Я тебя никому не отдам!

Ему всю жизнь было больно. Когда он ходил, сидел, гулял, выполнял какую-либо работу, боль всегда преследовала его по пятам. Даже сейчас, сидя под деревом в заснеженном парке, боль не прекратила быть его спутником. Он чувствовал, как снежинки падали на горячую кожу, от этого становилось чуть легче. Он прижал худые коленки к груди, растянутая одежда совершенно не хранила тепло. Кровь на лице подсохла и теперь ощутимо тянула кожу. Маленькой рукой, взяв немного снега, он пытался оттереть с лица кровь, но получалось плохо, было слишком холодно. Казалось, что его тело состоит из одной только боли. Он понимал, если сейчас не встанет, то так и умрет здесь. Темнота надежно его прятала. Поднявшись на дрожавшие ноги, он со стоном выпрямился. Оказалось, что он совсем маленький, не больше пятилетнего ребенка. Мальчик сделал несколько шагов, его синие губы задрожали от пронзившей тело боли. С хрипом в легкие попал холодный воздух, а перед глазами прыгали красные пятна. Собрав всю свою силу в маленькие кулачки, он отправился в сторону света. Шаги давались с трудом, но силы воли ему было не занимать. Тело горело, хотя было холодно. Мальчик понимал, что он заболел, но поделать с этим ничего не мог. Шел он долго, казалось, прошла целая вечность. Сил почти не осталось, воздух проходил в легкие с большим трудом, да и на выдохе получался кашель. Мальчик давно перестал реагировать на внешние раздражители, переставляя ноги на автопилоте, так что врезаться во что-то было шоком. Он почти упал, когда его подхватили чьи-то руки, тело вздрогнуло. Мальчик поднял белые от инея ресницы, открывая зеленые, с желтоватым солнцем у зрачка, глаза. На человеке, а в тот момент, что это человек, мальчик не сомневался, было белое пальто - первое, что отметил усталый мозг. Голова запрокинулась вверх, мужчина был высок и красив, словно ангел. Белая кожа, белые волосы и белые одежды, красив тоже как ангел. Может и в правду ангел, просто принял облик с человека. Это показалось наиболее вероятным, и мальчик восхищенно уставился на возвышающуюся фигуру. Ангел смотрел на него пронзительными синими глазами и не отпускал. Лицо его ничего не выражало, оно вообще было скупо на эмоции. Но мальчика это мало волновало, он увидел Ангела - это главное. - Ангел… - прошептали онемевшие губы и попытались растянуться в улыбке, но получалось плохо. Глаза мужчины чуть расширились, показывая удивление. Рука в белой перчатке поднялась ко лбу и отодвинула влажную прядку, а затем, словно обжегшийся, отдернулась. - Гарри Поттер. – это не был вопрос, просто констатация факта. - Ангел… ты заберешь меня? – тот молчал; казалось, он что-то обдумывает, настолько был напряжен взгляд. - Не боишься, что уйти больше не сможешь? – после долгого молчания спросил мужчина. - Бить… бить не будешь? – «ангел» не показал, что вопрос его безмерно удивил, но стоило это значительных усилий. - Нет… - Тогда это не важно. Ангел снял с себя белое пальто и, не обращая внимания на грязную одежду мальчика, укутал его им. Для Гарри это было первое тепло, которое подарил другой человек. Это было приятно и… страшно. Казалось, что вот сейчас он проснется и ничего этого не окажется. Но «сон» не прекращался, Ангел поднял его на руки и прижал к себе. Было больно, но ради такого момента стоило потерпеть. - Держись. – шепнул мужчина. А затем его скрутила боль, она длилась секунды, но для него шли часы. Когда Гарри смог ощущать реальность, то оказалось, что он лежал на чем-то мягком. Это для него тоже было новым ощущением, странным и приятным. Ангел осторожно снимал с него одежду, когда мужчина добрался до футболки, тонкое тельце дернулось. Ангел остановился и, вызвав кого-то, приказал что-то. Гарри не разглядел его, но не прошло много времени, как мужчина поднес ко рту склянку, помог выпить. Стало легче, это точно был рай. Глаза слипались, хотелось спать, но было страшно. Не прошло пяти минут, как Гарри заснул. Когда мальчик уснул, Люциус вздохнул свободно. Ему было странно смотреть на маленькое тело. День вообще был странный. Сначала беготня Драко, а точнее эльфов, которые его собирали к родственникам погостить. Затем проблемы с поставщиками, а там и Нарцисса решила показать свой стервозный характер. Конечно, обычно она изображает из себя куклу или статую - его это не волновало, выполняет свои обязанности и ладно - а тут вдруг показала истинное лицо. Так что к концу дня голова трещала по швам. Решение прогуляться пришло внезапно, притом там, где его не знали. И вот он уже час ходил в магловском парке. Пребывание в своих мыслях продлилось до тех пор, пока в него кто-то не врезался. Ребенок, как определил мужчина, начал падать, и Люциус его инстинктивно поймал. Определив по внешнему виду какого-то оборванца, он уже хотел его оттолкнуть, как встретился с мальчиком взглядом. От восхищения, сквозившего в нем, становилось не по себе. А потом его словно талмудом огрели, когда глаза наткнулись на шрам в виде молнии, Люциус даже челку отодвинул для достоверности. Картина не изменилась. Ангел, первый раз его сравнивают с ним. Были разные сравнения, но ангел, даже смешно, он вытворял такие вещи, что ему самое место в Азкабане, он туда не стремился, но наказание за свои действия знал. А разговор, самый странный разговор в жизни Люциуса Малфоя, превзошел все ожидания. Когда Поттер попросил забрать его, Люциус задумался, не пожалеет ли он. Но все-таки, какой это шанс, Мальчик-который-выжил у него в руках. Неимоверный соблазн. Его надо будет прятать, в этом мужчина не сомневался. О чем и поведал ребенку, немного сгустив краски. Но Поттер смог его удивить, он разрешил себя держать взаперти, только чтоб не били. Люциус не был монстром, что бы о нем не говорили, жестоким - да, но не монстром. Но что надо было сделать с ребенком, чтобы он согласился жить в клетке? Над остальным Люциус задумываться не стал, завернув ребенка в свое пальто и подхватив на руки, аппарировал в закрытую часть Малфой-менора. Сейчас он находился в одной из комнат крыла и раздевал ребенка. Увиденное не принесло радости. Обморожение, сломанные кости, простуда, гематомы и куча мелких болячек. Он уже вызвал семейного целителя, тот хранит семейные секреты, что и требуется. Люциус замазывал мелкие синяки, когда домовик привел целителя. - Люциус, к чему такая срочность, что-то с Драко… - конец предложения он закончил приглушенно, так как его взор наткнулся на ребенка. – Что случилось? - Все потом, помоги мне. В четыре руки они быстро вымыли ребенка, намазали зельями, а когда тот очнулся, напоили ими же. Все это продолжалось более трех часов. Уставшие, они прошли в кабинет хозяина, оставив ребенка отсыпаться. - Так все же, как у тебя оказался Гарри Поттер? - Люциус рассказал, не вдаваясь в подробности. - Ты затеваешь опасную игру, Люциус. - Знаю, но игра стоит свеч. - Не заиграйся. - Постараюсь, так что с мальчиком? - Все очень плохо. Еще немного, и он скончался бы в том парке. Ему нужны покой и зелья. Из еды твердого пока ничего не давать. Постельный режим. Мальчик очень слаб, пройдет немало времени, пока он оправится, с ним очень плохо обращались. Список я составлю, буду приходить через день. - Отлично. - На этом я тебя покину. Проводив гостя, Люциус еще раз заглянул в спальню гостя: удостоверившись, что тот спит, поставил сигнальные чары и отправился к себе. Сегодня оказался насыщенный день.