Кто сказал, что все закончилось? Нет, Гроттерша, все только начинается

- У кого не может быть детей? - шокированно спросил Вадим, успокаивая жену и не понимая, о чем она. - У Гле-е-е-еба, - еле выговорила Наталья, как-то странно завывая. - Ты ведь знаешь, как я хочу внуков?! - Может, тебе послышалось? - не сдавался мужчина. - Почему он бесплоден? Сейчас все лечится! - Это..это связано с тем, кем он был, - заикаясь, проговорила Бейбарсова, вытирая слезы. - А у некромагов, даже бывших, не может быть дете-е-ей, - она снова разрыдалась. - Надо разобраться, а потом делать выводы, - твердо сказал Вадим, потянув жену за руку и направляясь на кухню, в которой в данный момент разворачивались военные действия. Молчание давило на всех присутствующих: на Таню, которая сидела, зажмурившись и сжав кулаки под столом, на Глеба, который стоял, прислонившись к косяку, и, задумавшись на мгновенье, разглядывал веснушки на лице невесты, и на Никиту, который жалел о том, что родился на свет. Поднявшись с места, парень хотел тихонько прошмыгнуть к себе в комнату и, желательно, где-нибудь спрятаться, в каком-нибудь другом городе. - Сидеть, - спокойно проговорил бывший некромаг. От этого спокойствия Бейбарсова младшего передернуло. - Мне уроки делать надо, - пробормотал Никита, не глядя в глаза Глеба. - Давай уясним только одну вещь, - так же спокойно продолжил парень, сжав плечо брата. - Вот, смотри, - он повернул его к замершей в ожидании Тане, - это моя будущая жена, и поэтому смотреть на нее слишком много, а ТЕМ БОЛЕЕ, флиртовать с ней, малолетний ты извращенец, не надо! - Никита пискнул, так как Глеб слишком сильно вцепился в его руку. - Глеб, мы сами его попросили, - тихо проговорила малютка Гроттер, чувствуя, как злится возлюбленный. Воспользовавшись тем, что Бейбарсов с удивление разглядывает Таню, Никита хотел было ускользнуть, но на пороге кухни появились заплаканная Наталья и встревоженный Вадим. - Мы с тобой потом об этом поговорим, - прошептал Глеб на ухо девушке, сжав ее запястье. Тане стало действительно страшно: вот он - некромаг. - Глеб, я тут случайно услышала, что из-за того, что ты был...некромагом, у тебя не может быть детей, - решила не тянуть кота за хвост Наталья. - Это правда? Бейбарсов напрягся: он понял, что Таня и Гробыня говорили об этом и сам был огорчен не меньше, да что там огорчен - он был в бешенстве. Малютка Гроттер сидела и винила себя за то, что мать Глеба слышала их, и теперь боялась того, что он скажет. - Да, это правда, - с горькой улыбкой проговорил бывший неромаг, глядя прямо в заплаканные глаза матери. - И ничего не сделать? - поинтересовался Вадим, прикидывая что-то в голове. - Я не знаю, - устало сказал Глеб, взъерошив свои волосы и подняв Таню со стула. - Если бы знал хоть что-то, то не сидел бы здесь, - бросил он напоследок и, ругая и себя, и чертову некромагию, потащил молчащую все это время девушку в комнату. - Глеб, куда мы идем? - поинтересовалась девушка, увидев, как Глеб переодевается, и невольно задержав взгляд на его обнаженной груди, на которой еще виднелись оставленные ей царапины. - Гулять, - негромко сказал он, кидая Тане ее одежду. - Надо проветриться и тебе, и мне. - Ты не хочешь находиться в одной квартире с Никитой? - догадалась малютка Гроттер. - Но это же глупо: он ребенок, я только тебя люблю. - Зачем было просить, как ты выразилась, этого РЕБЕНКА выбирать нижнее белье, которое, во-первых, увижу только я и, во-вторых, долго оно на тебе не задержится. Таня тут же покраснела, но то, с каким выражением лица он это сказал, ее пугало. Совершенно бесстрастен. - Ему не обязательно знать, в чем я тебя увижу, - продолжил Глеб, сев на край кровати и притянув одевшуюся девушку к себе. - Ладно, если бы это было платье, но никак не белье, и, кстати, мне нравится кружево, - прошептал он на ушко малютке Гроттер, которая в конец запуталась: у него снова сменилось настроение. - А лучше, вообще без всего, - еще тише проговорил Бейбарсов. Чувствуя, что сейчас сорвется и набросится на этого ненормального, Таня подскочила и посмотрела на парня, нахмурившись. - Мы собирались гулять, - напомнила она удивившемуся Бейбарсову. Тот лишь пожал плечами и, поднявшись с кровати, подошел к рыжеволосой. Но сказать он ничего не успел, так как с кухни раздался душераздирающий крик Натальи, а потом ужасный грохот. Мигом вылетев из комнаты, Таня и Глеб бросились к кричащей женщине. Зайдя на кухню, Гроттер сначала увидела шокированную женщину со сковородкой в руке, а потом светловолосого парня, лежащего на полу, видимо хорошенько приложенного той же кухонной принадлежностью. - Ягун! - вскрикнула экс-драконболистка, бросаясь к юноше и встряхивая его за плечи. - Ягун, очнись! - Ох, мамочка моя бабуся, Танька - это ты? - пробормотал он, разлепляя веки и разглядывая склонившуюся над ним девушку. - Мама, иди, мы сами разберемся, - негромко сказал Глеб Наталье, прижавшей к груди сковородку. Та кивнула и не выпуская из рук "орудие свободы" выскользнула с кухни, оставляя разборки на сына. Не успела она дойти до комнаты, как полыхнула еще одна вспышка прямо у нее перед носом. - Здрасте, мадам Бейбарсова, - кивнула появившаяся из ниоткуда Склепова и, криво улыбнувшись, отправилась на кухню. - Нет, я точно сойду с ума, - пробормотала себе под нос Наталья, дрожащими руками прижимая сковороду и думая, сколько валерьянки или чего-нибудь покрепче ей выпить , чтобы все это вынести. - Надо, пожалуй, запретить им так делать, - решила она и, мотнув головой, окончательно пришла в себя... - Да, я, - взволнованно проговорила Таня, прикладывая ко лбу драконбольного комментатора влажное холодное полотенце. - Ты извини мою маму: она просто в последнее время многое пережила, еще пока не привыкла к телепортациям, - улыбаясь, сказал Глеб. - Да ничего, я понимаю, - пробормотал Баб-Ягун, укладываясь обратно на пол. - Так, стоп, - вдруг насторожился он. Через мгновенье внук древней богини резко подскочил, стукнувшись и так больной головой о столешницу. - Вашу же мать! - заорал он, заменяя, видимо, этими словами "мамочку мою бабусю". - Некромаг, ты какого черта тут делаешь? А ты Гроттер, что с НИМ тут делаешь? Как это, твоя мама? Мамочка моя бабуся, я сплю, это сон! - Ягунчик, а ты что ли не знал, что они женятся? - послышался ехидный голос Склеповой-Гломовой со стороны двери. Все обернулись на Лысегорскую ведущую, а Ягун рухнул на пол, нет, он не потерял сознание, он упал от того, что его пробрал дикий хохот...