Бессмертие +29

Смешанная направленность — несколько равнозначных романтических линий (гет, слэш, фемслэш)
Tom Hiddleston, Выживут только любовники (кроссовер)

Пэйринг и персонажи:
Адам/Ева, Томас Уильям Хиддлстон, Адам, Ева
Рейтинг:
G
Жанры:
Романтика, Ангст
Предупреждения:
Элементы гета
Размер:
Драббл, 2 страницы, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Каково это жить вечно?

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Фото к фику - http://s006.radikal.ru/i214/1312/51/bd349ea05944.jpg

Бессмертие

3 декабря 2013, 21:05

Учись так, как будто тебе предстоит жить вечно. Живи так, как будто тебе предстоит умереть завтра.

Отто Бисмарк




Звук его шагов эхом разносился по церковному холлу, ритмичными ударами отталкиваясь от стен и высокого потолка. Бум…..бум…..бум….бум.
Как пульс. Биение живого сердца.
Волокна сердечной мышцы сокращаются, обеспечивая такое же ритмическое нагнетание крови из вен в артерии. Бум…бум…бум.
Крови. Горячей. Пульсирующей. Желательно первой отрицательной. Мммм…
Бум-бум.
Сердце человека сокращается за сутки примерно 100 тыс. раз, перекачивая ни много ни мало около 14 т крови. А за 70 лет сердце перекачивает примерно 360 тыс. т крови. За эти годы оно совершает около 2,5 млрд. сокращений. Поистине совершенный механизм. Совершенный, но кто сказал, что вечный. Рано или поздно он ломается. Движение прекращается. Время останавливается.

Но только не для него.

Под ногами хрустнуло. Он остановился, обращая взгляд на свое отражение в осколочной паутине треснувшего стекла. В глазах цвета ртути не читалось ни одной эмоции. Они смотрели бесстрастно, почти скучающе.
Вампир поднял голову, глядя на витражные окна пресвитерия.
Семнадцатый век, не иначе. Конечно не Аусбург и даже не Кентербери, но все равно прекрасная частичка оставленная протестантами истории.* В помутневших красках стекл смутно угадывался библейский сюжет бытия первых людей в Эдеме.
Обойдя алтарь, когда-то освещаемый неугасаемой лампадой, и подойдя к витражу, он едва уловимым движением провел тонкими пальцами по рисунку. Как будто боясь, что он рассыплется. Распадется.
Бессмертная история о потери вечной жизни.
Адам и Ева.
Иронично.
Он много раз за свое долгое существование задавался вопросом: что бы люди отдали, чтобы жить вечно? На многое ли бы пошли, чтобы потерять себя в утопическом хаосе, когда столетия и эпохи сливаются, а грани пропадают. И времени больше нет.
Все так же глядя немигающим взглядом на свое покрытое пылью и временем отражение в витраже, Адам достал из кармана кожаной куртки маленький револьвер и приставил к своей груди.
Хм…
Выстрел из пистолета. С небольшого расстояния. В упор. Под взглядом собственных глаз.
Надавить на спусковой крючок. Курок Кольта спускается мягко, плавно. Механизм подточен так, что достаточно легкого прикосновения, чтобы ударник под действием боевой пружины устремился вперед и нанес удар по капсюлю, поджигающему порох в патроне калибра 22 мм. Пуля скользит по стволу, с шипением вырываясь на волю.
- Бум!
Звук собственного голос на секунду разорвал церковную тишину.
- И времени больше нет. – Прошептал он.
- По-моему, весьма банальный способ покончить с собой.
Вампир поднял голову.
Она стояла на лестнице, ведущей в ныне полуразрушенную часовню, опираясь локтями на ветхие перила. Густые локоны цвета слоновой кости спадали ей на лицо, пряча за своей вуалью серебристое мерцание её прекрасных глаз. Она улыбалась.
- Боюсь, за 15 веков я немного растерял свою экспрессию на данном поприще.
Она медленно спускалась по скрипучим ступеням. Молчаливо. Не прерывая зрительного контакта.
Вот она. Его вечность.
Пустая и бесконечная. Серость, взрывающаяся яркими красками, багряными каплями капающими на нетленную плоть. Вечность которая душит и вдохновляет. Которая смотрит ему в глаза не отрывая взгляда. И живет вместе с ним последним вздохом.
- Адам? – Она обвила его шею руками, зарываясь пальцами в его смоляные волосы.
Его вечность.
- Ева.
Он впился в её уста поцелуем. Страстным. Жадным. Отчаянным.
Она ответила не колеблясь. Ева купалась в неописуемом блаженстве, неосознанно притягивая своего вампира к себе. Сжимая. Вплавляясь в его плоть.
Они делили свое бессмертие под звуки осыпающегося разноцветным дожем витража.
Проклятые. Забытые. Живущие вне времени.
Она оторвалась от его влажных, поблескивающих кровью губ, упиваясь нескрываемым желанием, горящим в его взоре.
Прикрыв веки, он жадно втянул в себя спертый воздух.
- Видимо мы рушим стереотипы, - Ева оттолкнула от себя ногой мутную стекляшку.
Адам посмотрел на зияющую пустотой оконную раму.
- Никогда не любила Ветхий Завет.
Вампир улыбнулся.
- Что ж, - он протянул своей даме руку, за которую та тут же ухватилась, - приглашаю на променад. В морг?
Ева сморщилась.
- Я не ем холодное.
- Тогда за кровью праведников.
- «И возьмет священник перстом своим крови от сей жертвы за грех…»**
- Аминь.
Эхом разнеслось по церкви.


______
* - Самый расцвет витражного искусства в средние века пришёлся на 13-14 века, однако с ростом влияния и благосостояния протестанткой церкви началось их безжалостное уничтожение, которое было связано с тем, что протестанты не приветствовали цветных стекол, считая их слишком вульгарными и вычурными.
** - Книга Левит. Глава 4. ВЕТХИЙ ЗАВЕТ