Пламенный лед

В отличие от меня, Моринаге пришлось уехать рано утром. Мне же посчастливилось поспать немного дольше. Проснулся я отдохнувшим. Неспешно привел себя в порядок. Даже смог попить спокойно кофе. Как же хорошо начинается день. Все дела на конференции я успел закончить еще до двенадцати. Так как меня попросили на съемки приехать пораньше, не заезжая в гостиницу, поехал по указанному адресу. Съемочная площадка оказалась очень большой. Я никогда прежде не бывал в подобных местах. Теперь мне многое стало понятно. Раньше я даже и представить не мог, каким образом снимаются фильмы и реклама. Обстановка кажется весьма напряженной. Даже не представляю, как буду сниматься. Сью, мой парикмахер и визажист, колдовала надо мной в течение двух часов. Мне ее даже жалко стало. С моими волосами справиться может только газонокосилка. За эти два дня она уже привыкла к тому, как рьяно я защищаю свою голову от чужих посягательств. Большую часть работы над своим образом я проделал в одиночестве, следуя инструкциям этой хрупкой девушки. После тщательной подготовки я решил посмотреть, как нелепо я выгляжу. Хотя, как оказалось, выгляжу я вполне прилично. свободного покроя черные брюки, темно-синяя рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами, лакированные туфли и фетровая шляпа с узкими полями. Волосы мне выпрямили и немного завили на концах. Закрепили отрезком узкой тесьмы. Скоро должен прийти Моринага. Как-то мне не по себе от мысли, что он будет наблюдать за мной. Я и так чувствую себя не в своей тарелке. Целый день меня нездорово потряхивает от волнения. Партнершей оказалась бразильянка. Ни черта не понимает даже по-английски. Немного легче стало от того, что я не один тут такой… необразованный. Как приеду в Японию, примусь за изучение английского. А Моринага говорит практически свободно. Первые три часа мы разучивали движения. Точнее я разучивал. Сколько не пытался повторить за хореографом, двигаюсь я ужасно. То не так голову поверну, то не туда ногу поставлю. Кошмар. Будто я сороконожка. У меня их всего две. Хочется выпить. И уснуть. И чтобы не будили. До понедельника. Еще несколько попыток. Очередное фиаско. У меня никогда не получится. Мысленно вою на луну. Зажимаю руками голову и пытаюсь собраться. Глаза чешутся и пекут. Мне хочется плюнуть на все это, вытащить линзы, снять эту жуткую рубашку, которая уже шею натерла и уйти. Просто уйти. Чувствую себя загнанным зверем. Сделав пару вдохов-выдохов и собравшись, поднимаю голову и вижу его. От удивления теряю дар речи и забываю, как дышать. На нем черные брюки и зеленая рубашка, подсвечивающая его глаза так, что теперь их цвет выделяется даже на расстоянии. И где он выкопал эту рубашку?! Не припомню, чтобы такие вещи были в его гардеробе. Он не отводит своих глаз от моих, и я вспыхнул при мысли, что он, по всей вероятности, наблюдал за мной во время моих съемок. Мне становится неловко и, даже, немного стыдно. Да, не научился я танцевать. А, ведь, он был прав. Кроме науки меня ничто больше не интересует. И теперь я сижу и не нахожу себе места. - Семпай, идемте, - берет меня за руку и отводит в сторону, чтобы никто не видел. – Я видел, что у вас не получается. Смотрите, - закидывает мою руку себе на плечо, свою опускает мне на лопатку. – Локоть должен быть прямым, а рука твердой, - бережно берет мою ладонь и вытягивает. - Ты чего удумал? – полностью игнорирует мои протесты и попытки вырваться. - Смотреть нужно партнеру в глаза, раз уж это танго. Взгляд не отводите, - я вспыхнул с новой силой. Пусть он и помогает мне, но Как он смотрит. Я сейчас сгорю. – Движения легкие. – Я даже не заметил, как он повел. Все кажется, так просто. Я даже не заметил, как мы остановились. - Семпай, с Вами все хорошо? – преданно заглядывает в мои глаза. Я только киваю. Он отпускает меня и отходит назад, делая глубокий вдох. Не успел поблагодарить, как меня уже зовут для продолжения съемок. Двигаться мне стало легче. Он действительно заметил все мои ошибки. Нужно будет поблагодарить. Ведь, если бы не он, я бы тут до ночи пробыл. В мучениях. Завтра тоже его с собой возьму. Экскурсии потерпят. Эта… бразильянка все время висела на мне как дешевая бижутерия. Ненавижу таких… темпераментных девушек. Японки себя так не ведут. Или просто я к такому не привык?! Моринага куда спокойней реагирует на подобные вещи. Стоит сейчас и мило щебечет с моей переводчицей. Улыбается ей. И чего ему улыбаться?! Полный танец мне все-таки не удался. Режиссер решил просто сделать нарезку отрывков. Слепить из них чудо и предоставить на растерзание публике. Партнерша прицепилась ко мне как банный лист. На своем ломаном английском интересовалась, где… Моринага?! Это что только что было? Она положила глаз на Моринагу?! Душу дьяволу готов продать, чтобы это увидеть, как он отбивается от этой пиявки. Машу рукой в направлении, где должен был стоять Моринага и иду переодеваться. Что-то долго их нету. Куда она уже его утащила? Нам пора возвращаться. Уже десять часов. Черт. Начинаю волноваться за него. Хотя, с другой стороны, я же был в первых рядах тех, кто хотел видеть его натуралом. Чего тогда меня это так волнует?! Но, если он передумает и захочет быть с кем-то другим, я должен первым об этом узнать. Это как минимум невежливо. Да где же, черт побери, Моринага? Ну все. Иду его искать. А потом ему врежу за то, что заставляет меня ждать. - И долго мне тебя еще ждать?! – выкрикиваю, открывая двери туалета. - Семпай, - он, растерянный держит за руки эту ненормальную. - Я помешал? – смотрю на него в упор. – Ты, как хочешь, а я еду в гостиницу. Выскакиваю из туалета и быстрым шагом направляюсь в сторону выхода. Вот гад. Еще бы набросился на нее. Во мне просыпается слепая ярость. Чувствую себя так же, как тогда, когда застал его с этим… Масаки. Неприятно. Обидно. Выглядит как предательство. Не обращаю внимания на то, что происходит вокруг, мчусь в сторону гостиницы. Не хочу с ним сейчас разговаривать. Вечно он меня огорчает своей безграничной тупостью. Забегаю в комнату и закрываю дверь. Жалко, замков нету. Теперь я еще больше скучаю по дому. Там, хоть, можно было запереться на замок и падаю на кровать. Закрываю глаза. Черт, забыл линзы вытащить. Судорожно вытаскиваю их. Я больше этого не выдержу. Хорошо, что Сью дала мне какие-то капли. С ними становится немного комфортнее. Слышу, как открывается дверь. Пришел. Неслышно зашел в мою комнату. Я только почувствовал, как прогнулась кровать. Он сидит. И молчит. А я, закрыл лицо руками и пытаюсь проморгаться. Эти капли чуть маслянистые. К ним привыкать нужно. - Семпай, Вы огорчились? – виновато спрашивает. Пытается убрать руки от лица. - Нет, - вяло отвечаю. - Семпай! – набрасывается на меня, - простите, я не хотел Вас обидеть. Я ничего не делал. Это она сама. Не плачьте, - оправдывается. Жутко бесит. - Да не плачу я! – ору на него, отпихивая. – Я линзы вытащил. От них глаза болят и чешутся. Вот, - кидаю в него флакончиком с каплями, - закапал, чтобы легче стало. Идиот. - А я подумал, что Вы ревнуете, - прозвучало как-то обиженно. - Я же говорил тебе, что я тебе дов… - договорить он мне не дал, яро целуя. У меня от неожиданности дух перехватило. - Простите еще раз, - наконец он от меня оторвался. – Семпай, - он придвинулся ближе, обнимая крепче. - Я не обижаюсь, отстань, – выпутываюсь. - Вы не хотите? - Мне нельзя. По договору, - передаю ему краткую суть пунктов договора, который сегодня перечитал. Работа на первом месте. Все остальное потом. - Так Вам хочется, но нельзя? – лукаво интересуется. - Иди спать, выдумщик. Это ты без секса жить не можешь. А мне и так неплохо, - отмахиваюсь от него. Печально вздыхает, целует на прощанье и уходит в свою комнату. На пороге остановился и пожелал «доброй ночи». Странный он какой-то. Словно сомневается. Хотя, сегодня я немного поволновался на счет этой ситуации. А если бы это произошло, что бы я сделал?! Как бы воспринял?! Опять же возникает вопрос – чего я хочу? Не знаю, чего хочу. Нужно спать. Как же я устал. И перенервничал. Нельзя мне так волноваться.