Притяжение

К концу недели стало ясно, что спокойной жизни Джунмёна пришел конец. Окончательно Джунмён утвердился в этой мысли, когда пятничным утром открыл глаза и прямо перед собой увидел Джонина. Еще сонного, помятого и пахнущего теплом, как пахнут маленькие дети. Прекрасного до безумия: от высоких скул до красиво очерченных, пухлых губ. И в очередной раз разбудившего Джунмёна поцелуем. - Доброе утро, - Джунмён отстранился и опустил голову, желая поскорее попасть в душ и почистить зубы. – Откуда ты тут взялся? Я точно помню, что засыпал без тебя. - Может, я хожу во сне? – в задумчивости протянул Джонин, но Джунмён ткнул его локтем в бок: - Вали отсюда. Вставать пора. И давай ты будешь спать в своей кровати, а то мне тесно, - Джунмён изловчился и одним движением спихнул Джонина с кровати. – Хорошо-то как, - Джунмён раскинул руки и ноги, сладко потягиваясь. Не понимаю я… - Мне нравится обнимать тебя, - Джонин сидел на полу и смотрел на Джунмёна снизу вверх. – И просыпаться среди ночи, чтобы посмотреть, как ты улыбаешься во сне. - А я улыбаюсь? – Джунмён скинул одеяло и сел на кровати, свесив ноги. Джонин тут же поймал тонкую лодыжку, нежно погладил выступающую косточку: - Последние несколько ночей да. - Мы вам не мешаем? – ехидно поинтересовался со своей кровати Тао, когда Джонин прижался щекой к колену Джунмёна. - Мешаете, конечно, - фыркнул Джонин, продолжая ласкаться к Джунмёну. Тому не оставалось ничего, кроме как начать поглаживать младшего по спутанным волосам: - Надо собираться. А завтра уже выходной, - Джунмён улыбнулся чуть мечтательно. – Можно будет поспать, спокойно позаниматься докладом… - Даже и не думай, хен, - Джонин как-то очень естественно и очень интимно при этом поцеловал худое, острое колено Джунмёна. – Я не хочу, чтобы ты тратил свою жизнь только на учебу и ответственные поручения. Считай, что с вечера пятницы и до утра понедельника у тебя свидание. - Сбавь обороты. Я чувствую себя малышом, которого отчитывает отец, - Джунмён поежился под внимательным взглядом Джонина. – Да и не долгое ли получится свидание? - Не думай об этом, - Джонин оставил еще один поцелуй на внутренней стороне бедра, а потом грациозно поднялся, тоже потягиваясь. - Нашел чем удивить, - фыркнул Тао, благоразумно молчавший все то время, что Джонин «уговаривал» Джунмёна. - Вот только не надо тут… - жалобно попросил проснувшийся Сехун, протирая глаза кулаком. – Дайте хоть в душ свалить. А там, что хотите, - так и не открыв толком глаза, Сехун сел и на ощупь нашарил полотенце, висевшее на спинке кровати. С того вечера, когда Тао не решился последовать совету Джунмёна, отношения между младшими стали довольно прохладными. Особенно сильно разница бросалась в глаза, когда речь шла о Сехуне и Тао. - Я что, не нравлюсь тебе? – словно нарочно замерев в откровенно кошачьей позе, поинтересовался Тао, а Сехун только тяжело вздохнул: - Вообще нет. - Он врет, - Джонин встал на носочки, вытянул руки вверх и потянулся, то ли приветствуя таким образом солнце, то ли намеренно демонстрируя Джунмёну подтянутый смуглый живот. - Вру, - легко согласился Сехун. – Но это ничего не меняет, - он вышел за дверь, оставив соседей по комнате в тишине обмениваться встревоженными взглядами. - Тао, что ты сделал с Сехуном? Где мой беззаботный ребенок? – схватился за голову Джунмён, а Джонин только хмыкнул, принимаясь одеваться: - Твой ребенок влюбился, похоже. - Да? – Тао поразился совершенно искренне. А еще, кажется, всерьез расстроился: - А почему мне не сказал? Потому что он обиделся на меня? - Тао, ты реально такой дурак или прикидываешься? Или у вас в Китае люди как-то по-другому любят друг друга? – достаточно жестко поинтересовался Джонин. - Да объясни ты толком, - Тао мгновенно оказался рядом с Джонином, разве что за грудки того не схватил, чтобы вытрясти признание силой. - Да нечего объяснять, тупое ты создание, - Джонин даже бровью не повел: в последнее время вспышки ярости Тао его не пугали. - Джонин, прекрати его оскорблять, - Джунмён ощутимо ударил его по плечу. – Тао, я предлагал тебе способ, который точно должен был подействовать. Ты не решился… Так кто виноват, что сейчас все плохо? - Ладно, ладно, я понял, что я тупой, - признал Тао, а Джонин с плохо скрываемым восторгом уставился на Джунмёна: - Как тебе это удалось? - Элементарно, детка, - Джунмён нашел свое полотенце. – С людьми нужно уметь разговаривать, а не только ломиться напролом, как лось сквозь кусты. Грубой силой можно добиться только разрушений. Подумай об этом… - Джунмён вышел, оставив Джонина стоять посреди комнаты. - Добро пожаловать в Клуб имбецилов. Номер вашей членской карточки – два, - хихикнул Тао, который наконец-то почувствовал себя отомщенным и, что самое главное, не одиноким в собственной слабости. - Ты, как я понимаю, номер один и председатель Клуба, - уточнил Джонин, на всякий случай напрягаясь и готовясь к драке: с Тао ни в чем нельзя было быть уверенным. - Угу, - Тао неожиданно согласился. – А вот третий номер, кажется, решил утопиться. И стать туалетным привидением. - Было бы неплохо, - с порога усмехнулся Сехун. – Я бы пугал тебя, а потом утопил бы в какой-нибудь роскошной ванне. - Хорошая фантазия, мелкий, - Джонин даже поаплодировал. – А хена почему не подождал? С него станется вляпаться в какие-нибудь суперважные дела прямо в полотенце. - Да там Чондэ просто. Он сказал, что хочет позвать хена куда-нибудь. Соскучился сильно, - Сехун принялся одеваться. – Я понимаю Чондэ-хена. Он весь прошлый год здесь жил, с нами. И они так дружили… - Пойдем, покажешь мне этого Чондэ, - Джонин как был, в одних низко посаженных джинсах, рванул к душевым, как на буксире таща за собой Сехуна. - Да зачем? Джонин, ты совсем с ума сошел? Больно же… - на одной ноте ныл Сехун, едва успевая переставлять ноги. - Что случилось? – Джунмён заметил их сразу же, заволновался, встретившись взглядом с темными от плохо скрываемой ярости глазами Джонина. – Вы поссорились, что ли? - Нет, но сейчас поссоримся, - Джонин отпустил руку Сехуна, а Чондэ, стоявшего напротив Джунмёна, смерил презрительным взглядом. – Мы с тобой поссоримся. - Так это ты устроил развлечение для всего общежития с Мёном в главной роли? – Чондэ с честью выдержал взгляд Джонина и даже улыбнулся искренне и радостно. – Молодец, молодец. Его давно пора было встряхнуть. - Чен, перестань, - Джунмён скривился, а Джонин почувствовал себя лишним: эти двое называли друг друга уменьшительно-ласкательными прозвищами, могли себе позволить не договаривать, а то и вовсе общаться на уровне взглядов и полужестов. - Нет, ну правда же. Мне было любопытно увидеть, на кого Мённи променял своего самого близкого друга. Я ведь приглашал его провести со мной выходные. Но он мне отказал, представь, - Чондэ усмехнулся, но теперь за насмешливым выражением его лица Джонин разглядел тоску и отчаяние. – Не сказал, мол, давай в следующий раз, а категорически так. «Не могу!» - сказал. И все. - Видимо, не твой день, приятель, - Джонин почувствовал себя победителем. Он смело потрепал Чондэ по плечу, а потом потянул Джунмёна к себе. - Видимо, вся жизнь не моя, - философски заметил Чондэ, но быстро взял себя в руки: - Мённи, ты не забывай все же. Заглядывай к нам, Бэкхён будет рад. За Кёнсу не скажу, конечно… - Посмотрим, - любимый ответ Тао постепенно прижился в лексиконе всех его соседей. – Прости, мы, кажется, уже опаздываем. - Уже давно, хен, - с виноватой улыбкой уточнил Сехун, а Джонин засмеялся, заметив в глазах Джунмёна плохо замаскированную панику. - Никуда не денется твоя школа, если ты разок в нее опоздаешь, - Джонин прижал к себе Джунмёна покрепче, чтобы тот не смог высвободиться. - А малыш не дурак, как я посмотрю. Не только со вкусом все в порядке, - Чондэ вздохнул. – Но будь готов, малыш. Легко тебе не будет. - Я заметил, - Джонин погладил Джунмёна по голове. – И я не обещаю, что он когда-нибудь зайдет. В ближайшее время он будет очень занят. Мной. - Не будь таким самоуверенным, малыш, - напутствовал его Чондэ, но Джонин уже потерял интерес к беседе. - Вот зачем ты так с ним, а? – Джунмён всем своим видом выражал неодобрение. – Он мой очень хороший и близкий друг. Я не собираюсь с ним ссориться только потому, что ты ведешь себя, как малыш в магазине игрушек. - По-моему, это очевидно, - Джонин пожал плечами, не желая начинать ссору. Для себя самого он уже все решил, а если Джунмён не видит самых простых вещей у себя под носом, то Джонина это не касается. По крайней мере, ему это точно не должно было мешать в достижении своей цели. – Я тебя ревную. Даже к воздуху. Как ты прикажешь мне себя вести, когда рядом с тобой стоит и откровенно пускает слюни человек, в тебя же влюбленный. И давно, кстати, как я понял. - Чондэ не… стой, подожди, - Джунмён сбился с шага и едва не упал, но был вовремя подхвачен Джонином. – А кто тебе сказал? Исин? - Мённи, - Джонин явно передразнил Чондэ, хоть и переборщил с насмешливыми интонациями. – Это же на лбу у него написано. Большущими такими буквами, - Джонин широко развел руки, показывая, какие именно для него эти буквы. – Спроси кого хочешь. Тебе все скажут, что Чондэ влюблен в тебя, как кошка. Более того, ты же умный, подумай, почему твой лучший друг не захотел жить с тобой в одной комнате. При том, что вы не ссорились. - Он сказал, что ему удобнее будет жить с Бэкхёном и Кёнсу. Они же вместе занимаются вокалом, - уверенно начал Джунмён, но под снисходительным взглядом Джонина быстро растерял весь запал. - Угу, особенно удобно будет ему видеть тебя поменьше. Ты же умный. Сложи два и два, - Джонин чуть встряхнул Джунмёна за плечо. - Интересно, с чего вдруг ты такой умный стал? – Джунмён, по всей видимости, не любил, когда его поучали, да еще в такой манере. – Я не уверен, что хочу все выходные провести в твоей компании. У меня дел по горло. - Да, конечно, - фыркнул Джонин. – Иди к Чондэ. Можешь даже поцеловать его у всех на глазах. Спорим, тогда ты станешь очень популярным. Еще, думаю, он тебя простит непременно. А я уже вряд ли… - Джонин оставил Джунмёна одного посреди коридора, а сам ушел в комнату за вещами. Джунмён впервые в жизни опоздал на урок, однако учительница даже не дослушала до конца его жалкую попытку объяснить, в чем причина. Оценив общий вид Джунмёна как плачевный, она отправила того в медпункт с напутствием поскорее выздоравливать и в будущем беречь себя хоть немного. Джунмён честно добрел до кабинета, показался медсестре и с чистой совестью и справкой, освобождающей от занятий, потащился обратно в общежитие. Впрочем, чистой совести не хватило надолго: просто отдыхать, когда другие учатся, Джунмён не мог, поэтому вскоре обложился книжками и конспектами, вновь пытаясь сосредоточиться на докладе. Или, хотя бы, перестать думать о том, что сказал ему утром Джонин. - Я бы удивился, если бы ты вдруг спал или просто читал какую-нибудь ерунду, - вырвал его из размышлений голос Джонина, а потом из рук последовательно пропали карандаш, конспект и учебник по экономике. – Ты выглядишь, как узник концлагеря, - Джонин легонько толкнул его в грудь, заставляя лечь. – И, кстати, мог бы переодеться. Джунмён молчал, удивленный такой внезапной заботой, особенно странной на фоне их утренней размолвки. И оттого, кстати, особенно приятной. - Так, давай, снимай рубашку. Сейчас мы переоденемся, - Джонин разговаривал с ним, как с несмышленым ребенком, при этом ловко помогал избавиться от рубашки. В какой-то момент Джунмён поймал себя на мысли, что Джонину явно не впервой раздевать другого человека. - Ты подрабатывал сестрой милосердия? – Джунмён просунул руки в рукава предложенной футболки, справился с горловиной и только потом заметил, что надетая на нем вещь – чужая и пахнет Джонином. - Нет, часто трахался просто, - совершенно серьезно ответил Джонин, расстегивая на Джунмёне форменные брюки, но не удержался и расхохотался: такими круглыми от обиды и удивления стали глаза Джунмёна. – Я пошутил! – Джонин поднял руки в капитулирующем жесте. – Правда. Нет, ну я серьезно говорю, что пошутил. - Да мне все равно, - Джунмён постарался придать своему лицу самое равнодушное выражение, но не преуспел. - Нет, тебе не все равно. Ты тоже ревнуешь, хоть и не хочешь себе признаваться, - Джонин вытащил из-под Джунмёна одеяло, укрыл того едва ли не с ушами, а сам уютно устроился рядом. - Я тебя не ревную. Мы не в тех отношениях… Мы же соседи, еще не хватало, - начал было Джунмён, но Джонин его перебил: - Ты часто целуешься с соседями по комнате? Вроде пару дней назад ты говорил совсем другое. Заврался? - Да нет же, - Джунмён заворочался, пытаясь отодвинуться от Джонина. – Почему с тобой так тяжело разговаривать? – он внимательно посмотрел на Джонина, но тот только пожал плечами, мол, твои проблемы. – Я тебе правду тогда сказал… и вообще… я мало целовался, если так посмотреть. - Это легко исправить, - Джонин неожиданно улыбнулся и навис над Джунмёном. – Если бы ты не бегал от меня, как обычно… - Я не бегаю, - возмутился Джунмён, которого сильно напрягала такая близость Джонина. – Я тебе говорил и говорю еще раз, что я занят большую часть времени, - Джунмён попытался укрыться под одеялом, но ему не удалось: Джонин сдернул с него эту последнюю ненадежную преграду и прижался всем телом: - Но сейчас ты свободен? Скажи… - Джонин, пожалуйста… Меня пугает, когда ты такой, - Джунмён как мог вжимал голову в подушку, чтобы выиграть несколько жалких миллиметров личного пространства. - Какой я? Одержимый тобой? Меня тянет к тебе… Тянет так сильно… - Джонин не закончил мысль, но прижался к губам Джунмёна своими, словно хотел таким образом сказать: вот оно, притяжение. Он действительно не мог, да и не хотел что-либо с этим делать. Джунмён замер и даже дышать перестал. Джонин целовал его снова, и ему не хотелось, чтобы это заканчивалось. Нет, он не думал об этом, как не думал ни о чем вообще, кроме того, что губы Джонина сладкие, нежные, но требовательные и настойчивые. И Джунмён был готов сдаться им в плен. Джонин усиливал напор ровно до того момента, пока Джунмён не начал ему отвечать. Поцелуй изменился сразу же, как только Джунмёну захотелось проявить и собственную волю. И даже отсутствие опыта не помешало ему думать, что поцелуи с Джонином – самое лучшее, что когда-либо с ним случалось. - Я так и знал! – входная дверь распахнулась на всю ширину, пропуская Тао, и ту же захлопнулась: - Ты что делаешь? Еще увидит кто! – второй голос принадлежал взволнованному Сехуну. - Я же говорил, что Джонин просто свалил домой. А ты все: ему плохо стало, ему плохо стало… Оооооо, - Тао наконец заметил причину истинной паники Сехуна и привалился к двери, словно хотел подпереть ее изнутри. – Мы помешали, да? - Да! – Джонин даже не обернулся, только целовать Джунмёна перестал. Джунмён пообещал себе непременно придумать самое строгое наказание, но не за мат, который едва не слетел с его языка в присутствии младших, а за привычку вламываться в дверь без стука. И плевать, что Сехун с Тао тоже жили в этой комнате. - И что теперь делать? – Сехун как бедный родственник присел на краешек стула и вцепился руками в волосы. – Джонин, тебя же накажут за прогул. И тебя, хен, тоже… - Моя справка лежит на столе. Я бы не пошел домой, если бы меня не заставили, - кое-как выдавил Джунмён, которому только теперь стало остро не хватать воздуха. Все-таки Джонин был выше и тяжелее его, а гормоны, отвечавшие за удовольствие, перестали поступать в мозг сразу же, как только Джонин отстранился от его губ. - То есть ты за хена испугался, да? И поэтому сбежал прямо с урока? – Сехун посмотрел на Джонина с удивлением и восторгом. - Это так мило, правда? – Тао захлопал в ладоши. – Хен, скажи, это здорово? - Да, очень. Джонин, слезь с меня, пожалуйста, а то мне действительно уже плохо, - попросил Джунмён и спустя секунду спрятался в одеяле так, чтобы его не было видно. – Дайте мне умереть спокойно, а? – глухо проговорил он из-под одеяла, но младшие отнеслись к его мольбе равнодушно. Куда больше их умилял факт, что Джонин волнуется и переживает за хена до такой степени, что рискует нарваться на наказание. - Джонина, - между тем тянул Тао. – А тебя ведь накажут… Ты подумал об этом? Оставят убираться в классах. Или дадут какую-нибудь работу… - Или исключат, если Джонин учится по гранту, - шепотом пробормотал Сехун, а Тао моментально растерял всю свою веселость: - Как исключат? - Вот так… Школа ничего не теряет, если исключает ученика из программы. Наоборот, в системе остаются деньги, которые могли бы быть потрачены на его обучение. Значение имеют только те, кто платит за себя, - пояснил Сехун. Немного подумав, он уточнил: - Ну, еще могут простить таких, звездных… Которые создают школе хорошую репутацию. Ифань из таких, например. - Как все сложно, - Тао прижал ладони к щекам. – Тогда что же будет? Тебя, правда, могут исключить? - Могут, - Джунмён скинул с себя одеяло и сел на кровати. – Могут, но не исключат. Я обещаю, - он обнял Джонина, сидевшего на самом краю, за пояс. Джонин повернул голову, чтобы удостовериться, что не сходит с ума, и это точно Джунмён, а тот словно только этого и ждал: поцеловал Джонина в щеку. – И вам двоим я обещаю тоже, но при одном условии. - При каком? – Сехун смотрел на Джунмёна с нескрываемым обожанием. - Сейчас вы оба возвращаетесь в школу и до конца дня ведете себя, как примерные ученики, - озвучил условие Джунмён, по-прежнему не разжимая объятий. - А Джонин останется с тобой? – Тао дернул бровью, словно намекал на что-то не очень приличное. - Останется. Должен же кто-то за мной присматривать. Вдруг мне станет хуже, - Джунмён кивнул на справку, валявшуюся на столе. – И не бойтесь, я, в самом деле, смогу все уладить. - Ой, хен, как ты сейчас похож на мафиози, - восторженно захлопал в ладоши Тао, а Джонин ощутил, как передернуло Джунмёна. Однако тот ничего не сказал, только кивнул в сторону настенных часов. Сехун проследил его взгляд, побледнел и схватил Тао за руку: - Надеюсь, ты очень быстро бегаешь. Когда дверь за ними с грохотом захлопнулась, Джонин чуть вывернулся в объятиях Джунмёна и улыбнулся: - На чем мы остановились?