Эт че? Эй вы че там делаете?

Тихое пиканье и слабые сигналы, подаваемые приборами, говорили, что давление в норме, пульс в норме, даже активность головного мозга - и та в норме. КТГ Показывала четкое размеренное сердцебиение двух маленьких сердец в животике бледного омеги, что неподвижно лежал на казенной кроватке. Альфа ни на шаг не отходил от постели любимого, его сменяли отец и новый папа, лишь на несколько часов, для того, чтоб Марк упал в кресло и уснул сном без сновидений прямо там, в палате, никуда не отходя от любимого человека. Уже две недели длится эта искусственная кома, в которую врачи погрузили омегу до выяснений причин болезни. Пока ехали из аэропорта, Олега все время рвало фонтаном желчи, он трясся в судорогах, его сжигала температура, которую не могли сбить ни одним уколом. Его кости как будто выкручивали, из-за чего Олег кричал. К концу поездки он сорвал голос, и разодрал себе ногтями запястье. Казалось он заляпал кровью и рвотой всю карету скорой, но кровопотеря была минимальной, просто кровь оказалось слишком жидкой, как будто водой разбавили. - Ну как ты? - Я то держусь, а вот как он... - Марк, тут результаты пришли... Не утешительные... - Что? - В общем, после того, как ты нашел пятно на шее, мы сняли с него все цепочки, кулончики и украшения. В кулоне, который он купил в храме, обнаружилась большая доза радиации. - О нет... - Это еще не все. Казалось, бледнее этого альфы быть не может никого, но он умудрился как-то сравняться цветом с белизной простыни. - Что еще? - Острое отравление... - Но мы ведь питались вместе! - Ртутью, Марк. Он отравился ртутью. - Что же делать... - Надо выводить его из комы, дальше опасно его держать в ней, опасно в первую очередь для детей. Марк смотрел на любимого и не мог поверить, что это все происходит с ним. - Пойдем, сядем где-нибудь. Я все тебе расскажу. Выйдя в коридор, Марк впервые отметил, как тихо бывает в его больнице. Весь медперсонал ходил смурной, не встречались глазами с Марком, а у некоторых в глазах стояли слезы. За тот год, что Марк и Олег были вместе, они не пропускали ни одного корпоратива, Олега полюбили все с первой минуты, он был как зажигалочка среди сухих веток. Он мог смеяться со всеми, мог завести всю толпу. Ни раз и ни два он приходил просто так и двумя - тремя словами снимал напряжение, повисшее в коллективе. Его знали и любили. Но еще больше любили за то, что он оживил их шефа. Он заставлял Марка смеяться и ревновать, вызывал на лице такого серьезного врача целый калейдоскоп чувств, которые не стеснялся показывать. Он был простым, но в тоже время он мог спрятаться от всех и погрустить. А если его спрашивали, о чем он так грустно думает, то получали такой ответ, что не замечали сами, как присоединялись к нему, в его думах. Вот огромное глубокое кресло, где он любил сидеть, Олег забирался в него с ногами и укрывшись пледом раскрывал книгу, и все это делало холл таким уютным, что читать выходили многие больные. А как только у Марка заканчивалась смена, плед сразу же скидывался на спинку кресла, книга отправлялась в сумку и Олег с Марком шли домой. Но кресло больше никто не занимал, как бы оставляя надежду, что он сейчас вернется. Плед и сейчас лежал на спинке стула, а больные сидели за столом, каждый в своем кресле и читали. Стеллажи с книгами, которые поставили после того, как Олег попросил, также заполнялись новыми произведениями, которые приносили и оставляли больные. Олег же и принес сюда первые десять книг. Все, все тут напоминало его. И как символично: кабинет Марка находится именно на этом самом тихом и в то же время, еще так недавно, живом этаже, этаже, где лежали больные, попавшие в кому. - Марк. Ты сам врач, и многое знаешь, но я тебе сейчас буду говорить все прописные истины. Радиация воздействовала на него недолго, тут больше ртути скопилось, но вместе это ужасный коктейль. Нам повезло, что организм так быстро просемафорил, и то, что ты обнаружил пятно. Выводить из комы мы будем его завтра. Как только вывод пройдет нормально, возьмем анализы еще раз, но могу сказать точно: на сегодняшний день ртутные показатели и показатели по радиации упали в два раза. Это значит, тебе надо найти то место, где он мог надышаться паров ртути или слизать ртутную краску. - Я понял, обыщу все. - Хорошо. И еще, я не хочу тебя пугать, но возможно три вида развития его беременности. - Какие? - Первый - все хорошо. Второй - дети умрут, и третий - аборт. - Проценты? - Двадцать, пятьдесят и тридцать. - А аборт почему? - Отравленный организм может привести к мутации, а в этом случае ты сам знаешь - аборт, даже без разрешения, по суду. - Но скорее всего дети погибнут. - Это не окончательные выводы, но ты должен быть готов к этому. НЕНАВИЖУ ДЕНЬ СВЯТОГО ВАЛЕНТИНА! ВСЕГДА ТЯНЕТ НА ТАКУЮ ВОЛНУ.