Немного побыть смертной

Главы отделений, тихо переговариваясь, сели за большой овальный стол. Лорна, очень бледная, стояла у окна, дожидаясь, пока все сядут на свои места, и время от времени нервно поправляла черные волосы. Последними в кабинет вошли Анабель и Томас. Они быстро уселись на два свободных места. Уоллис, немного помедлив, обернулась и медленно подошла к столу. Все напряженно следили за ее перемещением. Один вид директрисы заставлял насторожиться и почувствовать, что что-то неладно. — Лорна, что случилось? — первым не выдержал глава отделения терапии, высокий седой мужчина, знавший Уоллис уже лет пятнадцать. Женщина чуть вздрогнула и прикусила губу. — Это какой-то кошмар... — прошептала она, сжав руки в кулаки. — Сегодня утром, около черного входа нашей больницы, Гай нашел выпотрошенный труп одного из наших пациентов. Воцарилась мертвая тишина. Это была поистине шокирующая новость. Сердце Анабель забилось быстро-быстро, а руки немного вспотели. Кто-то судорожно сглотнул. — Ну, а... полицию вызвали? — неуверенно спросил Оуэн. Он, как и Лорна, сильно побледнел. Уоллис покачала головой. — Но, Лорна, это же противозаконно!.. — ошарашенно произнес терапевт. — Мы обязаны заявить об этом в полицию! — Нет, Патрик, — решительно возразила женщина, нахмурившись. — Я хотела посоветоваться со всеми вами, как поступать дальше, но я уверена, что в полицию заявлять нельзя. У нас и так сейчас трудности. А труп отпугнет кого угодно, можешь поверить. — Все, что ты сейчас сказала, довольно разумно. С одной стороны, — начал Томас. — Но ты понимаешь, какими могут быть последствия твоих действий? И последствия того, что ты все это рассказала нам — теперь мы в курсе произошедшего, а, значит, будем причастны ко всему, что произойдет позже. Насколько я понимаю, ты предлагаешь спрятать труп и сделать вид, что ничего не случилось. А как же с родственниками пациента? Лорна кивнула. — Я поняла твой вопрос. И я действительно собиралась скрыть тот факт, что наш пациент мертв. Я доверяю Олдриджу, он не выдаст нас. Он готов спрятать труп. История будет такая — этот пациент уже шел на поправку, он решил выписаться, чтобы сделать сюрприз родственникам и больше мы его не видели. Правдоподобно? Все сидели, ошеломленно глядя на директрису. — Вы предлагаете нам нарушить закон? Ради... работы? — стараясь, чтобы её голос не был воплощением удивления, уточнила Анабель, больно впившись ногтями в ладони. — Именно, — решительно ответила Уоллис. — Ради блага больницы. Иначе, нас ждет крах. А я не хочу этого. И вы, надеюсь, тоже. Томас нерешительно поерзал на стуле. — Лорна, я все понимаю, конечно, но ты хоть слышишь, как это звучит со стороны? — неуверенно спросил он. — Нарушить закон, спрятав труп, обмануть кучу людей, включая полицейских... Это звучит фантастически глупо. И опасно. И вообще, очень... очень непродуманно. — А что ты предлагаешь? — неожиданно зло произнесла женщина. — Рассказать правду и смотреть на то, как от нас бегут клиенты? И спонсор нам тогда точно не светит! Я прекрасно понимаю, насколько моя идея глупа и абсурдна, но выхода у нас нет! И я специально рассказала вам обо всем этом, чтобы вы поняли, насколько все серьезно и приняли решение. — Решение? — уточнил Патрик. — То есть, ты предоставляешь нам выбор? — Конечно. Или вы со мной, или... или не со мной, — Уоллис поджала губы и сложила руки на вздымающейся груди. — Лорна, мы с тобой знакомы семнадцать лет, — начал мужчина. — И за все эти семнадцать лет, это — твой самый неразумный поступок. И мой, — негромко добавил он. Директриса с надеждой посмотрела на него. — Я с тобой. Я подтвержу все, что ты скажешь, — решительно произнес терапевт. — И, надеюсь, все это скоро закончится. — Спасибо, — тихо ответила Уоллис и чуть улыбнулась. — Хоть это и чистой воды безумие, — Томас поднял брови и поджал губы, — я тоже с тобой. Мне будет не хватать тебя. К тому же, часто в тюрьму ходить, чтобы тебя навестить, я не смогу — работа, сама понимаешь, — Лорна улыбнулась на этих словах. — Не верю, что я это говорю и вообще, что все это происходит прямо сейчас и со мной, но я тоже в деле. — А что ты скажешь? — директриса посмотрела на Анабель. Леман вздохнула. — Все это, конечно, абсурдно и глупо, — пробормотала она. — Но моя жизнь и так катится к чертям. Так что я тоже с тобой. Остальные главы отделений, немного поколебавшись, тоже согласились. Лорна, уже не такая бледная, радостно улыбалась. — Теперь, нам надо обсудить детали, — громко произнес Патрик, перекрывая гул, который возник из-за того, что врачи обсуждали, сколько лет им за все это могут дать. * * * — Ты можешь поверить, что все это — на самом деле? — спросила Анабель у Тома, когда они вместе выходили из кабинета Лорны. — Не-а, — тот покачал головой. — Я вообще до сих пор в ауте. Мне кажется, она нас всех загипнотизировала, чтобы мы согласились принять во всем этом участие. — Да уж, — девушка дернула плечом. — Страшно подумать, что будет с нами, если... — Тс-с-с, — мужчина прижал палец к губам Леман. — Болтушка. — Точно, — та улыбнулась. — Теперь у нас у всех есть секрет. — Жуткий секрет, — добавил Оуэн. — Надо как-нибудь выяснить, что же произошло на самом деле, — шепнула девушка. — Ведь такое может повториться... — Я поговорю с Лорной, если хочешь. Это и правда разумно. — Да, ты уж поговори, пожалуйста, — отозвалась Анабель. — Не хотелось бы устраивать где-нибудь маленькое неофициальное кладбище. Томас расхохотался. — Ты чего? — девушка недоуменно уставилась на друга. — Прости, истерика, — тот вытер слезы. — У меня слишком чувствительная душа для всех этих гадостей. Настала очередь Леман смеяться. Они дошли до лифта и Оуэн нажал на кнопку вызова. * * * С работы Леман ушла в половину девятого. В больнице было непривычно пусто и тихо. Каблуки одиноко цокали по полу. Отчего-то по коже девушки поползли мурашки. Ей снова почудилось, что кто-то за ней наблюдает. Она резко развернулась. Конечно же, в коридоре не было никого. Лифт открылся, дохнув теплом и защитой. Анабель быстро зашла в него и нажала кнопку первого этажа. Звякнув, двери закрылись. На парковке тоже было почти пусто. Леман оглянулась на здание больницы. Почему-то, оно показалось ей зловещим. Передернув плечами, девушка села в машину и, заведя двигатель, быстро выехала на дорогу. Настроение резко испортилось. — Надо выпить, — пробормотала она, нажимая на газ. Впереди были выходные. * * * Эрик закрыл глаза и откинулся на спинку своего кресла. Все эти проверки ужасно достали вампира. Хотелось высушить этих жалких людишек и выкинуть их трупы из бара навсегда. Его помощник добыл ему интересную информацию о спонсорстве. Теперь Нортман лишь ждал удобного момента, чтобы предложить свою помощь больнице. Внезапно, вампир почувствовал запах. Её запах. Он открыл глаза. И действительно — в бар вошла Анабель. Сегодня она выглядела просто восхитительно. И этот цвет, цвет безоблачного неба в солнечный день, ей очень подходил. А отсутствие очков делали выражение ее лица менее серьезным и более мечтательным. Однако, сейчас она почему-то выглядела очень усталой и подавленной. Девушка подошла к стойке. Шериф продолжал следить за ней взглядом, отмечая хорошую фигуру, которая подчеркивалась довольно скромной, но со вкусом выбранной одеждой. — Пожалуйста, виски с содовой. И побольше, — услышал Эрик слова Анабель. — Тяжелый день? — поинтересовался бармен. Нортман прислушался. — Еще какой, — негромко ответила вампиру девушка и, взяв бокал, направилась к своему столику. Устало опустившись на сиденье, она сняла куртку и положила рядом с собой. Потом глотнула коктейля и прикрыла глаза. — Добрый вечер, — раздался напротив нее голос Эрика. Леман поперхнулась и закашлялась. — Добрый... кх... вечер... — откашлявшись, ответила она. — Не делайте так больше, пожалуйста. — Вы сегодня восхитительно выглядите, — произнес Нортман, немного задержав взгляд на груди девушки. Та кивнула и снова глотнула виски. Довольно много глотнула. — По какому поводу пьете? — поинтересовался шериф. Анабель пожала плечами. — Поверьте, их предостаточно. Эрик понимающе качнул головой. — Может, составить Вам компанию? — невзначай спросил он. Леман безразлично кивнула. — Почему бы и нет, в конце концов? — пробормотала она, пока Нортман отошел к стойке. Через минуту, тот вернулся с бутылкой виски и несколькими банками настоящей крови. — Может, пойдем ко мне в кабинет? Там гораздо тише, — Эрик чуть наклонился к Анабель, наливая виски в ее порядком опустевший бокал. — Идемте, — едва заметно качнувшись, девушка встала из-за стола. Нортман поддержал ее, заметив для себя, что Леман очень быстро пьянеет. Захватив бутылки, они направились к комнате шерифа. А куртка так и осталась лежать на стуле. Пэм одобрительно улыбнулась, глядя на парочку. — Садитесь, — Эрик довел девушку до кресла. Та опустилась в него и вновь прикрыла глаза, не выпуская бокала из рук. «Хорошо, что я оставила сумочку в машине», — трезвой молнией пронеслось у Леман в голове. Нортман пододвинул свое кресло к Анабель, сел, и, вытянув длинные ноги, открыл бутылку настоящей крови. — Ну, что у Вас случилось? — спросил он, облизнув окровавленные губы, и, чуть наклонив голову, взглянул на девушку. — Давайте на «ты»? — неожиданно предложила Леман, стараясь не так откровенно пялиться на лицо шерифа. — Я не против, — отозвался вампир. — Так ты расскажешь мне, что произошло? — Ох... — девушка снова отпила немного из бокала. Захотелось с кем-то поделиться своими проблемами. — Все настолько... настолько нереально, что я никак не могу поверить в происходящее со мной в течение последних двадцати четырех часов. Это все ты виноват! — внезапно наклонилась к Нортману девушка. — Стоило мне познакомиться с тобой, и стали происходить все эти странные вещи... Эрик смотрел в блестящие глаза девушки, ставшие из серо-зеленых почти прозрачными и с расширенными от выпитого зрачками. Ее щеки стали приятно розовыми, улыбка чуть более развязной, а дыхание прерывистым и пахнущим алкоголем. — Так ты жалеешь о нашем знакомстве? — спросил он, тоже наклоняясь к Леман. Теперь их лица были ближе, чем позволяли правила приличия. — Да, еще как! — ответила девушка, кивнув пару раз и стараясь не смотреть на губы вампира. — Ты слишком идеальный, — неожиданно добавила она. — Таким нельзя быть. Шериф улыбнулся. Пьяная Анабель была более чем милой. — Ты всегда так быстро пьянеешь? — поинтересовался он, дотронувшись рукой до ее скулы. — Ага, — девушка широко улыбнулась. — Поэтому и пью очень редко и только в компании близких друзей. — То есть я — твой близкий друг? — рука Эрика спустилась к шее. — Нет. Просто к тому моменту, как ты спросил, я уже была не в состоянии отказать тебе, — шепотом призналась Леман. Ее сердце билось слишком быстро, мысли в голове были очень мутными, а Нортман немного двоился. Вампир хмыкнул. — Знаешь, как тяжело быть врачом? — неожиданно произнесла Леман, взяв руку Эрика, которая была на ее шее, в свои две. — Ты не представляешь... Слушать этих людей, сочувствовать им... Видеть, как они страдают... Но знаешь, что самое плохое? — она наклонилась так близко к Нортману, что чуть не упала. Шериф поддержал ее. — То, что мне это нравится! Мне нравится помогать людям, хоть это и тяжело для меня. Мне нравится, когда они говорят мне спасибо, нравится, когда они, благодаря мне, перестают чувствовать боль... Я не могу жить без этого. Это хуже наркотиков... — последнюю фразу девушка прошептала. Вампир слушал Анабель, скользя взглядом по ее лицу, шее, вздымающейся груди... Слушал и не слышал. Ее губы были так рядом, пахнущие ви́ски, чуть приоткрытые... — Бутылка кончилась!.. — вырвал его из оцепенения голос Леман. — Я принесу еще, — пробормотал Эрик и вышел из комнаты. — Что, уже? — подняв бровь, спросила Пэм, стоящая около двери. — О чем ты? — непонимающе отозвался шериф. Та пошло улыбнулась. — Она пьяная, — пожал плечами Нортман. — Сидит и рассказывает о своей горькой жизни. — И что из этих двух тебя останавливает? — удивленно произнесла вампирша. — Она потом меня возненавидит. А это не вписывается в мои планы, — ответил Эрик. — Ну-ну, — Пэм разочарованно поджала губы. — Если ты ее не хочешь, давай я... — Нет, — перебил ее шериф. — Забудь, — он направился к барной стойке. Вампирша пожала плечами и, покачивая бедрами, двинулась ко входу. Я постаралась поубедительней изобразить пьяную Анабель. Получилось?