросил Уруха. Самурай подошел к блондину, захватив его юкату по пути. - Да. И простите меня. За все. Я знаю, мне нет прощения за то, что я сделал, но я вытащу вас отсюда. Просто дайте мне немного времени. Так он помог одеться им всем, так же связав у всех руки перед собой. С Руки было труднее всех, он не мог стоять, и ему причиняло боль любое движение. После того как все были одеты, Каору вручил каждому срез бамбука, полный воды. Руки пришлось поить самому. Румянец на щеках раба самураю очень не понравился, как и горячий лоб. - Лихорадка. - Мы должны вытащить его отсюда и как можно скорее, - тяжело вздохнул Уруха. - Он больше не выдержит. Каору кивнул и направился на выход. – Мне нужно подумать, как вытащить вас всех сразу. Я постараюсь побыстрее, а пока отдыхайте, силы вам пригодятся. *** Рейта открыл глаза, услышав знакомый голос, и прекрасный аромат наполнил его нос. Дай улыбался ему. - Хэй. - Дай - сама? Ронин погладил блондина по волосам и запечатлел на его губах нежный поцелуй. – Пора вставать. Скоро мы выдвигаемся. Блондин сел и увидел маленькую миску супа. За окном было все еще темно. - Как долго я спал? - Пару часов. Поешь, - Дай передал ему миску. – Предстоит долгий и тяжкий путь. Мы хотим успеть вернуться до начала бури, но все равно будет холодно. Рейта кивнул, принимаясь за еду. - Спасибо. - И тебя надо снова перевязать. В дороге остановиться мы уже не сможем, но мы не хотим, чтобы твои раны открылись. - Я понимаю. - Сугизо предоставит нам кое-какую одежду в дорогу. - Могу ли я спросить? - Конечно, - кивнул Дай. - О чем вы будете разговаривать с Кё? Брюнет улыбнулся, поцеловал Рейту в лоб. - Мы заключим сделку. Рейта непонимающе склонил голову набок. - Когда мы вернемся, я выкуплю тебя из борделя. У Рейты округлились глаза. - Дай ...Дай-сама ... Вы серьезно? - Да, Рейта, ты будешь свободен. И мало того, Кё сказал, что позволит тебе работать в борделе за комнату и еду. Все будет, как и раньше, только ты сможешь уходить, когда захочешь, тебя не будут наказывать, и к тому же тебе будут платить. Немного, но у тебя будет комната и еда. Теперь к округлившимся глазам прибавился распахнутый в изумлении рот. - Вы ...вы оба ... – блондин заплакал. - Я ... не знаю, что сказать ... вы оба такие ... Я так благодарен! - Ты это заслужил. Ты всегда был верен нам. Чтил и доверял. Мы рады помочь, - Дай вытер слезы с щек блондина и поцеловал его. Доедай, и займемся перевязкой. Рейта быстро съел свой суп и отставил чашу в сторону, снимая с себя одежду, и лег на свое место, пока Дай готовил бинты и мази. Брюнет съехал на пол и поудобнее расположился между ног блондина, чем вызвал яркий румянец на обычно бледных щеках. Дай мягко приласкал гладкие бедра, поднял одну ногу, нежно поцеловав рану на бедре, и перехватил взгляд своего любимого, но раб быстро отвернулся. Ронин хихикнул про себя, начиная втирать мазь в порезы и оборачивать их бинтами. Когда дошло до нижней части живота, Рейта охнул и быстро прикрыл руками свое достоинство, отводя взгляд в сторону. Дай иронично поднял бровь и осторожно убрал руки, посмотрев на то, чего смутился блондин – на его все возрастающее возбуждение. - Тут нечего стесняться, - тихо успокаивал ронин. - Держи руки подальше. Мне надо закончить. Рейта кивнул и послушно убрал руки в сторону. Хозяин продолжил растирать мазь и, наложив последнюю повязку, растянулся рядом с блондином. А потом протянул руку и опустил пальцы в баночку меда. Рейта в недоумении пронаблюдал это действо и перевел вопросительный взгляд на Дая. - Тебе это понадобится… кое-где, - прошептал ронин и поцеловал блондина в губы, обхватывая рукой его твердый член. Рейта дернулся от неожиданности и заерзал по простыням, когда рука начала двигаться. Дай сцеловывал тихие вздохи, не прекращая ритмичных движений. - Дай ... сама ... - застонал Рейта сквозь поцелуй, хватаясь за юкату хозяина, и ахнул, когда его сжатый кулак накрыла теплая ладонь. Ему оставалось только закрыть глаза и стонать. Дай улыбнулся, оторвавшись на мгновение от сладких губ, и провел языком по дорожке пота на шее блондина. Рейта непроизвольно дернул бедрами, а Дай ускорил ритм, обводя влажную головку большим пальцем. Рейта прервал поцелуй и, судорожно задышав, опустил голову Даю на плечо. - Д ... Дайске…Дайске! – простонал Рейта, выгнувшись в спине и пачкая своим удовольствием руку хозяина и собственный живот. Но не успел он расслабленно откинуться на футон, как щеки его снова запылали. Дай слизывал его сперму со своих пальцев. - Тебе лучше? Блондин медленно кивнул. - Спасибо ... Хозяин. ** Кё сидел на ступеньках, наблюдая за рабами, которые готовили их лошадей. Он как раз набил трубку, когда рядом с ним присел Кай. Кё предложил ему трубу, и самурай не отказался. - Дай с Ретой? - Да, - горько кивнул Кай, попыхивая трубкой. - Есть и другие рыбки в море. - Да, но они не такие, как он. - Конечно, не такие. – Они другие, но не хуже. Ты поймешь это, когда найдешь свою. Кай ухмыльнулся. - С каких это пор ты стал любовных дел мастером? Шатен улыбнулся, принимая свою трубку обратно. – С совсем недавних. Они сидели так молча, разделяя табак и собственные мысли, когда у ворот началось какое-то волнение. Кай вскочил на ноги, хватаясь за свой меч. К ним на полном ходу мчался конь. Брюнет ахнул. - Это один из наших. Раб! Позови скорее Широяму, - крикнул самурай кому-то из местных. Раб рванул вверх по лестнице, а Кай с Кё стали пробиваться сквозь толпу зевак. Всадник натянул поводья, но лошадь рухнула вперед, и всадник вылетел из седла, перевернувшись несколько раз прежде, чем остановиться. Рабы побежали к лошади, а Кё с Каем ринулись к всаднику. Кай задохнулся от жалости, когда поднял мальчика и увидел сломанную стрелу, торчащую из его бока. - Кен! Что случилось? Мальчик посмотрел на него. Просто посмотрел. Глаза лихорадочно горели, из горла булькала кровь. Она уже пропитала всю одежду, но Кен изо всех сил старался сказать. - К. . Камиджо напал на нас, - хриплый кашель. - Они приказали мне ... ехать ... не останав .. ливаться ... когда я оглянулся ... назад ... увидел ... они забирали людей ... продолжал ехать ... рассказать ... Камиджо ... - Тсс, теперь ты в безопасности, - прошептал Кай. - Я ... сделал это ..., - Кен силился улыбнуться. - Я ... сделал это ... скажите им ... Я передал ...сообщение. - Я все сделаю. - Теперь ... я ... умру ... с честью? – с какой-то ..надеждой спросил малыш, и слезы потекли по его щекам. Но ответа он не дождался. Его грудь перестала вздыматься. Кай в скорби опустил голову. Аой и Сугизо сбежали вниз по ступенькам и застали, как Кай прикрывал навсегда погасшие глаза смелого не мальчика уже, но мужа. - Да, ты умер с честью, - прошептал самурай. - Что случилось? - спросил Аой. Кай сердито посмотрел на своего лидера, но гнев его был на направлен не на него, нет, кое-кто другой заслуживал сгореть в геенне огненной. ** Рейта смирно стоял, пока Дай одевал его в хакама и юкату, и повязку на нос позволил на себя одеть. Дай пока всовывал канзаши в светлые волосы. И стоило ему только склониться к рабу, чтобы поцеловать его, как раздался громкий стук в дверь. Ронин недовольно рыкнул: - Войдите. Теру открыл дверь и поклонился. – Меня попросили сказать вам спускаться вниз. Вы должны выезжать немедленно. Дай нахмурился. – У нас же было немного времени. Что случилось? - Кто-то приехал со срочным сообщением, но, к сожалению, умер от ран. Дай с Рейтой переглянулись и выскочили из комнаты. Через пару минут они уже были на улице. Тошия уже сидел на коне. - По коням, быстро! – заорал Кё со своего жеребца. Не задавая вопросов, Дай вскочил в седло своего бурого с белыми яблоками коня, Рейта оседлал черного. Аой со своими людьми тоже бы уже готов. - Что происходит? – Дай догнал брата. Кё посмотрел на него, и в глазах его плескалась тревога. - Камиджо атаковал клан. Дая мгновенно затопила волна гнева, он с силой ударил коня по бокам, вынуждая ускорить ход. Рейту затопил страх. Он да же не заметил, что раны на боку и бедре начали пульсировать.