Крылья

Это так странно. Так странно и непривычно, расправив крылья просто мчаться навстречу земле. Каждая попытка хоть немного замедлить падение – тщетна. Ни взлететь, ни остановиться. Остается лишь повиноваться своей судьбе, не в силах сделать что-то. Разве что закрыть крылья, и ускорить собственное падение, но этого не хотелось. Не хотелось просто удариться оземь, не хотелось камнем свалиться с голубой лазури небес, на твердую, черную землю. Есть ли выбор? Нет, иногда бывает так, что единственным выходом является просто «плыть по течению», не больше и не меньше. Он делает взмах крыльями, но они просто рассыпаются как карточный домик, обращаясь в россыпь белых перьев, которые просто взметнулись вверх, уносимые прочь ветром. Теперь даже крыльев нет, и падение становится более стремительным. Стоило ли спорить с судьбой и лишаться из-за этого крыльев? Это покажет лишь время. Сейчас же, есть только падение, только мир там внизу. Прекрасный мир, он действительно позволяет залюбоваться очарованием постепенно приближающейся земли. Позади небо, впереди – земля, но пока падаешь – находишься строго между ними, не подвластен ни первому, ни второму. Только вот земная сила притяжения явно сильнее желания остаться в воздухе. - Проснись. Этот голос. Он был совершенно незнакомым, но проникал в само сознание, сквозь шум ветра в ушах, словно для него не существовало никаких барьеров или преград. Такой приятный, но лишь смутно знакомый, словно он принадлежит кому-то близкому, такому родному но, увы, забытому. - Проснись. Кто зовет его? Кто вносит смятение в и без того мятежную душу? Но вопрос «кто ты» так и не срывается с уст. Этот голос словно пытается сказать «это лишь сон», вернуть к реальности, он зовет, словно манит к себе. Просит отречься от всего и следовать на зов. Забыть пугающее, но приятное ощущение свободного падения, вырваться из паутины собственного сна. - Проснись. Вновь этот голос. Чего он хочет? Проснуться? Знать бы еще, как это сделать, как вырваться из пелены обманчивых снов. На душе стало как-то спокойно и легко, не пугал даже возможный удар о твердую землю. Хочется просто остаться здесь, в этом сне. Пускай потом придет боль или может даже смерть, по крайней мере – потом придет свобода, свобода от вечного сна. Может он уже умер? Нет, это всего лишь сон, слишком долгий. - Просни-и-и-и… - Голос постепенно превратился в какой-то отвратительный звук. Мир смазался, обращаясь в одно бесцветное пятно, а после и вовсе исчез. До земли было еще далеко, неужели он все же смог вырваться из плена собственного сна?