Ну, давай же! Убей меня еще разок!

Время протекало очень быстро, животик с каждым днем становился все круглее, а Миса – все старательнее и серьезнее. На учебе пришлось временно поставить крест, но это ни капли не волновало. «Главная моя задача - родить и вырастить здорового и счастливого ребенка» В кафе, где работала Аюдзава, новость восприняли очень хорошо, все до единого поддерживали девушку, помогали ей кто чем мог. Аой даже умудрился пошить несколько милых нарядов для будущего ребенка. Причем, не зная, какого пола дитя родится, сделал и на мальчика, и на девочку. Миса же рвалась работать, но Сацуки отругала её и отправила в декретный отпуск. - Ааа, какая же скука смертная! – разозлилась Миса. Ну не привыкла она сидеть без дела, даже несколько часов. А тут уже второй месяц предоставлена сама себе. Есть, конечно, чем временно заняться: чтение книг для будущих родителей, обучение готовке. Но и это быстро надоедает. Девушка села на диван, взяв на руки Лихта. Кот довольно заурчал. Миса гладила шелковистую шерстку, чесала за ушком, нажимала на мягкие и теплые подушечки лапок. И хотя президент не очень любила животных, Лихт был особенным, ведь напоминал о родном человеке. Вдруг раздался звонок мобильного. На дисплее высветилось имя «Сакура» - Миса, абалврдаоытмтаатоалыворд! – как всегда, быстро и неразборчиво что-то лепетала девушка. - Сакура, прошу тебя, успокойся и говори медленно, я ни слова не могу понять! - Мисаааа! – заныла подруга, - Куга-кун уезжает на гастроли на целых два месяца! Мне так скуууучно! Можно я приеду? Ну пожалуйста!!! - Конечно, почему бы и нет! - Вообще-то, я уже в дороге, просто решила немного заранее предупредить! Скоро буду у тебя! До встречи! - и бросила трубку. - Как всегда, в своем репертуаре, - вздохнула Мисаки. Но она была очень рада. Как бы там ни было, но присутствие рядом близкого человека незаменимо. Спустя час в квартиру влетела довольная Сакура с уже заметным животиком, сразу бросаясь на шею. За ней, еле волоча огромных размеров чемодан, тащился Куга. - Мисаки, - заговорил светловолосый парень, - ты уж прости за такой визит. Сакура закатила истерику, я просто не смог её переубедить. Она настояла на том, что будет тут, пока гастроли не закончатся. Ничего, если она поживет с тобою, пока я буду в отъезде? «Сакура будет жить тут целых два месяца? Просто чудесно! Я ж не вынесу её болтовни с утра до ночи! О, Ками, за что мне такое наказание?» Тяжело вздохнув, девушка с немного натянутой улыбкой ответила: - Конечно, я буду только рада! Пусть Сакура и приставучая, и чересчур болтливая, но Миса очень любит её, и не может оставить одну. Тем более, срок беременности у обеих был почти одинаковый, с разницей всего в три недели в пользу Сакуры. А готовиться к появлению ребенка одной – занятие не самое простое. - Куга, может зайдешь на чай? - Разве всего на минутку. Сегодня вечером вылет, а мне надо решить еще несколько организационных вопросов. Ребята втроем сидели за столиком, болтали, смеялись. Миса наблюдала за Кугой. Если раньше он казался ей мерзким самовлюбленным типом, то сейчас Аюдзава испытывала к нему огромное уважение. Куга очень внимательно относился к Сакуре. За все годы совместного жительства, он проявил себя как хороший семьянин и любящий муж. Даже сейчас, он не выпускал ее ладонь из руки, периодически гладил слегка выступающий животик, целовал в голову. Видно было невооруженным глазом: он дорожит своей любимой. Мисе даже на миг показалось, что она немного завидует подруге. - Ладно, девочки, вы уж извините, но мне пора удалиться. Надеюсь, вы хорошо проведете время вместе. Мисаки, позаботься о Сакуре, пожалуйста. - Можешь не беспокоиться! Заверяю, она в надежных руках. Куга улыбнулся. Он обнял свою любимую жену, поцеловал её на прощание и ушел. - Прости меня, Сакура. Еще в школе, когда ты только влюбилась в Кугу, я была очень зла на тебя и сомневалась в твоем выборе, пытаясь всячески тебя переубедить. Я не верила тому, что он мог измениться. Я вправду очень волновалась за тебя. - Ничего страшного,Миса. Я никогда не сердилась на тебя за это. Да и чего таить, Куга и правда вел себя как последняя сволочь. Из-за чересчур навязчивых поклонниц, он ко всем девушкам относился с недоверием. Но когда он понял, что я люблю его просто за то, что он есть, а не за популярность, Куга ответил мне взаимностью. Сакура буквально светилась от счастья, от чего Миса тоже была искренне рада. Она по-настоящему любила свою подругу и желала ей только наилучшего. В компании подруги время проходило еще более незаметно. Вместе они читали книги для молодых мам, прогуливались по магазинам, присматривая интересные вещички для будущих деток, вдвоем ходили на осмотр к врачу. И хоть без Усуи было очень плохо, Мисаки чувствовала себя счастливой. Все-таки, тревоги и проблемы легче переносить, когда рядом с тобою есть любящий человек. И неважно, кем он тебе приходится: будь то подруга, парень или сестра. Он дарит тепло, заботу, внимание, и это – самое важное в жизни. _____________________________________________________________________________________ Усуи сидел за столом, подпирая голову рукой. По комнате валялась скомканная бумага. Понимая, что вряд ли сможет когда-нибудь еще увидеть свою любимую, он старался написать ей письмо. Уже который день подряд он начинал что-то выводить на листке, но каждый раз не удавалось подобрать правильные слова, из-за чего Такуми явно нервничал. И после каждой неудачной попытки в стены летели стулья, посуда и книги. Дрожащими руками парень поджигал очередную сигарету, и, глубоко затягиваясь, выпускал в воздух облако едкого дыма. За три месяца, проведенных в «золотой клетке», эта пагубная привычка полностью овладела им. К тому же, почти каждый вечер он, когда-то ярый поклонник здорового образа жизни, напивался до беспамятства. Усуи явно стало наплевать на его физическое состояние, а алкоголь и табак помогали ненадолго забыться. А ведь действительно, какая к черту разница, умрет он на несколько лет раньше, или позже, если никогда больше не встретится с ней – маленькой, вредной, но до боли обожаемой Мисой. «Увидела бы ты меня сейчас – влепила бы свою коронную затрещину. Эх, Аюдзава. Я никогда не мог бы и предположить, что буду настолько зависим от тебя». Спустя несчетное количество попыток и тонны изведенной бумаги, письмо все же было готово. Перечитав его еще несколько раз, Такуми тяжело вздохнул и протянул листок Торе. Последний быстро пробежался по тексту глазами. - Ты точно уверен, что хочешь отправить это Мисаки? - Да, конечно. Не задавай лишних вопросов. И без тебя тошно. - А ты не думаешь, что после всего пережитого, данное письмо может её морально добить? - Безусловно, это её шокирует, возможно, даже слишком. Но пусть лучше так, пусть поплачет и со временем забудет меня, чем всю жизнь до конца будет терзать себя сомнениями и догадками. В любом случае, мы с ней больше никогда не увидимся. Я ведь прав? Сомневаюсь, что ты когда-нибудь решишься выпустить меня. Так что сделай одолжение – забрось это в её почтовый ящик. - Как скажешь. Усуи упал головой на стол, еле сдерживая слезы. Он еще не раз пожалеет о своем решении, но сейчас он настроен предельно серьезно, ведь счастье Мисы для него в миллиард раз важнее собственного. «Надеюсь, когда-нибудь ты сможешь простить меня» _________________________________________________________________________________________ - Мисаки, вставааай! Мисаки! Аюдзава с трудом открыла глаза. Прямо перед её лицом было лицо Сакуры. Миса даже немного испугалась. - Сакура, что такого важного случилось, раз ты будишь меня ни свет, ни заря? - Как ты могла забыть! Мы сегодня едем в гости к Сидзуко! Я не видела ее уже больше года! Это же такое важное событие, надо подготовиться как следует! - Но для этого, поди, не стоит просыпаться посреди ночи? Обычно все, кто пытался нарушить сон Мисы, накликали на себя страшное проклятие. Но на этот раз Аюдзава была спокойна, как никогда. Первую половину дня девушки провели, бродя по магазинам в поиске подарка на прошедший день рождения Сидзуко. Только в обед, уставшие и голодные, они возвращались домой. Миса по привычке достала из почтового ящика стопку писем, счетов и рекламных брошюр. Уже зайдя домой, сняв с себя верхнюю одежду и обувь, она присела на диван и начала разбирать всю эту бумажную кучу, среди которой лежал невзрачный конверт без адреса отправителя. Девушка открыла его и застыла – это был почерк Усуи.

«Дорогая моя Мисаки. Если ты читаешь это письмо, то, вероятно, меня уже нет в живых. Прошу тебя, милая, только не плачь! Прости меня за то, что бесследно пропал, не сказав ни слова. Я сожалею о том, что не оправдал надежд, и сделал бы все, чтоб забрать всю твою боль, какой бы сильной она не была. Каждую ночь я вспоминаю твои глаза, твои нежные руки, заботу и тепло, которую ты так беззаветно мне отдавала. Хочу, чтоб ты знала, я всегда был искренним с тобою и свято верил, что мы будем вместе до последнего вздоха. Увы, судьба распорядилась иначе, и я не могу с этим ничего поделать. Я любил тебя, люблю и буду любить до последнего удара сердца. Единственное, о чем хочу тебя попросить - будь счастлива! Радуйся каждому рассвету и каждому закату, первому снегу и теплому дождю в жаркий летний день. Надеюсь, когда-нибудь ты сможешь меня простить. Навеки твой олух».

Руки стали ватными, покрываясь мелкою дрожью, и письмо мягко упало на пол. Сердце стучалось так сильно, будто хотело вырваться из грудной клетки. Горячие слезы потекли по щекам. «Не могу поверить… Это неправда! Почему все так?». Миса не могла пошевелиться. Тело буквально не подчинялось ей. Она просто молча плакала, издавая лишь тихие всхлипы. - Мисаки! Я заказала такси! Машина будет через час, так что поспеши! Сакура, увидев плачущую подругу, подбежала к ней. - Миса, что случилось? Ответь мне, пожалуйста! Но президент не могла произнести ни слова. Она была настолько шокирована, что временно потеряла дар речи. Сакура заметила письмо, лежащее на полу. Подняв его, она взглядом пробежалась по строчкам. Глаза наполнились слезами. - Миса, родная, не плачь, прошу тебя! – рыжеволосая девушка обняла свою подругу. – Я знаю, как тебе тяжело, но я разделю эту боль с тобою. И пусть Такуми с нами больше нет, он навсегда останется в твоем сердце и мыслях. А еще его ребеночек растет внутри тебя. Ты станешь хорошей мамой, и Усуи будет тобою гордится! После этих слов, Мисаки смогла выплеснуть эмоции наружу. Она рыдала, захлебываясь слезами, и все сильнее прижималась к груди подруги. Сакура тоже не сдерживаясь плакала, сопереживая Аюдзаве. - Милый мой Такуми. Я прощаю тебя. Пусть наше время с тобою было недолгим, но я по-настоящему чувствовала себя счастливой. Сколько бы лет не прошло, я все равно буду помнить тебя. Моя любовь не угаснет никогда: я сохраню ее и передам нашему ребенку.… Надеюсь, мы еще встретимся в следующей жизни. Сказав это, Мисаки немного успокоилась. Почему-то боль, заполнявшая всю душу, развеялась, словно пыль на ветру, а на смену ей пришло облегчение. - Мисаки, я отменю наш визит. Лучше сегодня остаться дома. - Не стоит, Сакура. Я очень хочу увидеть Сидзуко... Спасибо, что была рядом со мной. Президент улыбнулась, вытирая слезы с лица.