ОН.ОНА.Я

- Татьяна? – он встал, оглядел ее с ног до головы. - Потанцуйте со мной? - Хорошо. Иногда определенные поступки не поддаются логике, и, обдумывая их после, ты не понимаешь, что тебя заставило так поступить, что заставило это сказать. Что заставило тебя испытывать те чувства, что ты испытываешь. Что заставляет нас терять голову, что заставляет нас выбирать тех, на кого мы обращаем свой благосклонный взгляд, что? Что заставляет гореть наши тела, затуманивая разум, заставляя кружиться голову. Что делает нас живыми людьми? Невольно начали вспоминаться слова Медузии, которые она говорила перед выпускным: не важно, сколько па ты сможешь повторить на паркете, намного важнее, сможешь ли ты услышать и понять своего мужчину на паркете, сможешь – это будет танец, не сможешь – это будет цирковое представление. Тогда ей были не понятны эти слова, теперь она стала их понимать. Говорят, что в жизни не бывает случайностей, видимо, и танго не стало случайной мелодией для них. - Неужели вы умеете танцевать? - Нет, конечно. Он резко развернул ее к себе, и она ощутила жар его рук. - И что же вы пришли мне сказать? - Вы не знаете? - Знаю, но вы весьма не логичны, в прошлый раз вы мне говорили, что мой сын вам не нужен, а сейчас к нему едете? - А вы настолько ему не доверяете, что просматриваете даже моделей, которых он отобрал для рекламы? - Я бы сказал, только моделей. - Почему? - Потому что он с вами не справится… Танго никогда и ни для кого не был обычным танцем, и он был не столько танцем умения, сколько танцем порыва. Они двигались синхронно, она слушала его движения и вначале не очень была в себе уверена, но он вел, как и везде в своей жизни и это захватывало, за ним легко было следовать. Она встретилась с ним взглядом, отмечая про себя, что он не такой, как у Джерома... глаза Джеймса были совсем другими. - Вы так хотите поехать к моему сыну? – спросил он, поворачивая ее к себе спиной и прижимая лишь на мгновение, чтобы она почувствовала весь жар его тела. - Я хочу участвовать в этом проекте. - Почему именно в этом? - Потому что за него хорошо заплатят. - Все дело в деньгах? - Да, в них, на этом свете ничего не происходит без их участия. - Вам мало платят, мне казалось, что такие модели, как вы, много получают если не на основной работе, так на подработках. - Такие модели как я? Вы имеете в виду – шлюхи? - Вы сами это сказали. - О нет, вы со дня нашего знакомства причислили меня к ним, не знаю ничего обо мне. Скажите, если вы так прозорливы, то почему на лбу вашей спутницы написало слово «Алчность»? Она делала неожиданный шаг к нему, она отступил, и первый раз напрямую посмотрел в глаза Татьяне. - Разве в моих глазах вы видите то же самое, что и в ее? - Зачем вам нужны эти деньги? - О, вы могли бы прочитать это в моем контракте. Там все написано. - Тогда вы можете мне сказать об этом сейчас, и у меня не будет никакой возможности обвинить вас в лицемерии, насколько бы «высока» цель не была. - О, что вы, цель весьма приземленная, всего лишь финансирование детского приюта. - Но почему именно это проект вы так отстаиваете? - Потому что если сейчас мне откажут, то проблематично будет в такой короткий срок, который у меня есть для помощи детям, найти финансирование. - Хм. Ритм стал чуть нарастать, заставляя сердце девушки биться еще сильнее, а зеленые глаза лихорадочно блестеть. Он прижал девушку к себе, чувствую под руками упругое тело, отвечающее на каждое его движение, невольно понимая, чем девушка могла покорить его сына. И чем сейчас она захватывала его полное и безраздельное внимание. Она была красива, даже не красива, она была чарующа, если бы он был художником, то только так бы изображал ведьму. Она умела двигаться, чего не скажешь о его спутнице, которую Татьяна весьма правильно оценила. Мелодия подошла к концу, но он не собирался ее отпускать сейчас. - Вы будете танцевать? – она подняла взгляд на него и кивнула, заиграла следующая мелодия, но он больше не слышал музыки, только ритм. Он вел ее в танце, она опиралась на его руки, совершая умопомрачительные движения бедрами, скрытыми чуть прозрачным изумрудным платьем, которое обнажало ее плечи. И при каждом движение он видел ее стройные ноги сквозь разрез на юбке. Ему нравилось, когда ему противостояли, ему нравилось показывать людям, насколько они не правы. Он любил выигрывать, а она пока ни разу ему не проиграла. - Действительно ли вы хотите танцевать? – его голос чуть охрип, он видел, как расширяются ее зрачки, и ему стало уже все равно, что она ответит, хотя в ответе он не сомневался. - А вы со мной справитесь? Ночи бывают темными, ночи бывают длинными, но эти же ночи могут потонуть в безумном танце двух людей. *** Хотите ли вы, чтобы следующая часть была про уже настоящее время с Глебом, или продолжать историю знакомства Татьяны с мужем с того момента, где я остановилась?