Двойные проблемы

      План снова в силе: активировать зелье, бросить его в колодец желаний и всех спасти. Тогда всё вернётся на круги своя, Сторибрук и его жители снова появятся из ниоткуда, и, что более важно, Генри снова будет существовать.       Мэр и шериф, королева и принцесса отправились пешком на окраину того места, где раньше был город, чтобы найти колодец желаний. Эмма использовала GPS-навигатор своего телефона, чтобы отслеживать их местоположение, поскольку она уже была у колодца желаний с Августом, когда тот пытался убедить её поверить в сказки. Они не были уверены, сохранились ли искусственные камни колодца, но сам источник, скорее всего, существует. Реджина объяснила, что её проклятие создало здесь места, которые символизируют ключевые магические точки в её бывшем королевстве, включая озеро Ностос, «возвращающее потерянные вещи». Если там будет вода, они смогут применить зелье, и оно подействует… они на это надеются.       Это самая простая часть плана, трудная же часть заключается в том, что они до сих пор не знают, как заставить «Поцелуй Истинной Любви» подействовать.       Две женщины шли через заросший лес, продираясь сквозь ломающиеся ветки и листву, цепляющуюся за их одежду, словно когти. Расчищенных дорожек больше не было, так что прогулка стала далеко не легкой. Реджина споткнулась и дважды чуть не подвернула лодыжку, и каждый раз Эмма протягивала руку, чтобы поддержать её и не дать ей упасть и пораниться. Спасительница взяла на себя инициативу по раздвиганию веток, чтобы облегчить Реджине задачу, но дополнительные усилия сказались на ней.       Казалось, прошли часы, прежде чем они остановились на поляне, чтобы отдышаться и несколько минут поговорить.       – Как думаешь, почему у нас не получается? – тяжело дыша, спросила Эмма. – Поцелуй Истинной Любви?       – Я не знаю, – Реджина тоже запыхалась. Встроенный детектор лжи Эммы показывал, что женщина не говорит всей правды, что было ясно видно по её поведению. Царственная женщина положила руки на бедра, изучая окрестности вместо того, чтобы смотреть ей в глаза, пока обсуждается эта тема. - Всё, кроме Темной Магии, вне моей компетенции.       – Я знаю, что у тебя есть подозрения по этому поводу или что-то вроде этого, о чем ты мне не говоришь. Если у тебя есть какие-то идеи, нет смысла их скрывать.       – Прекрасно, – напряженным голосом сказала Реджина. – Я думаю, у нас не выходит, потому что ты не веришь, что я твоя истинная любовь.       Это то, чего она боялась: разозлить её, подняв этот вопрос и заставив брюнетку защищаться.       Эмма тяжело вздохнула:       – А ты сама веришь? Ты считаешь, что мы действительно истинная любовь друг друга?       – Да. Я верю.             – Почему?       – Генри в это верит.       – Но что если это не так, что если у нас не получится? Разве такой вариант не возможен?       Реджина отвела взгляд.       – Возможен.       Эмма, наконец, высказала то, чего они обе боялись. Если они не истинная пара друг друга, они вполне могут облажаться с планом спасения Сторибрука, поскольку их единственный план будет бесполезен.       – Не уверена, что мне нравится эта идея, - сказала она, выражая свое разочарование по поводу этого вопроса. – Если нам суждено быть только с одним человеком, мы открываем себя миру боли. Если что-то случится с одной из нас, другая почувствует себя потерянной. Ты знаешь, как тяжело потерять того, кого любишь. Я тоже. После случая с Нилом, я никогда больше не хотела никого любить. Если мы потеряем друг друга, будет в разы хуже. Мы не можем этого допустить. Если одна из нас умрет, другая должна быть достаточно сильной, чтобы справиться - ради Генри.       – Я понимаю, о чём ты, – сказала Реджина. – После смерти Дэниела я думала, что никогда больше не смогу обрести любовь. Я даже не была уверена, хочу ли я этого. Особенно когда моё сердце наполнилось тьмой. Кто мог полюбить Злую Королеву? Похоже, я обманывала себя, считая, что на этот раз у меня получится.       Последняя часть её тихого признания была настолько самоуничижительной, что Эмме было физически больно её слышать.       – Видишь! Ты уже так многого лишилась. Посмотри, что произошло в прошлый раз. Ты пыталась уничтожить своё королевство. Я могу умереть в любое время, сегодня, завтра, да когда угодно. Тысячи случайных вещей могут убить меня. Я не хочу, чтобы тебе пришлось проходить через такую боль и бороться изо всех сил, чтобы не стать злой. Ты сможешь пройти через это снова?       Реджина бросила на неё раздражённый взгляд.       – Почему ты не даешь мне самой решать, готова ли я пойти на такой риск? Я бы предпочла, чтобы ты оставалась со мной как можно дольше, чем не была со мной вообще. У нас всё будет хорошо, если ты приложишь все усилия, чтобы не умереть.       – Ты тоже, – ответила Эмма в той же манере. – Не пытайся быть героиней и жертвовать собой, чтобы всё исправить. Я знаю, что в тебе это есть, но, пожалуйста, не надо. Мы найдем другой способ.       – Это у тебя комплекс героя, Спасительница. Ты не должна погибнуть из-за какой-то идиотской храбрости. Или я верну тебя обратно и снова тебя убью.       – Что ж, тебе тоже не позволено умирать. – Эмма улыбнулась и обвила рукой талию другой женщины, притягивая их тела друг к другу. – Ты настолько потрясающая, что просто вычеркнула для меня других людей.       Реджина закатила глаза, но в выражении её лица присутствовала доля юмора. Теперь они стояли близко друг к другу, флиртуя на расстоянии поцелуя. Достаточно близко, чтобы почувствовать щекотание дыхания на щеке.       Королева соблазнительно понизила голос:       – Значит, договорились. Никто из нас не умрет.       – Хорошо, – сказала Эмма. – Потому что у меня большие планы на эти выходные, и большинство из них связаны с тобой. Голой.       Эмма облизнула губы, наслаждаясь тем, как Реджина следит за её губами. Влечение, которое она к ней испытывала, достигло своего пика, и она не могла вынести ни секунды без того, чтобы не заключить её в крепкие объятия. Они наклонились, чтобы поцеловаться. Прямо перед тем, как их губы соприкоснулись, земля ушла у них из-под ног.

***

      Эмма сильно ударилась боком о пол пещеры и покатилась, не сопротивляясь инерции. После второго такого падения за день каждая клеточка её тела вопила, чтобы она прекратила делать глупости. Земля и пыль продолжали сыпаться дождем, и она постоянно кашляла, не в силах избежать вдыхания раздражающих частиц. Над её головой с «потолка», высота которого составляла всего около двенадцати футов, струился свет. Они упали достаточно, чтобы пораниться, но не серьезно. Отверстие освещало небольшую территорию, на которую она приземлилась, но всё остальное вокруг было погружено в темноту.       Они приземлились в подземные катакомбы, которые извивались под городом Сторибруком, как гигантская спящая змея. Те же самые, соединяющие шахты гномов и огромную пещеру под библиотекой, в которой Малифисента провела 28 лет в образе дракона, прежде чем отдать свой проглоченный трофей. Спасительница снова оказалась в пещере только на этот раз в поисках зелья истинной любви.       Эмма попыталась сесть, но пока не могла. Каждый мускул её спины и тела казался одним большим кровоподтеком. Она слышала, как Реджина кашляет и шарит рукой где-то поблизости.       – Эм! Эмма, ты... (кашель)... ранена?       – Нет, я в порядке... Вроде как... А ты?       – Да.       Эмма вытерла пыль со своего лица. Ее глаза наполнились слезами (это определенно пыль, а не слезы разочарования). Сквозь затуманенное зрение она увидела Реджину, склонившуюся над ней с очень обеспокоенным видом. Пусть её лицо и грязное, но это никак не портило её красоты. Следующее, что почувствовала Эмма, это как чьи-то нежные руки погладили её по лицу, приглаживая волосы. Она разрывалась между желанием сопротивляться ласкам и желанием их продолжения.       – Ты уверена, что с тобой все в порядке, дорогая? – спросила Реджина.       – Я не ранена, – проворчала Эмма. – Но я сыта по горло тем, что у нас всё идет наперекосяк! Теперь мы в большой темной дыре, из которой нет выхода. Что может пойти не так дальше? Мне не терпится узнать.       – Малифисента может прийти и съесть нас, – в шутку предположила Реджина.       – Ха, теперь я точно знаю, что мы облажались. Ты мила со мной и отпускаешь шуточки.       – Я обещаю, что буду очень мила с тобой, если мы доживем до выходных.       Эмма неохотно усмехнулась, желая, чтобы это испытание поскорее закончилось, и они могли продолжать жить своей жизнью.       – Как думаешь, сможешь встать? – спросила Реджина с выражением беспокойства на лице.       – Я попробую. Но нужна минутка.       При этой попытке ей удалось игнорировать боль и сесть прямо. Не опасаясь ещё больше испортить свою одежду, Реджина придвинулась ближе, так чтобы они сели бок о бок. Они могли бы находиться в такой же позе на коврике для пикника в парке, любуясь романтическим закатом. Вместо этого они оказались в темной грязной пещере, из которой нет выхода.       – Ты тоже расстроена? – спросила Эмма, положив руки на согнутые колени. – Все это было подстроено с самого начала. Всё. Наши жизни были предопределены Голдом, судьбой или чем-то ещё. Это даже нереально. Мы всего лишь пешки.       – Возможно, судьба и распорядилась так, что мы встретились, но наша любовь самая что ни на есть настоящая. Разве ты этого не чувствуешь?       – Конечно, чувствую, – смягчила тон Эмма. – Ты знаешь, что я люблю тебя… но я не думаю, что судьба нас свела. Я люблю тебя просто потому, что люблю тебя. Нам повезло, что мы встретились, но на этом всё. Слепая удача. Мне только кажется, что это, должно быть, судьба, только потому что это так невероятно, что мы нашли друг друга. Но меня угнетает сама мысль о том, что всё подстроено и распланировано кем-то другим. Если это правда, тогда в чем смысл всего этого? Если наш выбор не имеет последствий, потому что всё происходит так, как должно было быть, тогда ничто не имеет значения. Я не хочу так. Я сама управляю своей жизнью. Нил тоже пытался внушить мне эту чушь о судьбе. Я в это не верю.       – Тогда верь в меня. Верь в Генри. В нашу семью.       – Верю. Это всё, во что я верю. Это единственное, что имеет для меня значение. Мне все равно, судьба ли это, и должны ли мы быть истинной любовью, родственными душами или чем-то ещё. Даже если это не так, это не меняет моих к тебе чувств.       Реджина нервно прикусила нижнюю губу:       – Могу я тебя кое о чем спросить?       – О чем угодно.       – Как ты думаешь, Нил мог быть твоей истинной любовью?       Эмма покачала головой.       – Нет, это кажется неправильным. Я не уверена, что вообще верю в существование истинной любви. Я думаю, что возможно развить такую сильную связь с кем-то, что кажется, будто она была задумана свыше. Раньше я чувствовала то же самое по отношению к нему. Но этого недостаточно. Я действительно любила Нила в прошлом, но даже если бы он был моей настоящей любовью, я бы никогда не позволила себе снова быть с ним. Он причинил мне слишком сильную боль. Не все сломанные вещи можно починить. Я люблю тебя, Реджина. Мой дом - это ты и наш сын. Судьба не может указывать мне, с кем мне проводить свою жизнь. Если бы ты не была моей второй половинкой, я бы все равно выбрала тебя. Ты - та, кто мне нужен.       Реджина улыбнулась в полумраке.       – Ты не собираешься спросить меня, считала ли я Дэниела своей истинной любовью?       – Нет. В твоем сердце есть место для Дэниела, и в моем сердце есть место для Нила, маленькое пространство, заметь. Я устала от прошлого. Всё, чего я хочу, это чтобы ты стала моим будущим.       Несколько мгновений они сидели в тишине, давая мыслям разложиться по полочкам. За то время, что они вместе, они так много всего обсудили, но есть некоторые вещи, которые они с самого начала обходили стороной.       Реджина первой вышла из задумчивости, чтобы спросить:       – Мне нужно знать, почему ты с такой неохотой веришь. Ты говоришь, что не веришь в это, но думаешь, что Дэниел был моей истиной любовью. Почему ты думаешь, что ты не можешь быть моей второй половинкой? Почему Дэниел, а не ты?       Эмма пожала плечами:       – Потому что всем известно, как сильно ты его любила. Он - твоя история. Вы бы остались вместе, если бы он не умер, так и должно было случиться. Он, наверное, был хорошим человеком. Я знаю, ты любишь меня, но ради него ты убивала.       Судя по шокированному выражению лица Реджины, это не тот ответ, который она ожидала:       – Я убивала не ради него! Ему бы не понравилось, если бы он увидел, во что я превратилась. Я стала Злой королевой из-за того, что его потеря сделала со мной, есть разница.       – Да, но... ты не любишь меня так сильно. Всё нормально. Никто бы не смог.       Последнюю часть Эмма произнесла тихо, отчасти надеясь, что Реджина её вообще не услышит. Она не смогла бы объяснить, что чувствовала, когда росла сиротой убеждённая в том, что её никто не любит и что она ни для кого не важна. Став взрослой, она снова и снова повторяла себе, что это неправда, но, казалось, никогда до конца в это не верила. Обида и отверженность, которые она испытывала в детстве, отчаянно желая стать частью семьи и наблюдая, как у неё на глазах в приюте выбирают других детей, настолько глубоко в ней укоренились, что она часто боялась, что это нанесло непоправимый ущерб.       – Ты думаешь, я не смогла бы убить ради тебя? – Реджина невесело рассмеялась. – Эмма, поверь мне, я могла бы. Я всё ещё способна вернуться к своим старым привычкам. Поначалу единственным способом держать себя в руках было напоминание о том, что если я снова поддамся кровожадной мести, то потеряю тебя и Генри. Мне это было нужно как опора. Но теперь я знаю, что никогда не смогу быть по-настоящему счастливой, разрушая жизни других. Я упорно трудилась, чтобы стать тем человеком, которого вы с Генри заслуживаете, потому что я хочу, чтобы мы жили вместе. С Дэниелом я была так молода. Я была загнана в ловушку, живя в соответствии с ожиданиями моей семьи относительно меня. Нам приходилось прятаться, украдкой целоваться, мы могли побыть вместе всего час, то тут, то там... Всё, что у меня было, это надежда и фантазии о том, каким могло бы быть наше будущее. Но с тобой оно реально. Для меня это всё. Это наш счастливый конец, мы уже в нём живем. Не судьба выбрала тебя для меня, а я сама. Поверь мне, Эмма Свон, даже если ты не веришь ничему другому, что я говорю, ты- моя истинная любовь.       Детектор лжи Эммы был в полной боевой готовности, но на этот раз хранил полную тишину. Каждый слог речи Реджины был чистой правдой. Она полностью верила, что их ждет какой-то сказочный счастливый конец, несмотря на ужасность нынешних обстоятельств. В своем старом воплощении Злой Королевы она бы сровняла с землей все королевства, если бы у неё был шанс завоевать сердце того, кого она любила. Но сейчас...       Впервые в жизни Эммы кто-то выбрал её и готов поставить её на первое место, несмотря на прошлое, старые обиды и ожидания. Реджина принадлежит ей. Она просто просит любви и предлагает её в ответ. Она изменила свою жизнь, потому что посчитала, что Эмма того стоит. Всё, что ей нужно, - позволить себе в это поверить.       – Я... – слова застряли у Эммы в горле, и она сглотнула, стараясь не разрыдаться.       Никто из них не понял, кто первым подался вперёд.

***

      Как только их губы встретились в поцелуе, вокруг них вспыхнул свет. Через несколько секунд он превратился в яркое белое сияние, которое поглотило их обоих, прежде чем взорваться радужным светом.       Потолок пещеры затрясся, впуская дождь блестящей пыли.       И Реджина, и Эмма уже видели такое однажды, и когда они открыли глаза, они поняли, что произошло — на этот раз это был «Поцелуй истинной любви». Он не срабатывал, пока они обе не поверили друг в друга и не узнали друг друга лучше. Проклятие, наконец, снято раз и навсегда.       – Должно быть, я… – начала Реджина, изумлённо качая головой. – Я твоя настоящая любовь.       – Ага. – Эмма застенчиво ей улыбнулась. - А я твоя.       – Теперь ты веришь?       – Да, очевидно, да. Кое-кто дал мне вескую причину или две.       Зелье в кармане пыльного пальто Реджины теперь светилось ярко-фиолетовым, активируясь от первого поцелуя двух женщин, поверивших в их истинную любовь. Когда ведьма достала маленькую стеклянную колбу, света стало достаточно, чтобы разглядеть местность в подземной пещере. Они находились у входа в туннель, стены которого сверкали, как бриллианты. Это была одна из старых шахт, где гномы добывали алмазы для использования в волшебных целях. Свет от зелья падал в ту сторону.       – Смотри, – сказала Реджина. – Зелье светится.       – Мы это сделали! – воскликнула Эмма, сжимая руку в кулак. – Вот что это значит, верно? Зелье активировано?       – Да, и оно ведет нас туда, – кивнула Реджина. – Мы можем подняться по туннелю на поверхность. Может быть, это приведет нас к Колодцу желаний.       – Пойдём!       С удвоенной энергией Эмма вскочила на ноги и наклонилась, чтобы помочь Реджине подняться. В ту секунду, когда Реджина поднялась на ноги и начала переносить вес, она вскрикнула от боли, почувствовав, что подвернула лодыжку. Очевидно, они обе получили травмы при падении в пещеру. К счастью, Эмма оказалась достаточно проворной, чтобы подхватить её до того, как женщина упала.       – Реджина! – воскликнула Эмма. – Ты в порядке?       – Моя лодыжка. – Реджина раздраженно зашипела и подпрыгнула ближе, чтобы Эмма могла крепче её держать. – Кажется, у меня растяжение.       – Она же не сломана? Почему бы тебе не присесть...       – Нет! – запротестовала Реджина. – Мы должны продолжать двигаться вперед.       – Но ты не можешь идти…       – Тогда тебе придется мне помочь. Постарайся быть полезной, дорогая, и прояви немного своей восхитительной силы верхней части тела.       Эмма приподняла её за талию, чтобы принять большую часть веса на себя, а Реджина обняла Эмму за плечи. Эта странная гонка на трех ногах была ей знакома, напоминая о спасении от пожара в здании ратуши вскоре после их первой встречи. Это не очень эффективно, когда один человек наполовину тащит другого за собой в почти полной темноте, но это лучше, чем ничего.       Королева и принцесса, прихрамывая, отправились по пещере обратно на поверхность. Зелье указывало путь, испуская постоянный свет, который мерцал и отражался от стен пещер. Шахты гномов были отличным источником алмазов, которые перемалывались в сверкающую пыльцу, используемую феями для исполнения желаний. Волшебство в стенах, казалось, почувствовало присутствие зелья истинной любви и склонилось перед ним, передавая свет по назначению.       – Интересно, откуда зелье знает, куда идти? – задалась вопросом Эмма.       – Стены, – ответила Реджина, стараясь, чтобы её голос не дрожал. – Алмазы реагируют на магию, указывая путь.       – Уверена? – поддразнила её Эмма, пытаясь отвлечь от боли. – Я думаю, ты просто хочешь провести меня по своему туннелю любви.       Реджина по-женски фыркнула.       – Продолжай называть это так, и ты больше никогда к нему не приблизишься.       Вскоре они увидели, как штрек шахты выходит на поверхность в конце склона впереди. Дневной свет показался задолго до того, как они до него добрались, издалека маня обещанием безопасности. Эмма была сильной благодаря частым тренировкам в переоборудованном спортзале, который Реджина предоставила ей дома, но даже она начала уставать от вынужденного марша в гору и необходимости практически нести на себе человека.       Эмма тяжело дышала:       – Не в обиду гномам, но я буду очень рада оказаться на поверхности.       – Мы почти на месте, – сказала Реджина.       В конце концов, дрейф постепенно закончился, и они снова оказались на поверхности, в лесу Сторибрука. Должно быть, они пробыли под землей дольше, чем думали, - всё вокруг было залито угасающим оранжевым светом заходящего солнца. Казалось, что с тех пор прошел всего час или два, но время стремительно приближалось к концу дня. Последние лучи солнца пробивались из-за горизонта впереди, за ними темнели леса.       Эмма сначала осмотрела окрестности и усадила Реджину так, чтобы раненая женщина могла сесть на один из меньших валунов, закрывающих вход в шахту. Она собиралась вытащить телефон, чтобы проверить их местоположение на карте, но оказалось, что в этом нет необходимости.       – Думаю... – начала Эмма, снова оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться наверняка. – Я точно знаю, где мы находимся.       – Как? – спросила Реджина. – Это место похоже на любую другую часть леса.       – Я была здесь раньше. С Августом. – Эмма указала на возвышенность. – Дорога проходит по другую сторону этого хребта. Именно там он припарковал мотоцикл, когда мы приехали сюда в поисках Колодца желаний. Он думал, что сможет заставить меня поверить в волшебство, приведя сюда.       – Ты приехала сюда на свидание на мотоцикле с Пиноккио?       – Эй, сейчас не время для ревности.       Внезапно на них упала тень. Солнце начало опускаться за линию горизонта.       На лице Реджины внезапно отразился легкий ужас от того, что она увидела и что это означало.       – Ты это видишь? Солнце уже почти село. Время идёт слишком быстро!       – Ага, вижу. Такое чувство, что день просто пропал.       – Да! – Реджина схватила шерифа за рукав, пытаясь донести до неё срочность. – Помнишь, что сказал Голд? Он сказал, что мы должны активировать зелье и бросить его в Колодец желаний на третий день до захода солнца. Эмма, это сегодня!       – Дерьмо! – Эмма достала телефон и проверила приложение времени. – До заката осталось всего 15 секунд. Вставай! Возможно, мы успеем. Но нам нужно бежать.       – Я не могу.       Когда Спасительница попыталась поднять её на ноги, Реджина вскрикнула от боли, как только попыталась перенести вес на поврежденную лодыжку. Краска мгновенно отхлынула от её лица, как будто она вот-вот упадет в обморок. Она отпустила руку и ударилась спиной о камень, на который опиралась.       – Ты должна встать. – Эмма крепко сжала её руку. – Давай, мы так близки к тому, чтобы положить всему этому конец.       Бывшая Злая королева несколько раз выдохнула, тихо ругаясь от боли.       – Возьми зелье и иди сама.       – Но я не могу оставить тебя, когда тебе больно.       – Ты должна. Ты сможешь успеть, если побежишь.       – Нет, я...       – Иди, Эмма! Это единственный способ.       – Но... это не сработает. Генри сказал, что мы любой ценой должны держаться вместе...       Весь день время уходило незаметно, ускоряясь по мере приближения к концу. Солнце было в нескольких секундах от того, чтобы скрыться за горизонтом. Из земли начали пробиваться зеленые побеги, а листья на ветвях деревьев распускались со скоростью, заметной невооруженным глазом.       Реджина не переставала умолять её бежать. Но Эмма знала, что сейчас у неё ничего не выйдет, даже в самом лучшем состоянии, без травм, она никогда не смогла бы преодолеть такое расстояние за столь короткое время.       Эмма посмотрела на часы. Оставалось несколько секунд...       – Дай мне зелье, – приказала она, протягивая ладонь.       Королева была сбита с толку, но всё равно подчинилась, вложив маленькую склянку в ладонь Спасительницы.       – Что ты собираешься делать?       – Ты мне доверяешь?       – Эмма...       – Ты мне доверяешь?       – Да, но...       – Я собираюсь его бросить.       Глаза Реджины тревожно расширились:       – ЧТО? Ты с ума сошла? Ты этого не сделаешь!       Но её протесты остались без внимания. Эмма отдернула руку и подбросила крошечную склянку в воздух.       Одним из первых обещаний Эммы было заявление, сделанное у подножия яблони: «Ты даже не представляешь, на что я способна». Во многом это было правдой. Несмотря на то, что Эмма месяцами отказывалась верить в магию, она доказала, что способна на великие чудеса. Её способности всегда были при ней, даже когда она была маленькой девочкой. У неё была странная, непредсказуемая магия, которая проявлялась в её окружении. Иногда она могла управлять ею, чтобы открывать двери в места или доставать предметы, которые хотела. Как-то ей даже удалось сразиться с драконом. Она - Спасительница, и теперь, когда она полностью поверила в это, всё стало возможным.       Маленькая стеклянная колба с самым мощным в мире Зельем Истинной Любви пролетела по воздуху, описывая идеальную параболу в направлении своей цели. Это был бесчеловечный бросок, безумный риск, на который Эмма пошла, но её цель была верной, и каждая частица окружающей среды подчинялась её воле. Ни одна из женщин не могла заглянуть достаточно далеко, чтобы понять, получится ли.       Как только солнце скрылось за горизонтом, раздался звон стекла, разбившегося о камни на дне Колодца желаний, а затем Сторибрук погрузился в ночную тьму.