Мальчик для нее

Утро понедельника началось с планерки. Круглов влетел в совещательную, когда все сотрудники уже заняли места, а Галя собралась рассказать о новом деле. Рогозина презрительно окинув взглядом своего зама, никак не прокомментировала его опоздание. Майор занял привычное место. Полковник приступила к своему сообщению: - Ребята, сегодня с утра звонили из Министерства. Дело пыточника решили передать в ФЭС. Работники невесело переглянулись: событие в принципе ожидаемое, но от этого не менее неприятное. - Что, маньяк освоил новое орудие убийства? – спросил Коля, внимательно разглядывая наглухо застегнутую женщину. - Да, - подтвердила начальница, - причем он оказался гастролером, ночью в Питере им найдена убитой очередная жертва. Все по стандартному сценарию, сначала долго пытал женщину, потом убил ее. - Наверное, маньяк посетил музей в Петропавловке, после чего у него возникла новая зверская мысль? – предположила Валентина. - Думаю, убийца очень увлечен темой средневековых извращений, он не раз бывал в музее пыток, - согласилась Галя, - а так же прочитал кучу книг, ознакомился с информацией в сети. Он специалист в этом вопросе, определенно. Пять жертв в Москве, орудия убийства не повторяются ни разу. Возможно, в Северной столице кто-то просто пытается копировать его почерк. Только слишком уж все четко, безошибочно. Все пыточные приспособления оригинальные, на их изготовление требуется много времени. - Никаких зацепок? – уточнил Круглов. - Пока нет, - ответила Галя. – Как вы поняли, кому-то из вас предстоит командировка. Билеты уже куплены, поедете на «Сапсане», в двенадцать дня. Сотрудники вновь нетерпеливо переглянулись, гадая кто-же отправится в увлекательное путешествие, втайне надеясь, что это коснется кого-то другого. Рогозина, чувствуя повышенное напряжение в зале, еще немного выдержала паузу: - Круглов, Селиванов и Амелина, можете быть свободны, ехать собирать вещи. Готовьтесь отсутствовать как минимум дня три, - предупредила полковник. Никто не осмелился ослушаться приказа начальства, трое расстроенных офицеров покинули стены ФЭС. Несмотря на не очень подходящий момент, Рогозина едва сдержалась, чтобы не расхохотаться, когда за отправленными в командировку сотрудниками закрылась дверь. После совещания, Валентина спросила полковника: - Галь, зачем ты отправила беременную в командировку? Это нарушение трудового законодательства. - Чтобы подтвердить свою беременность, Амелина давно должна была принести справку из женской консультации, - ответила Галя, - только пока девушка не пожелала официально уведомить об этом работодателя. Спать с моим мужем ей хватило совести,а сказать мне в глаза, что беременна оказалось намного сложнее. - Все равно, то как ты поступила - жестоко, - не согласилась Антонова. - Одно ее слово, что она в положении - Оксана бы никуда не поехала. И Коля что-то не пожелал за нее заступиться. Похоже, ему плевать на любовницу. Опыты полковника прервала настойчивая трель мобильника: - Галь, ты в курсе, который час? – возмущался по ту сторону трубки Каприн. - Нет, извини, я заработалась, - растерялась Галя, - и сколько время. - Половина одиннадцатого, - вздохнул Саша, - вчера тебе было так плохо, а сегодня ты решила довести себя до потери сознания работой? Собирайся, я за тобой выезжаю. - Хорошо, - согласилась полковник, отсоединившись. Время, проведенное в лаборатории, пролетело незаметно. Экспериментируя с комплексными соединениями кадмия, полковник пожалела, что у нее нет специального образования. А посоветоваться с кем-то по этому вопросу она не могла. Зафиксировав результаты своих исследований на бумаге, начальник службы почувствовала усталость, пошла переодеваться. Оказавшись в ванной, полковник сняла с себя блузку. Женщина не услышала звук открывшейся двери, не заметила наблюдающего за ней Сашу. Увидев изуродованную металлической бляшкой спину, парень потерял дар речи. Галя, накинув халат, почувствовала на себе взгляд любимого и повернулась. - Понятно, что это за болезнь, - сглотнул Саша. - Сашуль…, - поймав жесткий взгляд парня, женщина запнулась. - Это тебя муж так приласкал? - старший лейтенант повернул полковника спиной к себе, опустил халат. Глава ФЭС почувствовала как жгучий румянец стыда лег на лицо. А старлей с ненавистью к обидчику и сопернику, принялся внимательно разглядывать саднящие раны, с кое-где запекшейся кровью, припухшие и приобретшие синеватый оттенок. - Не осуждай меня, - попросила Галя. - Я убью его, - прорычал Каприн, - убью. Где эта сволочь? Он дома? - Его нет в городе, Круглов в командировке, - Рогозина приподняла халат, закрывая обнаженную спину, завязывая пояс. - Я сама виновата, мне нельзя было начинать отношения с тобой. - Он не имел права прикасаться к тебе, а тем более бить, - сокрушался Саша, - тебе надо было ехать в травм пункт, снимать побои, а не изображать тут температуру. - Не разговаривай так со мной, - осадила Рогозина. - Вы трахались вчера? – спросил старший лейтенант. – Зачем он стал бить тебя? Проще было изнасиловать. Или ты отдалась ему по доброй воле? Хотя, забыл, изнасилованием же тебя не наказать, тебе нравиться грубость. Может и порка тоже понравилась? - Заткнись, - Рогозина стерла набежавшую слезинку, - заткнись и уходи. - Прости, пожалуйста, - парень подошел к Гале и обнял ее, - но я в бешенстве. Мне невыносимо, что этот изверг прикасался к тебе. Моя, только моя. Ты его больше не увидишь. - Позволь мне самой разобраться? – предложила полковник. - Ты доведешь дело до того, что он убьет тебя, - возразил Каприн, целуя женщину. - Мне нужна твоя нежность, - прошептала Галя, расстегивая рубашку мальчика. В этот момент Рогозина представила, что муж наблюдает за ней. Движения женщины приобрели плавность, легкость и гибкость. Каприн почувствовал что -то особенное в прикосновениях любимой и, втянувшись в прелюдию, забыл о мести Круглову.