Брешь

      Не успела Ева оглянуться, как наступили ужасающие СОВ. Подготовка к ним была такой напряженной, что каким-то образом она вытеснила все её переживания из-за Драко, Джорджа, Амбридж и всего прочего. Были только она и тот или иной предмет, к которому ей надлежало подготовиться. Первым экзаменом у неё были заклинания, с которым по ощущениям она справилась довольно неплохо, а экзамен по трансфигурации хоть и был достаточно сложным, был ей по плечу. Она никогда не была особенно сильна в травологии, поэтому и не рассчитывала на высокие результаты, но зельеварение прошло определенно лучше ожидаемого, а вот с нумерологией у неё всегда были проблемы. Ева очень беспокоилась, что именно этот предмет станет камнем преткновения в её желании стать ликвидатором заклятий. И тем не менее она продолжала осознанно идти по этому пути, днями напролёт заучивая древние руны, и отрабатывая втайне заклинания, включая Патронуса. Хотя последнее так и не удавалось.              И вот, долгожданно последним испытанием был экзамен по истории Магии, который Ева не и рассчитывала сдать на отлично. Она думала о том, как закончит этот экзамен и сразу же отправится спать со спокойной душой, и это здорово мешало сосредоточиться. Скрип пера давил на слух, однако Хейг, в конце концов поглощенная описанием четвёртого восстания гоблинов, не замечала ничего вокруг. Но вдруг истошный вопль заставил её подскочить на месте с гулко бьющимся сердцем.       Ева и не узнала бы обладателя голоса на слух, если бы не увидела своими глазами. Гарри лежал на полу, скорчившись от необъяснимой боли, и от этого вида холодок пробежал по спине девушки.       Что-то подсказывало, что это дурной знак.

***

      Как только экзамен закончился, Ева приподнялась на носочках, выискивая глазами Рона и Гермиону. Гарри ушёл раньше, так и не закончив экзамен, и та чувствовала существенность дела и потому бросилась к обнаруженным, наконец, гриффиндорцам. Едва она успела нагнать их, к ним подлетел бледный, как смерть, Гарри, и видя его в таком состоянии, Ева сильно испугалась.       — Что случилось? — воскликнула Гермиона.       — Быстро за мной! — сквозь зубы проговорил он и перевел взгляд на Еву. Та, даже не спрашивая разрешения, направилась следом.       Не успела компания уединиться в пустом кабинете, Гарри сказал то, что пригвоздило Еву к полу:       — Волан-де-Морт схватил Сириуса и пытает его в Отделе тайн!       — Что? — выдохнула она, не веря своим ушам.       — Но… Но как? — промямлила Гермиона.       — Я увидел на экзамене, мне это опять привиделось!       — Но подожди, Гарри! — Голос той задрожал. — Как Сириус и Волан-де-Морт могли оказаться в Министерстве? Сейчас же только пять часов вечера!       — Откуда я знаю, как! — взорвался Гарри. — Медлить нельзя, надо отправляться туда сейчас же!       — Куда? — непонимающе спросил Рон.       — В Министерство магии!       — Но Гарри!       — Да что, Гермиона?! — рявкнул Гарри. — Нельзя медлить, как ты не понимаешь!       Пока Гермиона пыталась призвать друга к здравому смыслу, Ева отвернулась, утопая в головокружении. Сердце рвалось из груди, а мысль о том, что где-то за сотни километров от неё безжалостно мучают дорогого ей человека, вытеснила все другие.       «Я должна что-то сделать!» — говорила она самой себе, но вместе с тем осознание неминуемой встречи с Тёмным Лордом вводило в ещё больший страх — она понимала, что, направившись туда, даже если повезёт чудом остаться живой, вернется она точно с увечьями.       Было страшно так сильно, как никогда прежде.       В этот самый момент дверь в аудиторию раскрылась, и на пороге появились Джинни Уизли и Полумна Лавгуд. Их появление заставило встревоженную компанию замолчать.       — Я услышала, как ты кричал, — сказала Джинни, обращаясь к Гарри. — Что случилось?       — Не твоё дело! — огрызнулся тот, отвернувшись.       — Кажется, я не давала тебе права говорить со мной в таком тоне! — холодно ответила Джинни. — Я просто хотела узнать, нужна ли тебе помощь!       — Нет, не нужна! — отчеканил тот.       — Ты сегодня такой грубый, Гарри, — безмятежно заметила Полумна, на что Гарри выругался и снова отвернулся.       — Погоди, но ведь они могут нам помочь! — воскликнула Гермиона, обращаясь к нему. — Мы же должны узнать, действительно ли Сириуса нет в штаб-квартире…       — Нельзя терять время! Его уже пытают!       — Но что, если это ловушка? Мы должны проверить!       — Ладно, хорошо, но если это займет много времени, я сейчас же отправляюсь в отдел тайн!       — Отдел тайн? — удивленно переспросила Лавгуд. — Как ты собираешься попасть туда?       Никто ей не ответил.       — Так-так, — потерла руки Гермиона. — Мы отправимся в кабинет Амбридж и через него попадём в штаб-квартиру. Я пойду с Гарри…       — Нет! — вырвалась Ева, не успев даже обдумать своё решение. — Я пойду с ним!       На какую-то секунду компания замерла, переведя на неё взгляд, однако Гермиона быстро взяла себя в руки.       — Ладно, иди с Гарри, — кивнула она. — Но нужно отвлечь Амбридж…       — Я сделаю! — не задумываясь, вызвался Рон. — Скажу, что Пивз громит класс Макгонагалл, а если он по пути попадется мне, я ему это даже предложу…       Остальную часть диалога Ева не слушала. Она вдруг вспомнила о том, что её отец больше не сидит в Азкабане — он находится подле Волан-де-Морта, и если Ева каким-то чудом попадёт в Отдел тайн, они непременно встретятся. В этот самый момент к ней пришло осознание, что она исполняет давнее желание отца — сама идёт прямиком в его пасть; идёт навстречу Элайдже и близнецам Маллиган, которые пытались делать всё, лишь бы исполнить волю её отца.       Ева взмолилась всем сердцем, чтобы Гермиона оказалась права, и Сириус был на площади Гриммо. Тело зашлось лихорадочной дрожью, но как ни кстати в голове всплыли отчетливые образы прошлого. Ева вдруг вспомнила, как на третьем курсе встретила Сириуса в облике пса; как тогда он заступился за неё перед слизеринцами-старшекурсниками; как впоследствии она узнала, что этот человек и есть Сириус Блэк — первый волшебник в истории, сбежавший из Азкабана, и… её приёмный дядя. История его жизни, которую он рассказал ей однажды, поразила её так сильно, что однажды она пообещала ему помочь востановить доброе имя и найти Петтигрю. И с тех самых пор она отодвигала свою дрожь на задний план и раз за разом лезла на рожон.       Ева невесело улыбнулась своим воспоминаниям.       Да, точно. Так было с того самого момента, как Сириус Блэк появился в её жизни и прочно в ней обосновался. Бабуля как всегда была права: это кровь Сириуса бурлила в её венах, потому что иначе это было не объяснить. Игра, самосохранение, сдержанность: всё это теряло смысл, когда ему нужна была помощь, а потому и в этот раз она снова сделает всё, что в её силах. Всё, чтобы её настоящий отец был просто жив.       Ева глубоко вздохнула, чувствуя, как безмятежность, растекаясь по телу, отрезвляет разум.              — Ева, что встала? — шикнула Джинни уже в дверях кабинета.       Очнувшись от прострации, та обернулась и осознала, что половина новоявленного отряда покинула аудиторию. Ева сорвалась с места, мысленно готовясь к бою, который может стать для неё последним.

***

      По ощущениям прошла минута, как Гарри вернулся с гостиной Гриффиндора с мантией-невидимкой в руках. Вместе им предстояло проникнуть в кабинет Амбридж, чтобы воспользоваться сетью летучего пороха.       — Все готовы? — спросила Гермиона, обведя взглядом присутствующих. Сама она выглядела страшно взволнованной.       Все ответили согласием, после чего Рон сразу же бросился по коридору к Амбридж, Джинни и Полумна направились по разные его концы, а Гарри, Гермионе и Еве предстояло пробраться в кабинет директрисы. Троица скрылась в нише между стеной и каменным изваянием волшебника, что-то бормочущего себе под нос, в ожидании, когда коридор опустеет.       — Туда нельзя! — громко говорила Уизли, останавливая студентов, желающих пройти. — Нет-нет, извините, вам придётся идти в обход по вращающейся лестнице — кто-то только что напустил сюда душильного газа…       Не упуская возможности поворчать, толпа постепенно редела, и это говорило о том, что весть об опасном газе распространилась по всей школе. Троица настороженно следила за уходящими учениками, пока Гарри не объявил, что пора бы уже выдвигаться. Скрывшись под мантией, они двинулись по коридору к кабинету Амбридж.       Когда они оказались у нужной двери, Гарри достал очень знакомый перочинный ножик.       — Нож Сириуса? — уточнила Ева, вспоминая, как тот на третьем курсе иногда делился им для вскрытия некоторых дверей Хогвартса.       — Его подарок, — сухо ответил тот, вставляя лезвие в замочную скважину. Всего пара секунд, щелчок — и дверь открылась.       — Я почему-то боялась, что после многочисленных попыток пролезть в кабинет, она предпримет какие-нибудь меры, — всё ещё дрожал от волнения голос Гермионы, когда они преодолели порог.       Гарри сразу же кинулся к камину, загребая рукой горсть летучего пороха; Гермиона встала у двери с палочкой в руках, а Ева, поколебавшись, с надеждой посмотрела на парня, который на секунду взглянул на неё в ответ, а затем кинул порох в камин, ушел головой в языки изумрудного пламени и чётко произнес: «Площадь Гриммо, двенадцать!»       Ева нехотя отвернулась, остановившись рядом с Гермионой и сжимая волшебную палочку до побеления пальцев. Та косо оглянула её.       — Что-то не так? — спросила Ева, поймав на себе взгляд.       — Ещё спрашиваешь! — взволнованно воскликнула та. — Да как мы вообще… если что… попадем туда?       — Я не знаю, — судорожно вздохнув, ответила Ева, поглядывая на коридор. — Но мы должны будем сделать это, если Сириуса не будет в штаб-квартире.       — Да, но… я всё равно не понимаю, каким образом он мог оказаться в Министерстве.       — И я тоже не понимаю, — согласилась она. — В штабе столько людей постоянно вертится... что такого должно произойти, чтобы он сорвался в Министерство, да ещё и один? Тут что-то нечисто.       — Может, ему осточертело сидеть в четырёх стенах, и он, ну... решил побыть героем?       — Сириус не идиот и знает, что сейчас это принесло бы только неприятности, — возразила Ева. —Чтобы он туда отправился, должно было произойти что-то действительно из ряда вон выходящее. И если так, то я готова рискнуть ради того, чтобы…       Она не договорила, поскольку услышала знакомый стук каблуков. Перед глазами возникла красная от бега и ярости Амбридж, и Ева отреагировала инстинктивно: схватила Гермиону за плечо и палочкой заставила дверь захлопнуться прямо перед носом у директрисы.       — Гарри! — Ева с криком бросилась к нему, намереваясь толкнуть его на площадь Гриммо и сбежать следом, но сделать этого она не успела. Амбридж ворвалась в кабинет уже в следующую секунду, а подбитая заклинанием Ева рухнула на землю в паре шагов от Гарри. Она хотела вскочить и сражаться до конца, но её сцапали прежде, чем она схватила бы волшебную палочку. Ева взвилась с отчаянным криком, принимаясь беспорядочно наносить удары ногами, и тогда её со всей силы впечатали в стену кабинета, отчего в глазах потемнело. В ушах стоял болезненный стон Поттера, которого насильно вынули из камина.       — Ты думаешь, после двух нюхлеров я позволю какому-нибудь мерзкому и гадкому крысёнышу проникнуть в мой кабинет?! Изъять у него палочку!       Зрение медленно начало приходить в норму, как Еву скрутили и повернули лицом к кабинету, где перед её глазами Амбридж оттаскивала Гарри за волосы от камина, Гермиону прижала к стене Милисента Булстроуд, а Драко, сжимая палочку в направлении Гарри, смотрел на Еву со страхом и бешенством одновременно.       Снаружи послышались шаги, и в кабинет ввалилась толпа пойманных гриффиндорцев и слизеринцев, удерживающих первых; также среди участников новоиспеченного Отряда Дамблдора оказался Невилл с разбитой губой.       Ева перевела взгляд на министерскую даму, выглядящую более чем удовлетворенно, и внутри развернулась настоящая ярость. Она отчаянно взвилась ещё раз, но Кассий Уоррингтон вновь впечатал её в стену, и на этот раз от боли у Евы брызнули слезы.       — Превосходно, просто замечательно! — восклицала Амбридж. — Похоже, скоро Хогвартс избавится от всей семейки Уизли! — добавила она, наблюдая за тем, как извивается Джинни в руках слизеринцев. — Итак, мистер Поттер, — начала она, садясь в своё кресло, — Вы прислали мне этого клоуна сказать, словно полтергейст громит класс трансфигурации, хотя я знала, что на данный момент он занимается совершенно другим. И вот вы пробрались в мой кабинет затем, чтобы переговорить с кем-то по сети летучего пороха. С кем же, интересно? С Дамблдором? Или же с мерзким полукровкой Хагридом?       — Не ваше дело! — огрызнулся Гарри, отчего лицо той вытянулось.       — Очень хорошо! — приторно-угрожающим голоском сказала Амбридж. — В таком случае остается только принуждение. Драко, позовите профессора Снейпа.       Ева посмотрела на Драко, который бросил ей тревожный взгляд и направился выполнять поручение директора.       Она прикрыла глаза, чувствуя нездоровую дрожь во всем теле. Ева была в ужасе от мысли, что они, кажется, упустили навсегда возможность спасти её настоящего отца, и это заставило её по-настоящему разреветься.