Можно ли вылечить душу?

«Слишком долго!» Колонело сидел в коридоре госпиталя. Врачи попросили его немного подождать, но после этого прошло уже больше двух часов! «Слишком долго!» - повторился он. Часы приема скоро заканчиваются, но он не уйдет отсюда, пока не узнает, что с ней! - Молодой человек! – его окликнула молоденькая медсестра, держащая в руках какие-то бумаги, - Врач ждет вас. Колонело проследовал в кабинет. - Что ж, ситуация не из приятных, - сразу, можно сказать, в лоб «выстрелил» мужчина. Это был человек лет сорока пяти, в белом халате. Его мудрые глаза говорили о том, что он уже много повидал в своей жизни, и знает, о чем говорит, - она все еще без сознания, - он следил за реакцией Колонело, но того слишком хорошо выдрессировали, и он не показывал эмоций посторонним людям, - понимаете, в ее организм был введен какой-то препарат, который медленно разрушал ее внутренние органы. Сейчас мы его, конечно, вывели, но на восстановление уйдет время, - он пристально посмотрел на парня, вздохнул и добавил, - это не все. Препарат повлиял на ее мозг. Она не будет ни на что реагировать, пока не восстановится, даже если будет в сознании. - Но это ведь не конец. Она поправится? – выжидающе посмотрел Колонело. - Конечно, - усмехнулся врач, в хорошем смысле, - но это займет некоторое время. Клетки мозга были повреждены, ее сознание может быть затуманено, - подвел итог он, - но в конце все придет в норму. - Это же отлично, эй! – обрадовался Колонело, но врач оставался серьезен. - Неизвестно только когда наступит этот «конец». POV Колонело Опять не спится. На часах уже за полночь, давно был отбой. Завтра, а точней уже сегодня, подъем в ранищу, надо выспаться. Переворачиваюсь на другой бок. На душе неспокойно, сам не знаю почему. Может из-за Лар? Неделя прошла с тех пор, как я принес ее в больницу, а ничего не изменилось. Как-то больно смотреть на нее сквозь стекло, видеть ее такой… беспомощной. Там, на больничной койке уже не та Лар, воинственная, холодная, недостижимая. Там просто девушка, незнакомая мне. Спокойное выражение лица, олицетворяющее вечный покой – это невыносимо! Это не она! Эти постоянные кошмары! Она то приходит, то растворяется в ночи, то вспыхивает, как спичка, и всегда повторяет: « Я же умерла…» Повторяет, таким тихим и спокойным голосом. Обычному человеку может и ничего, а мне он царапает нервы! Как же это достало! Опять переворачиваюсь. Какое «умерла»? И речи быть не может! Не нравятся мне шутки, что шутит со мной подсознание. Лар не может умереть! «Может!» - откликнулся голос разума. И правда… Закрываю глаза, передо мной сразу появляется ее образ: твердая походка, униформа, скрещенные на груди руки, вечно недовольное чем-то лицо… Она тоже человек, а люди умирают. Но как представлю, что ее нет… Да не могу я такое представить!!! Устало валюсь на спину и пилю взглядом потолок. Завтра, то есть уже сегодня, надо навестить ее. Хоть волнение пройдет… End of POV Опять госпиталь, опять белые немые стены. Это дуратское стекло… Почему меня к ней не пускают? Колонело прекрасно знал ответ: пока она не очнется, пока не снимут аппараты для искусственного обеспечения жизни, до тех пор к ней смогут проходить только врачи, ну или в крайнем случае родственники. А он ей не родственник… - Беда, - протянул он, садясь на скамью под стеклом и не спуская с нее глаз, - как ты там, эй? Ответа нет; только гул больницы, разговоры врачей, шепот медсестер и пиканье приборов. Он еще долго вглядывался в стекло, как будто от этого что-то изменится. Так проходили часы. Ему уже пора возвращаться, но он уныло облокачивается на небольшой подоконник перед стеклом, кладет голову на руки и продолжает всматриваться. Она как будто спит, вся такая расслабленная. Прямо ангел… Хотя была б она в сознании, давно бы накостыляла Колонело, за то, что он часами просиживает тут, мол, делать больше нечего? Колонело поднимается и плетется к выходу. Здесь его уже знают, знают к кому он ходит и когда, раз в два дня, если быть точной. А на улице похолодало: конец октября. Скоро зима, а настроение хуже некуда. С каждым днем оно становится все хуже и хуже. Не знаю, что это за проклятие? Колонело идет по улице, фонари освещают дорогу к корпусу; тишина, слышно только стук сапог. Внезапно, впереди под фонарем, на скамейке… Лар! Она встает и уходит. - Лар! Как будто не слышит, исчезает в темноте! Парень бросается за ней, пробегает уже пустую скамейку… фонари гаснут. Вокруг темно, только чуть поодаль загорается фонарь, она стоит под ним, смотрит на Колонело и молчит. - Лар, эй! – он срывается, - Да не уходи же ты!!! - А что мне делать? – тихо, не заинтересованно говорит она, - Ты ведь ничего не сделаешь. - Лар… Ветер поднимает последние осенние листья, бросает их в лицо парню. Тот закрывает глаза рукой, а когда вновь открывает – ее нет. Фонари снова освещают пустую дорогу, только теперь ветер завывает свою противную сирену. - Да хватит уже!!! – Колонело падает на колени, зажимает уши, чтобы не слышать собственного голоса и воя ветра, - Хватит, эй!!!!! Он просто открывает глаза. Он лежит в своей кровати. В комнате темно, сейчас где-то середина ночи. Солдаты мирно посапывают. «Опять?» - думает он. «Как же это надоело…» Он вновь закрывает глаза, пытается снова погрузиться в сон. С тех пор как он принес Лар, прошло уже две недели. Сны не дают ему покоя, он стал раздражителен; его это изматывает. - Сегодня надо будет ее навестить. Он и не думал, что жизнь без его капитана окажется такой тяжелой… - О! – радостно встречает его медсестра, - вы сегодня вовремя, молодой человек, - она улыбается. - Что? – в ответ бросает Колонело. - Она пришла в себя. Парень срывается с места. За все дни он уже давно выучил путь к ее палате. Поворот, еще поворот. В конце коридора, дверь приоткрыта. Он, можно сказать, вламывается и… Девушка смотрит на него пустыми глазами, там нет эмоций. Она все так же лежит, только на этот раз количество приборов, окружавших ее, уменьшилось. - Лар? – так стало еще хуже. Раньше она как будто спала, а теперь… Совсем другой человек. Колонело садится на стул рядом с кроватью, смотрит в глаза Лар, но видит там только свое отражение. - Лар, слышишь меня? – пытается начать он, - Ты же там, эй? Девушка просто смотрит на него, словно кукла, которая сломалась. Внезапно она наклоняет голову, по щеке скатывается крохотная слезинка. « Что это значит? » - спрашивает сам себя Колонело, неужели она его помнит? - Молодой человек, - на пороге стоял врач, - пройдемте со мной, - он посмотрел на Колонело мудрыми глазами, но на этот раз какими-то печальными. - Ситуация примерно такая, - начал он, - организм, в целом, пришел в норму, но работа мозга нарушена. Не хочу вас расстраивать, но теперь мы ничем не можем помочь, все зависит только от нее. - Она же станет нормальной, эй? – хотя «нормальной» - это громко сказано, Лар всегда была «необычной». - Она и сейчас нормальная, - поправил его врач, - просто воспринимает все с огромной задержкой. - Как это понимать? - Ну, - задумался врач, - скажем так, до мозга доходит импульс с опозданием, то есть не в тот момент, когда действие произошло, а немного позже. С реакцией все по-другому, как именно, мы не знаем. - Складывается ощущение, что она там, - с грустью сказал Колонело, - как в клетке. Хочет сказать, а не может, так? - В целом да, - заключил врач, - нужен толчок, чтобы она все поняла. - Какой? – загорелся Колонело. Он больше не мог видеть такого капитана! - Этого я не знаю, это зависит от ее жизни, - внимательно посмотрел на парня врач, - вы лучше должны знать, что может шокировать эту девушку. « Ее? Шокировать? Да ее нельзя шокировать! Она не такой человек, которого можно просто напугать чем-то. Это просто невозможно! » - Я придумаю, - ударил рукой по столу Колонело, скрыв глаза. Врач аж дернулся, - я точно придумаю, - твердым голосом повторил Колонело. « Чего бы мне ни стоило! »