Зло под снегом

- Моя мать была фригидная сука, а отец – запойный пьяница, - слова падают с губ Брайана тяжело, как камни, и Тед неверяще слушает, не понимая, с чего это Брайан Кинни вдруг делится с ним такими личными, даже можно сказать сокровенными вещами. – Они ненавидели друг друга в браке, наверное, поэтому я сам не желаю или не способен создать длительные преданные отношения. И то, что я пью, как рыба, употребляю наркотики и имею в большей или меньшей степени беспорядочные половые связи не особенно помогает. В результате я потерял двух человек, которые значили для меня больше всего в жизни. - Ну, вот… тебе разве не стало лучше? – бормочет Теодор. - Нет. Но я уверен, что тебе стало, - отрезает Брайан, и впускает к себе очередного парня. Это какой-то там номер в их с новеньким Брэндоном трах-соревновании. - А теперь, Тед, прошу прощения. Мой обед прибыл. Тед выходит все еще под впечатлением от неожиданной и жалящей откровенности Брайана Кинни, который никому никогда ничего сокровенного про себя не рассказывает. Даже Майклу. Даже Джастину… хотя тот и так все знает. Наверное, поэтому они с Кинни и вместе, что не надо им лишних слов и объяснений. Впрочем, уже все не так. Все знают, что Джастин ушел от своего бойфренда и живет сейчас где-то на окраине в съемной каморке чуть ли не на чердаке многоэтажного дома, где даже лифта нет. А Брайан делает вид, что ему все по хер. Вернее, пытается. Но у него получается это настолько херово, что даже сдержанный Тед Шмидт, который с пиететом относится к начальнику, смотрит, порой, так сочувствующе, что Брайан от бешенства скрипит зубами, стирая их чуть ли не до корней. Не получается у него делать вид. По крайней мере, перед теми, кто давно его знает. Ну и хуй с ними. Поэтому он и сказал все это Теду. Потому что и так уже все всё знают. Догадываются уж точно. Брайан выпроваживает своего номера девять сразу же после того, как кончает. Нечего тут ему глаза мозолить, сладкие мальчики давно уже набили оскомину. По-настоящему он хочет только Джастина. Кинни курит у окна и старается заставить себя думать о работе, о контрактах, о счетах в банке… о чем угодно, лишь бы не думать о том, что все, что он сказал Теодору – правда до последнего слова. И он действительно потерял двух самых дорогих ему людей. Но если с Майки еще возможно помириться, то Джастина он, скорее всего, больше не увидит. Тейлор не получил от него то, что ему нужно и ушел. Вот так вот всё просто. Хотя, ни хуя не просто. Было бы все просто, разве Брайан сказал бы Теодору то, что сказал сейчас? И разве стоял бы тут, как потерянный мудак, думая о Тейлоре? Непонятно почему Брайану больно. Ведь все как обычно, они просто разошлись, поняв, что им не надо быть вместе. Брайан хочет трахаться со всеми подряд, а Джастин хочет только с Брайаном. И, возможно, Кинни даже не имел бы ничего против в свете его отношений с пиздёнышем, который занял слишком большое место в его жизни. Но Тейлор возжелал невозможного – сделать Брайана скучным и мерзким женатым уёбищем. На потеху всему Питтсбургу, не иначе. Или, как минимум, Либерти-авеню. Если бы не одно «но». Брайан еще несколько дней назад осознал потрясающую в своей ясности мысль, что плевать ему самому и на Либерти-авеню, и на Питтсбург. А на Джастина не плевать. И если бы мелкий придурок надавил посильнее, то вполне возможно, Брайан Кинни сдался бы. И даже без особых усилий. Брайан передергивает плечами и неосознанно ежится. Но не потому, что он в мыслях признал саму возможность жениться, а потому, что он согласен это сделать для Джастина. Легко. И именно поэтому они не будут вместе. Потому что Солнышко дезертировал с их личного фронта, а Брайан не сделал ничего, чтобы его удержать. Потому что страшно, блять. Страшно от кого-то так сильно зависеть. *** - Тед? Вот уж не ожидал тебя здесь увидеть, - Джастин отходит от двери, пропуская гостя, но Тед качает головой, не желая войти. - Я на пару минут… забежал к тебе в перерыве, потом снова на работу. - Что случилось? Что-то с… Брайаном? – меняется Тейлор в лице, а Тед задумчиво качает головой, не зная, говорить или нет. Но испуг, промелькнувший в голубых глазах Солнышка помогает Теодору принять решение. - Брайан… он очень скучает, - насморочным голосом говорит Шмидт. – Ты знаешь, он никогда этого не скажет, но ему плохо без тебя. Может, вернешься? Джастин, больше у него никогда не будет человека, которого он будет любить так, как тебя. Которого он вообще будет любить. - А тебе-то что за дело? – хмуро шипит злой и раздраженный Джастин, размазывая краску на запястье и пальцах. – Ты же ничего не знаешь! Блять, да никто ничего не знает, зато все, кому не лень, дают советы. Откуда столько любителей совать нос в чужие дела? - Он скучает и ему плохо, - продолжает гнуть свое невозмутимый Тед. – И мне есть дело. Он мой босс и друг, хотя и сомнительно звучит. И он только что перенес рак. - Это низко, Тед, напоминать мне об этом, - чеканит Джастин, впиваясь ногтями в ладони. – И его болезнь не имеет никакого отношения к тому, что мы… что он… в общем, не имеет. - Возможно, это и низко, - пожимает плечами бухгалтер «Киннетика», - но, сам знаешь, в бизнесе и на войне все средства хороши. А еще, он рассказывал мне о своих родителях. Тейлор открывает рот, чтобы что-то сказать, но тут же плотно сжимает губы: о родителях Брайан никогда не говорит вообще, эта тема – настоящее табу. И уж если об этом зашла речь… - Тед, он не хочет отношений и ему не нужен никто рядом, - делает Джастин последнюю попытку донести до Шмидта, что эти разговоры бесполезны. - Нужен, - припечатывает Тед замогильно-таинственно для пущего эффекта. – Поэтому просто пойди к нему. Поговори с ним. Покажи ему, что он для тебя значит… ведь значит же? - Иди на хуй, Тед, - орёт Джастин, уже разозлившись не на шутку. И так больно пиздецки, а тут еще этот зануда достает. – Что ты вообще можешь знать о нем? Кто ты такой, чтобы лезть в мою и в его жизнь? - Я - тот, кого Брайан должен был убить по завещанию, - размеренно произносит Тед. – И если бы не счастливая случайность, он сделал бы это. Поэтому не ори, как бестолковый поц, а осознай степень моего доверия к Кинни. Честно говоря, не знаю, как его можно любить, но уж если так случилось, то никто не должен так страдать и заставлять страдать всех вокруг. И замолчи, бога ради. Вообще не понимаю, какого хрена вам обоим так нравится мучить друг друга. С этими словами Тед просто разворачивается и уходит, оставляя Джастина Тейлора бессильно сжимать измазанные краской кулаки в дверях маленькой съемной комнатушки на самой окраине Питтсбурга. Ему и так плохо, а сейчас вообще паршиво. Потому что в этот раз Брайан все-таки сделал с ним то, чего не сделал с Тедом – убил на хер. Своим отношением, своим равнодушием. Своей, блять, трусостью не признавать то, что уже как на ладони. А Тед сейчас приходит и пиздит, что Брайану Кинни, сука, плохо. На хуй Брайана, и его ебанные выкрутасы! Он плюет на Джастина, ну так и Джастин сделает то же самое. На хуй, ибо не хуй! И разозленный как дракон Джастин, вытерев руки первой попавшейся под руку тряпкой и наплевав на то, что это неэтично, неприлично и вообще смотреть жалко, со всех ног несется в «Киннетик». Чтобы устроить этой скотине что-то совершенно ужасное. Или, хотя бы, просто его увидеть. *** - Привет. Брайан у себя? – раскрасневшееся с мороза Солнышко пышет гневом и здоровой подростковой бесцеремонностью. Но Синтия, которая знает о разрыве между Джастином и его боссом очень хотела бы, чтобы они помирились. Однако сейчас ничего оптимистичного сказать не может. - Привет, Джастин. А Брайан ушел… вот, буквально четверть часа назад, - она огорчённо разводит руками. – Раздал указания, пригрозил всеми карами, если мы будем сплетничать в рабочее время, и ушел куда-то. Сказал, что сегодня его уже не будет. - А… ну и хрен с ним, - Солнышко тщетно пытается скрыть огорчение, что у него не очень получается, машет рукой и, чтобы не выслушивать сотню вопросов от любопытной секретарши, быстро выходит за дверь. Морозный воздух приводит в чувство, а то, что Брайана он не увидит – отрезвляет еще больше. Ну и пошел он на хуй. Тейлор удостоверяется в том, что не стоило сюда приходить и изо всех сил костерит последними словами Теда и себя, за то, что повелся на подначки бухгалтера. Его развели, как последнего придурка, а он размяк, поверил в то, что Кинни, блять, скучает… скучает так же, как и он сам. Джастин глубоко вздыхает и медленно идет пешком обратно, пряча озябшие ладони в карманы пальто. Домой. Плевать, что далеко пешком, все равно там неуютно, пусто и нет чая. И Брайана. - Ну и где ты шатаешься? – выводит его из глубоких раздумий недовольный знакомый голос, и Джастин от неожиданности останавливается, чуть не свалившись на обледенелый тротуар. – Между прочим, блядски холодно, а я перчатки забыл. Брайан стоит и, чуть склонив голову к левому плечу смотрит на него, холодно нахмурившись. А ошарашенный взгляд Джастина выхватывает лишь острый носок зимнего ботинка за несколько тысяч баксов от хрен знает какого супермодного дизайнера недовольно постукивающий по обшарпанной лестнице у входа в подъезд в его теперешнее жилище. - Что ты здесь делаешь? – вопрос полностью мудацкий, но для порядка надо его задать. И чтобы не так сильно было видно, как у него колотится сердце. И даже слышно, кажется. - Жду тебя, - Брайан всем своим видом показывает, что вопрос задан идиотом и звучит так же. – И замерз, между прочим. Так что, стоять тут не собираюсь. И мистер Кинни, с таким же недовольным выражением лица оттирает офигевшего от такой наглости Джастина плечом и проходит в подъезд, поднимаясь к его квартирке. - Я тебя, между прочим, в дом не приглашал, - бубнит Джастин, спеша по лестницам за бывшим бойфрендом. - Так пригласи, - Брайан даже не оборачивается, целеустремленно топая наверх. И откуда он знает, куда идти? – Сколько ты у меня в доме отирался, можешь теперь хотя бы из вежливости и мне показать, в каком блошатнике ты проживаешь. - Какого хрена… это еще почему ты так уверен, что я живу в блошатнике? – возмущается Джастин, скрывая улыбку. Брайан ничего не отвечает, а только поворачивается, на минуту останавливаясь, и выразительно смотрит на грязные и обшарпанные стены, слой мусора на ступеньках и разбитое стекло в окне между этажами. - А еще – здесь даже лифт не работает, - добивает он, и Джастин невольно вздыхает. - Зато здесь много света, - отвечает он. – И мне по карману. И спокойно… по крайней мере, никто не приходит и мне не приходиться выходить из спальни, пока там кто-то трахается. - И когда же в последний раз тебе приходилось выходить из нашей спальни, пока я там трахался? – разъяренно шипит Брайан, так сильно схватив Тейлора за плечо, так, что даже через пальто больно. – Когда я вообще кого-то туда приводил в последнее время, ты, пиздёныш мелкий? - Брайан, мы уже обо всем говорили и всё решили, - идет на попятный Джастин, потому что, действительно, конкретно на этот вопрос ответить затрудняется. – Дома, или в «Вавилоне», или на трах-вечеринках… я так не хочу. А ты хочешь. Поэтому каждый выбрал для себя то, что его устраивает. Как твое соревнование с новеньким? - Хуйню не надо пороть, - нехотя отвечает Кинни, понимая, что крыть нечем. - Номера девятого сегодня трахнул в обеденный перерыв. Так что, я почти выиграл. - Что и требовалось доказать, - пожимает плечами Джастин, стараясь скрыть, что ему все-таки больно. – Я в тебе и не сомневался. И вроде бы нормальная фраза, но почему-то мистер Кинни приходит в ярость. Да только сказать нечего, он сам связал себя своими же принципами и блядством. Поэтому он молчит и делает вид, что все нормально. Так же, как и Джастин. Они оба делают вид и знают об этом. А сами задыхаются от нетерпения, чтобы побыстрее оказаться вдвоем наедине за закрытыми дверями. И по хер какими. Комната отдыха, лофт или вшивая каморка Тейлора. От двери, за которой будут только они одни, их отделяет один лестничный пролет. Девять ступенек – и они останутся наедине, со всеми их страхами, обвинениями и взаимными тайнами, которые они знают лучше, чем содержимое своих бумажников. Последние шаги плечом к плечу и… - Джастин, здравствуй! – Брайан останавливается, как будто внезапно налетает на каменную стену. Это еще что такое? Прямо под дверью обиталища Тейлора мнется ни кто иной, как Итан Голд, о существовании которого сам Брайан уже давно забыл. А вот Тейлор забыл или нет? Что здесь делает скрипач? Откуда он знает, где живет Тейлор? А вдруг?.. Ведь если они общаются или, еще хуже – живут вдвоем, то какого хуя здесь делает Брайан? И мистер Кинни, чувствуя себя полностью униженным и оскорбленным криво усмехается, разворачивается и уходит, пока его спина выражает ледяное презрение растерянному и совершенно дезориентированному Джастину Тейлору, который просто не знает, что ему делать дальше.