Идеальная секта

- … а потом я и из буддистов ушел. Ну, то есть, они стараются уйти от страданий… но не приходят никуда… Адепт молчал и смотрел серьезно. Пока Валентин разворачивал перед ним карту своих духовных скитаний, он не выговорил ни слова. Только смотрел. Рассказывал ему про евангелистов – смотрел. Про «Белое братство», адвентистов, Свидетелей Иеговы – тоже смотрел. Про кришнаитов, пятидесятников, иоаннитов, рериховцев, баптистов, школу йоги, про «Братство фиолетового пламени»… нет, смотрел. Про сатанистов Валентин заикнулся робко. Адепт поднял бровь, но все равно – только смотрел. Оценивал. Пока Валентин не выдохся и не замолк, перебрав все секты и конфессии, которым был сопричастен в жизни. Пока не уставился на собеседника жадным взглядом: ну и что ты мне можешь предложить? - Мне вас знакомый рекомендовал, - выдохнул он. Собеседник молчал, с интересом рассматривая мечеть, мимо которой они проходили. Иногда казалось – в их городишке собраны все конфессии мира… - Да, понимаю, - тихо заговорил он наконец. – И мы… наш круг… готовы были бы распахнуть для вас двери… но, понимаете… это не для всех. Мы принимаем всех, кто стучится к нам, это правда… но выдерживают до конца не все. И вы должны знать… Он насупил густые брови – этот серьезный молодой человек в длинном черном пальто. В осенних сумерках по его лицу плясали зловещие тени. - … на что иду? – шепотом спросил Валентин. Задергалась жилка на виске. – Я – на что иду?! Так вы испытайте, расскажите… проверьте! Знакомый сказал – «идеальная секта». Знакомый сказал – «не жалею»… - Наши обряды, - адепт говорил тихо, - они не для слабых. Ни телом. Ни духом. Вы сможете… я не знаю… заставить себя выстоять долгое время на одном месте? Неподвижно? Или почти неподвижно? - Да! - А если бы… на коленях? - С радостью! - Сможете заставить себя встать в выходной в семь, чтобы присоединиться к братьям на общем собрании? - Да! Да! - Не месяц. Не год. Все время? - Испытайте меня! - А что, если я скажу вам, что мы… - адепт понизил голос и почти зашелестел, - иногда мы собираемся по ночам… несколько раз в год по особым дням… наши встречи начинаются в полночь… - О, да! – ночное таинство! То, чего так мучительно не хватало ему у буддистов! - И мы проводим свои обряды со священным огнем – ночные… дневные… - Я принимаю это! - А если бы я рассказал вам про наши таинства подробнее? Если бы сказал, что собрания ведутся на тайном языке, которого не понять простому человеку? Все песнопения… - Я пойму его! - Поймете, если будете усердствовать, - кивнул адепт. – Конечно… Еще у нас есть священная книга. Мы относимся к ней с величайшим благоговением. Зачитываем на собраниях… - Ну, конечно! – отсутствие священных книг у космологов-референтов его ужасно коробило. - И знак. Тайный знак на груди, который ты никогда не должен снимать. Нигде. И не носить на виду. Знак, который дается тебе при вхождении в наш круг… Валентин переплел пальцы, чувствуя, как переполняет его чувство экстаза. Это было то, что он искал. Может быть, не хватало только… - Вы верите в потусторонние силы? – шепотом осведомился он. - Мы живем среди них, - спокойно отозвался адепт. – Проводим таинства среди них… Ангелы. Бесы. Конечно. Он сказал это буднично. Теперь рассматривал занавесочки на молельне адвентистов. Знатные занавесочки – с голубыми цветочками. Валентин молчал, сглатывая слюну и боясь поверить, что это – оно… - Наши таинства, - вдруг оживился адепт, - вы нигде не встретите таких мистичных. Вода, масло, священные песнопения… я говорил про огонь, да? Но самое главное… во время самого главного вам придется пить… Валентин обмер. - …кровь. - К-к… Он заикался не от страха. От восторга. Пригубить крови во время тайного ритуала – таким среди его сект занималась только одна… правда, в ней не было священного огня и тайного языка. Кажется, эта секта – и впрямь идеальна… - Кровь, - строго повторил адепт. – Правда, к этому допускается не каждый. Нужно очиститься, чтобы заслужить это. Телом и душой. Испытать себя. Вы бы… - Я готов на что угодно! - Наша вера вообще требует жертв, - рассуждал адепт, теперь старательно изучая прибежище пятидесятников. Точнее, жалюзи на окнах. Валентин уже стал задаваться вопросом, почему он выбрал такой странный путь и куда они вообще идут. – Отказ от пищи, например. Иногда. Я говорил: это не для сла… - Я – не слабый! Двое кришнаитов обошли их по широкой дуге. Даже не поприветствовали бывшего брата. Адепт как будто не услышал выкрика Валентина и продолжал говорить: - … некоторые из нас проводят обряды на кладбищах. Пару раз в год. Это, конечно, не для просвещенных, а так… Он остановился и вдруг быстро добавил: - И имейте в виду: даже если вы войдете в наш круг… особенно если вы войдете в наш круг… вам лучше не бравировать этим среди знакомых. Это не все понимают. На вас могут поставить клеймо фанатика, мракобеса… над вами могут смеяться… - Я готов! Я – готов! – Валентин размахивал руками. Это все ничего, к тому же, за годы духовных практик у него почти и не осталось знакомых… – Так вы введете меня? Посвятите? - Посвящу, - просто и делово сказал молодой человек. – Вы приходите. А теперь извините, мне вечерню пора служить. Он заглянул Валентину в глаза своими – совсем даже не строгими, а светлыми и озорными. Валентин опешил. - Ка-ка-какую?! - Полиелейную, - бодро ответил адепт идеальной секты. – Ну, ангела-хранителя вам! И зашлепал по лужам к зданию, вознесшему круглые купола через два дома. Обернулся на ходу – плащ распахнулся, открыв на секунду длинный подрясник. Крикнул весело: - Да православные мы! Православные! И припустил бегом. Вечерню, наверное, служить. Валентин смотрел на храм, тянущий в небо кресты, и подавлял в себе желание сесть там, где стоял: в лужу. _________________________________________ Малость пояснений. Ночные таинства - это, конечно, Пасха и Рождество, прежде всего. Литургии начинаются в полночь и офигительно красивы. Кровь - это, конечно, Причастие Святых Даров (иными словами - причащаешься Кровью и Телом Христовыми). Без поста, исповеди и благословения (плюс вычитка канонов и потуги вспомнить все свои грехи) ты туда просто не пройдешь. Тайный язык - это церковнославянский. Чтобы понять, ЧТО именно поют и читают на литургии с первого раза - это... про это анекдоты ходят. Серьезно. Нужен определенный левел, ага. Насчет таинств и ангелов... считается, что ангелы сослужат священнику во время литургии. А постоянные испытания - это не только посты. Есть еще фанатики, младостарцы, церковные бабушки, фанатики... а я про них уже говорила?! А, да - кладбища. Это Радуница и очаровательная языческая традиция жрать на могилах. Так что да, это не для продвинутых... Остальное вроде бы ясно, что неясно - спрашиваем!