"Я никогда не оставлю тебя, братик."

Ваня открыл глаза уже засветло. Он все так же лежал на кровати, несмотря на то, что должен был перелечь на пол. Вопреки ожиданиям, его брата рядом не оказалось. Голова просто раскалывалась, но не это послужило причиной того, что он немедленно подскочил на кровати. Тяжело дыша, тот стал оглядываться: значит, брат видел, что он перелег к нему. Тут же, дверь в комнату скрипнула, и на пороге появился Сергей с бутылкой пива в руках. Он с вызовом подбоченился, опершись плечом о дверной косяк. - Уже не спишь? – скептически изогнул бровь старший, с легкой усмешкой на губах. - Вроде того, - напряженно кивнул Иван. – Ты не помнишь, что вчера было? А то у меня словно память отшибло… - Нет, - в глазах Сережи мелькнули искорки лукавства, - не помню ничего, после второй рюмки. - Ясно… - «Врет», тут же решил второй, - Ты извини, что я тут. Видимо, ночью решил, что упал и лег на кровать. - Да нет, ничего. Я тут подумал: ну не вечно же тебе на полу спать. Давай так, мы спим оба на кровати, но каждый под своим одеялом. У младшего сперло дыхание в зобу. О таком подарке судьбы он и мечтать не мог. Так близко к свершению своей мечты, он не подбирался никогда в жизни. Все, на что у него хватило сил – жалкий кивок, после которого он гулко сглотнул слюну и изо всех сил попытался успокоиться, едва заметно мотнув головой. - Ну, вот и чудно, - быстро ответил Серый, - можешь вставать, одеваться, умываться. Завтрак уже готов. Ваня поднялся и вышел. Быстро приведя в себя порядок, он надел футболку и свободные джинсы. Сейчас его ничего не могло заставить задуматься о чем-либо кроме предложения его брата, поэтому он задумчиво ковырялся вилкой в свежеприготовленном омлете, и иногда бросал быстрые взгляды на Сережу. Тот в свою очередь делал вид, что ничего не замечает и спокойно пил кофе, читая какую-то книгу. Но по всем известному закону подлости, все не могло продолжаться так безоблачно и радужно. Стоило Ване подойти к раковине с посудой в руках, как его шею обожгло чье-то горячее дыхание. Тот хотел было отпрянуть, но сообразил, что деваться ему некуда: впереди него была раковина, к которой он стоял вплотную, а сзади брат, который был заметно возбужден, что лишний раз доказывало его достоинство, упирающееся в копчик младшего. - Тебе помочь? – чувственно и с придыханием поинтересовался спортсмен. - Эм… Да нет, я сам справлюсь… - сдавленно проговорил красный от волнения парень. - Я все-таки попробую помочь, - выдохнул старший и протянул руки к посуде, по обе стороны от брата. - Что ты делаешь? – тихо поинтересовался Ваня, опустив голову и из последних сил удерживаясь, что бы не упасть на стоящего сзади. - Ну тебе ведь нравится… Ты так этого хотел… Так что считай, что я – Дед Мороз и просто запоздало исполняю твои желания, - промурлыкал ему на ухо старший брат. - Не говори глупости. Как мне может нравиться такое? – посуда оказалась, благоразумно опущена в раковину и теперь он стоял, прижавшись всем телом к груди и животу брата, что бы ни упасть. - Да ладно тебе. Я ведь все помню, - «Дед Мороз» слегка укусил Ивана за мочку уха, от чего тот вздрогнул, - и то, как ты стонал. И то, как извивался. Все, до каждой секунды. Последняя фраза была сказана с явным нажимом и младшему, не оставалось ничего, кроме как промолчать, вздрагивая каждый раз, когда пальцы его брата пробегали по особо чувствительным местам. Тяжелое глубокое дыхание то и дело обжигало нежную кожу его шеи. «Остановись» - это было все, что смог выдавить из себя Ваня. А потом все растворилось в ощущениях. Пришел в себя он только тогда, когда его брат запустил ладони под футболку парня и стал играть пальцами с его сосками. Младший дернулся и отскочил от брата, извернувшись под его руками. Спиной он теперь прижимался к стене и, тяжело дыша, полз по ней в сторону коридора. Сергей насмешливо следил за каждым его движением, даже не предпринимая попыток остановить. - Прости, я так не могу, - тихо буркнул Иван и молнией полетел в спальню, где заперся и уселся на кровати, раскачиваясь из стороны в сторону, словно умалишенный. Спортсмен покачал головой и сел на место, продолжив читать книгу и пить кофе, с легкой самодовольной полуулыбкой на губах. Тем временем, его брата, что называется «бомбило». Он не мог понять, зачем сбежал, если сам этого так хотел. Но почему-то точно знал, что поступил правильно. Тихо нашептывая себе под нос слова убеждения, он пытался сосредоточиться. Несмотря на все сопротивление, что он оказал, его не покинуло возбуждение и теперь эти душевные терзания сопровождались ноющим дискомфортом внизу живота. Едва стоило ему прикрыть глаза, как на него стал опускаться сон, словно и не спал он так сладко этой ночью. Дверь негромко скрипнула, но парень уже не обратил на это, внимание, тихо засыпая. Он даже не заметил, как над его кроватью склонился с загадочной улыбкой старший брат, заглядывая в лицо несчастного. *** Иван открыл глаза, по привычке ожидая увидеть перед собой свою комнату, но не тут-то было. Он лежал на спине, и не мог пошевелиться. Руки были связаны за головой, а ноги привязаны длинными веревками к ножкам кровати. При чем веревки держали их настолько свободно, что бы парень не мог свести их слишком близко. К тому же, он был почти полностью обнажен: на нем оставались лишь плавки, которые, не могли в достаточной мере скрыть его заметно выпирающее достоинство. Младший нахмурился и крикнул: - Эй! Ты что, совсем сбрендил?! Какого хуя творишь?! Совсем объебался что ли?! Живо отпусти меня, ублюдок, иначе я за себя не ручаюсь! – глаза юноши начала застилать кровавая дымка ярости. - Тише-тише, братик, - из-за двери вышел Сергей и теперь все так же ухмылялся, как и до этого на кухне, - не переживай так. Нервные клетки не восстанавливаются. А чем меньше ты будешь сопротивляться, тем наиболее безболезненно все пройдет. Ну а если тебе повезет, то будет даже приятно. Младший невидящим взглядом смотрел поверх головы своего брата и пытался успокоиться. У него не укладывалось в голове, что его добрый и заботливый геененавистник брат мог так с ним поступить. Его тело дрожало мелкой дрожью, от страха и предвкушения чего-то нехорошего. Пока тот изо всех сил пытался сдержать слезы злости, отчаяния и обиды, Сережа присел, на край кровати и, едва касаясь подушечками пальцев кожи младшего брата, провел линию от впадинки между ключицами к пупку. - Ну не злись, маленький. Все хорошо. Ты ведь сам этого хотел. И разбудил во мне желание. Надо же понимать, что когда играешь с огнем, можно обжечься, - промурлыкал ему в ухо старший, чуть склонившись к изголовью. Несмотря на внешнее безразличие, сердце парня бешено билось. Но он, ни за что бы ни стал показывать свое волнение Ване. Ведь хоть кто-то из них должен быть решителен, в конце концов. Губы парня коснулись ключицы, от чего трепещущее тело вздрогнуло, а младший взволнованно засопел, но с его губ не сорвалось, ни звука. Тут же, он повторил манипуляцию, раз, за разом опускаясь на сантиметр ниже. Стоило ему коснуться языком уже затвердевшей бусинки соска, как юноша протяжно застонал, но тут, же замолчал, с силой прикусив губу. Сергей самодовольно ухмыльнулся и вновь опустился чуть ниже, осыпая поцелуями теперь уже живот брата. Как только губы спортсмена коснулись пупка младшего, он тут же положил ладонь на его плавки, чуть сжав восставшую плоть, будто пытаясь успокоить его и снять возбуждение. Стоны теперь раздавались в комнате почти непрерывно, а тяжелое прерывистое дыхание выдавало Ваню даже тогда, когда он изо всех сил пытался молчать. А мучитель, продолжал свою сладкую пытку: чуть зацепив пальцами резинку трусов, он как можно более безразлично посмотрел на братика и, изо всех сил скрывая дрожь в голосе, сказал: - Знаешь, если ты захочешь, то я могу прекратить прямо сейчас. Развяжу тебя, отпущу и больше мы никогда не вернемся к этому. Глаза юноши заметались по комнате. Желание в его голове никак не желало укладываться и уступить место разуму, хотя бы на пару минут. Каменный стояк делал свое дело и, наконец, сдавшись, он тихо выдохнул: - Не останавливайся… - Что-что? Прости, я не расслышал… - старший издевался над ним и теперь стал поглаживать по выступающей части плавок, мягко надавливая на то место, где выступила капелька влаги, от чего его брат каждый раз выгибался со сдавленным стоном. - Не останавливайся! Продолжай! – выкрикнул второй, покраснев от смущения. - Так-то лучше, - негромко сказал Сергей и разорвал ткань, прямо на парне, отшвырнув ее в сторону. Перед глазами парня предстала весьма возбуждающая картина: средних размеров член его брата, с аккуратной выступающей головкой. Он казался настолько идеальным, что каждая венка виделась неотъемлемым его дополнением. На головке выступила капелька смазки и выглядела она довольно таки призывно. Спортсмен пересел и нарочито медленно взял в руки плоть собственного брата. С губ младшего раздался новый стон, и он дернулся, словно в надежде порвать веревки. Серый улыбнулся и провел большим пальцем по головке, размазывая по ней капельку смазки. Рука медленно скользнула по стволу, разнося влагу. Раздумывая всего секунду, мучитель склонился над промежностью юноши и провел языком вдоль одной из вен. Тело парня забило уже крупной дрожью возбуждения, и он негромко простонал: - Сережа… Пожалуйста, хватит… Войди в меня… Старший посмотрел на парня глазами затуманенными дымкой возбуждения, и уже через несколько секунд избавился от одежды. Его двадцатисантиметровое достоинство заставило сильно занервничать Ваню. Но тому было уже все равно, не слушая, ни одно из восклицаний младшего, Сергей придвинулся к нему ближе и обвел пальцем вокруг сморщенного колечка ануса. Эта нехитрая манипуляция вызвала новый стон. Чуть помедлив, он ввел в брата палец. Потом второй. Он сам уже дрожал от возбуждения, но не мог позволить себе порвать брата. Вскоре, очередной протяжный стон, дал понять, что юноша готов. Потянувшись к тумбочке, насильник взял небольшой флакон со смазкой и щедро смазал ею свой член и такую теплую и желанную дырочку Вани. - А теперь потерпи, будет немного больно, - шепнул он на ухо брату, приставив головку члена к его анальному отверстию. Тугое колечко мышц сопротивлялось, но стоило головке преодолеть преграду, как член проскользнул внутрь парня, и теперь застонали уже оба. Старший прикусил кожу на шее брата и, негромко всхлипнув, шепнул: - Какой ты узкий… Еще немного и я мог бы кончить… Юноша засопел, пытаясь сдержать стон и скрыть смущение. Тем временем, братик начал движение внутри него. От промежности и до верха живота, стала разливаться приятная истома, а с его губ то и дело срывался вскрик, когда Сережа задевал простату. Через несколько секунд, насильник прорычал: - Не выдержу… Больше не могу. Парень стал входить и выходить с бешеной скоростью, разрывая прямую кишку брата и больше не сдерживая своих желаний. Белая простыня была испачкана в кровь, а Иван кричал, срывая горло. Член входил мощно, словно поршень, доставляя какое-то мазохистское удовольствие, а потом боль. Все чаще головка задевала простату и, все сильнее, он рвал тугое колечко мышц. Парень буквально вколачивал юношу в постель, натягивая его на себя до упора, а потом почти полностью выходя. Вскоре, он не выдержал, и, прорычав, словно дикий зверь «Кончаю!» излился внутрь брата, заполняя все его внутренности своим семенем. Ваня под ним тихонько заскулил, сжав зубы. Низ его живота все так же тянуло возбуждением, но необходимой разрядки он не получил и теперь дрожал от страха, боли и желания. Сергей посмотрел на него мутными глазами и, шепнув «Прости...», отключился, не выходя из брата, оставляя его с этим страшным желанием разрядиться, слезами на глазах и порванными внутренностями. Юноша несколько раз попытался сбросить с себя брата, но тот был тяжелее, а руки оставались связанными. Слезы текли безостановочно. «Зачем?! За что он так со мной?! Я ведь готов был отдать себя ему полностью!» блуждали мысли в голове парня. Вновь попытавшись столкнуть Сергея, он почувствовал, как трется все еще возбужденный член о его живот, и как ходит все такой же каменный кол внутри него, растирая семя по стенкам кишки. Иван снова дернулся, но теперь уже намеренно. Стоны снова начали срываться с его губ. Он насаживался на член брата, пока тот спал, и смущению тут уже не было места. Не смотря на боль и отвращение к самому себе, он стонал все громче, пока его не сотряс оргазм. Сперма размазалась между животами парней, но старший, что-то не разборчиво шепнув, сжал его руку и парень прикрыл глаза, все так же всхлипывая. Теперь, когда возбуждение сошло на нет, его пожирала всепоглощающая боль. Кровь, вперемешку с чужим семенем стекала по внутренней стороне его бедер на постель, а сам он засыпал, липкий и грязный от пота, спермы и крови.