Близнецы

- … а потом они дали друг другу Непреложный Обет и поклялись в вечной верности! - Да нет, все было не так! Она подлила ему приворотного зелья, а потом совратила и… - По правде говоря, - Гермиона была непривычно бледной, а рука с зажатой в ней ложкой нещадно тряслась, - меня пугает распространение слухов в этой школе. Джинни сочувствующе погладила ее по руке. - Не переживай, через неделю все забудут, - попыталась ее успокоить она. - Да конечно, - между ними вклинилась Парвати и с заговорщическим видом подмигнула Гермионе. – Скажи, а это правда, что Малфой… ну… - она зарделась. - Если я услышу еще хоть от кого-нибудь вопрос о том, действительно ли Малфой хорош в постели, я воткну ему вилку в глаз, - холодно оповестила Гермиона. В воцарившейся мертвой тишине она осознала, что сказала это, пожалуй, чуть громче, чем было необходимо. - Не стесняйся, Гермиона, милая! – окликнул ее Драко за слизеринским столом и взмахнул чашкой с кофе в знак приветствия. Профессор МакГонагалл за преподавательским столом поперхнулась, Снейп как-то странно побурел, чем вызвал искренний интерес профессора Синистры, с недавних пор увлекшейся живописью и коллекционирующей редкие оттенки. Дамблдор поправил очки и позволил себе усмехнуться в бороду. - Драко, и что это было? – хмуро поинтересовалась Дафна, накладывая себе в чашку сахар. - Массовая дезинформация, - обезоруживающе улыбнулся он. – Моя душа требует мести за вчерашнее. Зачем вы вообще позвали гриффиндорцев и пуффендуйцев? - Пуффендуйцев позвала Астория, - мгновенно сориентировалась Панси, вклиниваясь в разговор. – Ну, ты знаешь, ей не дают покоя широкие плечи МакМиллана и все-такое… Астория зарделась. - А тебя кто позвал? – недоумевающе протянул Драко. – Ты же не семикурсница… - Асторию позвал Теодор, - с готовностью отозвалась Панси. – Он всегда был падок на блондинок… - Если следовать логической цепочке, я должен спросить, какого черта был приглашен Теодор, но меня больше волнуют гриффиндорцы. - Это дело рук Панси! – наябедничала Астория. Панси вспыхнула, поняв, что разговор все-таки состоится, и принялась оправдываться. - Я звала только Рона. Но он же не мог придти без своего лучшего друга! А вот уже Поттер не смог пойти без многочисленной группы поддержки, - недовольно пояснила она. - Да ладно вам, неплохо же погуляли, - перегнулся через стол Блейз. - О, ну да, особенно ты, - скептически заметила Трейси. – Научишь танцевать ламбаду? - Когда захочешь, - ухмыльнулся он. – Всегда к твоим услугам. - Так, стоп, - перебил его Драко, массируя пальцами виски. – Мы должны что-то сделать с этим! Это огромный удар по нашей репутации! - По какой репутации, Драко? - вздохнула Панси, подпирая руками щеки и зевая. - По репутации самых мерзких подонков, темных магов и жестоких изуверов, - отрезал он. – Так нас, глядишь, перестанут бояться пуффендуйские первокурсники. - Я не буду в этом участвовать, - произнесла Панси, поднимаясь. – Да и на твоем месте я бы лучше подумала о подготовке к Турниру. Особенно сейчас, когда у тебя все так удачно сложилось с Грейнджер. - Разве это не слухи? – округлила глаза Трейси. - Да нет у меня ничего с Грей… - Драко с опаской покосился на руку и поправился. – С Гермионой. Просто так вышло, что мы дали друг другу Непреложный Обет… - И это тоже правда? – от потрясения Астория посыпала овсянку перцем и, ничего не замечая, сунула первую ложку в рот. - Да не тот Непреложный Обет, - Драко запутался в объяснениях и умоляюще посмотрел на подругу. – Па-а-а-анс… - Ничего не знаю, - пробурчала она в ответ и, невзирая на его молчаливые мольбы, вышла из зала. - Кто бы мог подумать, что эти англичане такие темпераментные? – задумчиво проводил ее взглядом Лазар, перед этим пристально наблюдавший за слизеринским столом. Адель, сидевшая рядом и до того задумчиво крошившая в тарелку кусочек хлеба, вскинула голову. - Они оча’говательны, не правда ли? – проворковала она. – Кстати, ты обещал мне рассказать о твоей гипотезе по поводу нашей исключительной похожести. - Это не гипотеза, - он покачал головой. – Даже не предположение. Просто меня настораживает некоторая схожесть наших биографий. Мой приемный отец приходится мне родным дядей, и он волшебник, тогда как мой настоящий отец – его брат – был магглом. У тебя та же ситуация за исключением того, что волшебницей была твоя тетя. Плюс ко всему внешнее сходство. Тебе не кажется это немного… странным? - Нет, - она пожала плечами. – Очевидно же, что кто-то во всей этой ситуации врет. Вот когда мы узнаем обо всем этом правду, тогда я и удивлюсь. - Интересная позиция, - задумчиво протянул Лазар и нахмурился. – И как мы собираемся узнавать эту «правду». И потом, вдруг нам нечего узнавать? - Да ладно тебе, если все это – лишь совпадение, мы п’госто весело проведем время, занимаясь совместными исследованиями. - И с чего ты хочешь начать? - Ты хочешь, - мягко поправила его Адель и кивком головы указала на пылавшую Гермиону, о чем-то разговаривающую с Парвати и Лавандой. – Эта девочка очень умна, а ты с ней в куда лучших отношениях, чем я. Вот и попроси ее о помощи. - А чем займешься ты? - Я поговорю с Драко, - она прищурилась. – Мне вдруг стала интересна история семьи Малфой.

***

- Солнышко, ты обещала мне помочь со следующим заданием! – громко оповестил Гермиону Драко, закончив с завтраком. Половина присутствующих не донесла ложки до рта. – А после этого мы вместе займемся ритуальными жертвоприношениями в подземельях и попробуем воскресить Темного Лорда. Пожалуй, хогвартские студенты, прекрасно знавшие историю вражды Малфоя и Золотого Трио, ожидали от Гермионы всего что угодно, но только не того, что она сделала на самом деле. Вместо ответа Гермиона покорно встала и пошла за ним, хотя взглядом, которым она при этом одарила Драко, можно было убить. - Паяц, - прошипела она, когда поравнялась с ним. – Зачем это тебе? - Просто так, - он пожал плечами. – Забавно наблюдать, как Золотое Трио рвет и мечет. На Уизли просто смешно смотреть. Да и ты ничем не лучше, зайка. - Называй меня Гермионой, - она почти рычала. – Гер-ми-о-ной. Четыре слога, восемь букв, сможешь запомнить? - Этого условия не было в моем Непреложном Обете, - отмахнулся Малфой. – У меня есть только два ограничения. - Я тебя ненавижу, - пробормотала она. - Какое невыгодное чувство, - он пожал плечами. – Когда человек ослеплен ненавистью, он не может нормально мыслить. Если человек тебе не нравится, ты все равно должен уметь использовать его в своих интересах. - Ты никогда не думал о том, что людей можно не только использовать? – спросила Гермиона. Вся злость вдруг испарилась. - Гриффиндорцы, - сквозь зубы процедил Драко. – Сейчас ты начнешь задвигать мне лекцию о том, как претят тебе мои поступки и образ жизни. Скажешь, что нельзя жить без друзей, или еще какую-нибудь ерунду. - Слизеринцы, - передразнила она его и вздохнула. – Да нет, почему. В конце концов, вы, слизеринцы, довольно дружны между собой, и, как бы ты ни открещивался от этого, ты всех их по-своему любишь. - Малфои могут испытывать чувство привязанности только к родственникам, - процитировал Драко. – Юный наследник рода может быть влюбленным в представительницу другого Дома лишь в том случае, если впоследствии она станет новой леди Малфой. Фамильный кодекс. - Считай, что ты меня не убедил, - заявила Гермиона. Драко только сейчас заметил, что не знает, куда они направляются. - Что ты?.. - Мы идем в библиотеку, - словно прочитав его мысли, ответила она. – Во-первых, это нейтральная территория, во-вторых, там мы будем на виду, и никто не заподозрит меня в порочной связи с тобой, а в-третьих… - В библиотеку? – кисло переспросил Драко. – Может, мы найдем другой, более приемлемый вариант? - Нет, - отрезала Гермиона, и глаза ее заблестели маниакальным огнем. – Это должно быть очень интересно. Впервые Драко был напуган предстоящим ему общением с девушкой.