Все ради тебя

На гладкие, отполированные временем и ветром, камни острова Олух, мягко ложились лучи утреннего солнца. Маленькая деревня викингов, раскинувшаяся между невысокими холмами и густыми лесами, мирно спала, под покровом утреннего тумана. Вчера состоялся большой праздник, на котором присутствовали все викинги острова, но, как ни странно, виновник торжества отсутствовал. Вчера высший совет принял изгнанного Хеддока в племя викингов с острова Олух, и вождь закатил по этому поводу неплохую пирушку. Омрачало праздник лишь то, что сам Иккинг до сих пор лежал без сознания. Впрочем, целительница говорила, что мальчик вот-вот очнется. А вождь пообещал, что как только его сын придет в себя, он закатит такой пир, что сами боги захотят прийти к ним на праздник. По этому случаю он уже скупил у торговца Йохана все его запасы меда и все деликатесы, что были у него на корабле, особенно не разбираясь, из чего они приготовлены. Солнце еще не успело осветить деревеньку викингов, и многие дома все еще были под темным покровом. Поселение выглядело на первый взгляд вполне обычным, но присмотревшись получше, можно было обнаружить, что некоторые дома как будто... дышат. Но вот солнце начинает освещать низину, в которой притаилась деревня. И тут случайному путнику, если бы, конечно он тут оказался, открылась бы удивительная картина: На крышах некоторых домов мирно спали огромные драконы. Это выглядело так же странно, сколь и нелепо. Огромные ящеры, которые несколько раз в году полностью испепеляли деревню, спали прямо над головами у викингов. На самом деле, совет долго решал, что им делать с драконами. После долгих споров, яростных криков, и пару ушибленных голов, все решили, что в деревне надо оставить только прирученных драконов. Остальным же викинги позволили поселиться на острове, чуть поодаль. В первый день было несколько проблем в лице рассерженного Гнильца и его подпаленной овцы, но Стоик Обширный все уладил. Затем все викинги с головой погрузились в работу: чинили дома, восстанавливали флот, размещали драконов. И только сейчас они позволили себе расслабиться. Однако не все викинги сейчас отдыхали в своих домах. Чуть обособленно от всех других строений, стоял дом вождя. Старый и добротный, двухэтажный, он ни разу не был сожжен за последние пятнадцать лет, и Стоик этим очень гордился. Солнце еще не сумело разогнать утренние сумерки рядом с домом, и источником света для обитателей этого жилища была маленькая свечка, которая стояла на подоконнике. В доме вождя было две жилых комнаты. Одна, на втором этаже, принадлежала Иккингу, а другая, на первом, его отцу. Однако сейчас Стоик все время работал в деревне и ночевал в Большом зале, и его сын временно находился на первом этаже. Возможно, именно поэтому сейчас Иккинг был в доме не один. Астрид лежала на чертежном столе и мирно спала на открытой книге. Под книгой было множество рисунков и схем, принадлежащих руке юноши, который сейчас лежал на кровати. Вчера Астрид в очередной раз залезла в верхнее окно дома Хеддока, сбежав с праздника, как только смогла. За последние три дня она проводила в этом доме больше времени, чем где-либо еще. Она бы и ночевала здесь, однако Стоик приходил каждый вечер проверять сына, и ей приходилось уходить к себе. Близнецы и Сморкала вовсю сплетничали друг с другом о том, что Астрид слишком много времени сидит у Иккинга. Но девушке было на это абсолютно плевать. Каждый раз, когда она уходила от него, в сердце у юной воительницы появлялось ощущение страха, беспокойства и одиночества. Она знала, как называется это чувство, но всякий раз, когда думала об этом, смущалась. Из дома Иккинга она выходила только пару раз за день, в основном, для того, чтобы покормить Громгильду. Астрид хорошо подружилась за эти три дня с драконихой. Вчера, воспользовавшись тем, что все викинги были на празднике, она в очередной раз пролезла в узкое окно на втором этаже, спустилась вниз по лестнице и снова устроилась на небольшом стуле, рядом с кроватью Иккинга, в надежде, что его отец задержится сегодня, и она сможет посидеть тут подольше. Обычно девушка до блеска точила свою секиру, когда ей хотелось расслабиться и подумать. Но тащить оружие в дом Хеддока было, по меньшей мере, неразумно, и поэтому Астрид сидела и читала книги. Она очень любила читать. Однако это у нее получалось крайне редко. Бесконечные тренировки на арене, домашние занятия, удивленные взгляды сверстников, когда она открывала очередную книгу, мешали ей. Поэтому сейчас она наслаждалась редкой возможностью просто посидеть и почитать. Некоторые наиболее интересные книги она читала вслух, надеясь, что и Иккинг услышит. Глупо, не правда ли? Когда Астрид пришла сюда впервые, в тот же день, когда они приплыли, она обнаружила на полу смятый клочок бумаги. Развернув его, она увидела подробную схему дышла для Беззубика. Сам дракон после короткого курса лечения чувствовал себя хорошо, во всю носился по деревне, знакомился с соседями, а сейчас мирно спал на перекладине, над кроватью своего всадника. На следующий день, после обнаружения этой схемы, Астрид подошла к Плеваке с просьбой восстановить поврежденный хвост Беззубика. Плевака сказал: «Посмотрим, что можно сделать» и удалился, прихватив с собой рисунок. У кузнеца было много работы, он только что закончил делать протез ноги для Иккинга, который уже окрестили «лучшей заменой утерянной в бою конечности, что когда-либо создавалась людьми» и сейчас ковал детали для ремонта кораблей. Один, без подмастерья, он едва справлялся и поэтому не знал, сможет ли сделать работу вовремя. Кстати, Плевака сказал, что протез Иккинга, что он сделал, столь совершенен, что юноша практически не будет замечать его присутствия. Он был легким и подвижным, и мог крепиться в стремена седла для Беззубика. «Он сможет летать!» - счастливая мысль, что она вновь разделит волшебное чувство полета с Иккингом, все это время грело душу Астрид. Солнце, наконец, добралось до дома вождя, и его яркие лучи осветили спокойное лицо спящей девушки. Астрид поморщилась во сне, отвернулась от света и нечаянно опрокинула книгу, которую вчера читала. Книга с громким стуком упала вниз, а рисунки, которые были аккуратно сложены под ней, разлетелись по всей комнате. Астрид мгновенно проснулась, но не сумела удержать равновесие на шатком стуле и упала вместе с ним на пол, слегка ударившись затылком. Не обращая внимания на боль, она вскочила, и тяжело дыша, осмотрелась. Сверху раздался сонный рокот, который издал Беззубик, явно рассерженный столь ранним пробуждением. «Как я могла заснуть? А если бы вождь пришел? Что бы он подумал?» - думала Астрид, потирая ушибленную макушку. Немного успокоившись, девушка принялась собирать разбросанные по комнате рисунки и схемы. ****** По техническим причинам мне пришлось разбить эпилог на две части, вторая будет чуть позже. Прошу прощения за неудобство)