Не забудь потерять меня

"I have nothing left And all I feel is this cruel wanting We’ve been falling for all this time And now I’m lost in paradise"

POV Джессика Глаза слипались и не хотели поддаваться моим усилиям открыть их. Тело ныло. Веки стали такими тяжёлыми, что, казалось, я снова провалюсь в сон, но в этот раз не проснусь. Сквозь пелену до меня доносились взволнованная болтовня врачей и пронзительно монотонный звук кардиографа. Странно, но я не чувствовала боль. А должна ли? В какой-то момент мне стало легче. Приоткрыв глаза, я заметила, что врачи удручённо смотрели на меня; некоторые снимали маски и отключали оборудование. — У неё есть родственники? — после недолгого молчания спросил низким и немного грубоватым голосом главный хирург, обращаясь к остальным. Они переглянулись, и один из присутствующих решился ответить. — Её привезли какие-то два парня. Сказали, что в аварию попала, — неуверенно проворчал он и пожал плечами. Я оглядывалась и не могла понять, почему они не замечают меня. Живая, собственной персоной! — Как же её так угораздило? — разговаривал сам с собой мужчина. — Жалко девчонку. И тогда он взглянул на меня. Губы искривились в грустной улыбке. — Что еще за?... — сорвалась я и поднялась с кровати. — Что вообще... Фраза оборвалась тогда, когда я увидела себя на хирургическом столе. Рядом стоял кардиограф с бесконечно тонкой линией. Нет. Нет. Этого не может быть. Я не могла... Не сейчас, чёрт возьми! — Отвезите её в комнату для прощания. Может, кто и приедет за ней, — скомандовал врач и вышел из комнаты, после чего двое парней взялись за каталку и направились к двери. — Нет, нет. Подождите! — ярость и истерика смешались в острый коктейль и изнутри мучительно рвали меня на мелкие кусочки. Попытки дотронуться до одного из них, равно как и по-другому привлечь их внимание, были напрасны, поэтому мне пришлось пойти вслед за ними, попутно стараясь осознать произошедшее. Вы когда-нибудь задумывались над тем, что такое смерть? Куда ты уходишь? Что с тобой случается? Прежде всего, это одиночество. Ты одна, никем не замечаемая и никому не нужная. Боль от этого просто невыносима, а поделиться ей не с кем. Вы спросите, откуда мне знать, ведь с момента моей смерти не прошло и пяти минут. Дин рассказывал. Когда он был в коме, его душа разгуливала по белым коридорам больницы. Только вот одной вещи не могу понять: если я умерла, то почему я всё ещё здесь? Решив себя осмотреть на наличие повреждений, я с изумлением заметила, что на коже нет ни единой царапины. Знаете, раньше я совсем по-другому представляла призраков. Они для меня были клочьями сизого тумана, соединившегося в одну полупрозрачную фигуру. Бесполое, почти прозрачное существо, не имеющее ничего общего с человеком. Оказывается, всё совсем не так, как выглядело в моих фантазиях. Я осталась той же девушкой, но всё же во мне что-то изменилось. Появились совсем другие ощущения. Словно стала частью воздуха, невероятно лёгкой, ничем не обремененной настолько, что казалось, ещё минута, и я воспарю над землёй. Чтобы лучше рассмотреть себя, я приблизилась к настенному зеркалу, но увидела лишь белую стену позади меня вместо своего лица. Отлично! С каких пор у привидений есть свойства вампиров? Я вышла из операционной и увидела полупустой коридор с тускло-жёлтыми лампочками, которые наводили на меня ещё большую тоску. Глаза покрылись прозрачной плёнкой слёз, но выпускать их наружу я не собиралась. Успокоившись, я увидела рыдавшую женщину, сидевшую на лавочке рядом с операционной. Рядом с ней стоял врач, стараясь поддержать безутешную даму и зная, что это бесполезно. Сочувствие переполнило меня на мгновение, но так же быстро покинуло. У меня есть другие дела. Куда подевались эти врачи из операционной? Чёрт, упустила. Что мне делать? Пойти искать моё тело или забиться в угол и поплакать? Нет, я должна бороться, ведь так поступают Винчестеры. Я обещала им быть сильной и не собираюсь нарушать своё слово. Не сдамся, что бы ни случилось. Интересно, а смерть считается проигрышем? От глубоких размышлений меня отвлекли мужчины, внезапно появившиеся в конце коридора. Они, разумеется, были мне знакомы. Сэм бежал в мою сторону сломя голову, упрямо игнорируя восклицания Дина. — Сэм, да остановись же ты! — эхо усилило слова Винчестера-старшего, благодаря чему всё внимание медперсонала и посетителей больницы было приковано к ним двоим. Дин едва догонял брата. Поравнявшись со мной, Сэм пробурчал себе что-то под нос, замедлил шаг и заглянул в операционную, которую я недавно покинула. Он обеспокоенно осмотрел помещение. Невольно заметила, что одет он, как всегда, в свою любимую старую бежевую куртку, под которой была белая рубашка, как всегда, не застёгнутая до конца. — Сэм, — сказала я, и на глаза вновь навернулись слёзы. Он не слышал. Он никогда не услышит. Парень прошёл вперёд, случайно задев меня, но ничего не ощутил и продолжал искать меня. Точнее, моё мёртвое тело. — Мы найдем её, и всё наладится, Сэм! Только не веди себя как мальчишка!