Ничего серьёзного

Он то хватается руками за плечи, то опирается о них локтями судорожно сцепленных рук. Извивается и глубоко выгибает поясницу, подставляясь под мощные толчки, до боли вжимаясь лопатками в холодный кафель. Вздрагивает, дёргается, но молчит, открывая в беззвучных стонах искусанный рот, жадно ловит почти безумный взгляд чёрных глаз. Губы в губы, кожа к коже, дыхание в такт. Стоя, в пустой лаборантской, прямо в перерыве между лекциями, без смущения и сожаления – это случайность. Их зацикленная, вписанная в график случайность. Рваные выдохи и влажные поцелуи, синяки на ягодицах и неистовый жар там, внутри. Алчная плоть, терзающая другую, такую же дикую и бесстыжую. Пот, слюна, оглушительно стучащее сердце. Одно. На двоих. Подчиняясь требовательным рукам, он скользит щиколотками вниз, по ягодицам и бедрам, и встает на ноги, одновременно выпуская из себя раскалённого зверя. Рывок, холод о щёку. Хриплое в ухо: - Тебе ведь так нравится. Он слепо тянется назад, притягивает к себе его за полы распахнутой рубашки, встречает задом скользкую головку. Трётся сам, дразнит, елозит вверх-вниз… но долго не выдерживает и насаживается до конца. Кусает ладонь, глушащую невольный вскрик… Второй знает, как нужно толкаться, чтобы тело в его руках извивалось и почти выло от напряжения, заходясь в исступлённой дрожи и безотчётно выкрикивая его имя. Конечно же, совершенно случайно. Первый знает, как это нравится второму, и не сдерживается тоже совершенно случайно, царапаясь и извиваясь… Вспышка белого перед глазами ослепляет их одновременно; по пальцам течёт вязкая влага, и второй, на грани сознания, быстро пропихивает указательный туда, к своему собственному члену. Мнёт и давит на нежное уплотнение - и первый давится собственным криком, кончая снова. …Потом они долго стоят – один в другом, вместе, сплетаясь руками и ленивыми языками. Собирая с кожи остатки чужой страсти и делясь вкусом своей. И их совершенно не смущают ни тонкие пальцы на яичках второго, ни сперма, вытекающая из ануса первого. Совершенно случайно они знают друг о друге всё. Стесняться им нечего. Оба одеваются буднично и деловито, болтая о чем-то отвлечённом. Так, словно десять минут назад разбирали вместе картотеку препаратов. Подбирают с пола брошенные наспех сумки – и выходят за дверь, чтобы, коротко кивнув друг другу, раствориться в неспокойном студенческом море. И больше не увидеться до следующего раза. До сегодняшнего вечера, когда один из них совершенно случайно не окажется около дома второго вымокшим, без зонта и плаща. До завтрашнего утра, когда второй проснется оттого, что первый, не вернувшийся вчера к себе совершенно случайно, закинул на него наглую бледную ногу. И до послезавтрашнего дня, и среды, а еще четверга, пятницы и выходных, когда они тоже совершенно случайно… Конечно же, совершенно случайно. Ведь между ними ничего серьёзного нет.