Если я еще раз забуду....

Декабрьское утро, как по расписанию, начиналось с выпавшего снега, немо напоминая о том, что все-таки пришла зима. Для кого-то это начало чего-то нового, нового времени, новых планов, которые надо воплотить в жизнь, а для кого-то это 31-е, 32-е, 33-е ноября. Чувство того, что он что-то забыл, закралось где-то в груди РэпМона, пока он стоял с полотенцем на плече второй в очереди на утренние водные процедуры после Джина. Сам того не понимая, зачем занял себе место, если остальные спали без задних ног в своих кроватках в этот выходной день. Широко зевая, РэпМон в своей голове, как в ежедневнике, расписывал все дела, которые хотел бы сделать за сегодня. Вот дверь наконец-то щелкнула, после 20 минут ожидания, и оттуда вышел Джин, весь светившийся то ли от счастья, то ли от тоника для лица. Мокрая челка падала тому на глаза, но даже так в них виднелось что-то озорное с утра пораньше. Намджун не понимал, как в такое время суток можно радоваться жизни, и легонько кивнув, якобы приветствуя старшего, он закрался в ванную, чтобы сделать свои дела. И все же он не мог вспомнить, что же он забыл. Часом позже в общажной квартире был слышен говор, топот, крики, смех. В общем, был снова тот хаос, которые обычно создают семь парней в одной квартире. Намджун успел переодеться в свитер и теплые джинсы, чтобы с утречка заняться работой в студии - мало ли вдохновение появится, и он напишет очередной трек или микстэйп. А может он просто придет записать влог. Намджун и сам еще не знал, но следовал внутреннему планировщику. Решив перекусить на дорожку, он прошел в гостиную, где, как он помнил, на столике оставались несколько печенек. Но только переступив порог спальни, он встал в недоумении. Вместо печенюшек в гостиной сидели вокруг маленького столика, в том же, в чем и спали, почти все его согруппники, за исключением двоих, и что-то бурно обсуждали, смеясь и улыбаясь. Это было необычно, так как все собирались вместе только для того, чтобы покушать, а до завтрака было еще полчаса. Хотя был еще один вариант, еще одно исключение из правил. Тихонько присев рядом с Шугой, который живо что-то обсуждал с Хосоком, Намджун хотел было поинтересоваться, но его опередили: - Ты куда собрался? У нас же праздник! – восторженно произнес Шуга, оглядывая одетого Намджуна, когда сам щеголял в майке и штанах. - Что? – единственное, что смог спросить РэпМон, не въезжающий в ситуацию. - Ты готов? – Юнги достал из-под столика небольшой подарочный пакет и, удостоверившись, что Намджун его увидел, положил обратно. Но младший продолжал вопросительно смотреть на хёна. - Что? – переспросил он и, кажется, на его лице появилась паника. «Что происходит? Где я, кто я? Что это за пакетик сейчас был?» Шуга внимательно посмотрел на Намджуна, теряясь в догадках, шутит ли он и, догадавшись, что нет, сделал глаза по пять рублей, ну или по рублю, судя по физическим возможностям его глаз. - Только не говори мне, что…- начал было он, меняясь в лице, но тут все услышали щелчок двери в ванную и повернулись на звук. Как и с утра оттуда вышел Джин в том же, в чем и был, только теперь за ним шел Тэхён, закрывая старшему глаза ладонями. Судя по всему, они опять мылись вместе. Тут же Намджун увидел радостного Чимина, аккуратно выходящего из кухни с тортом и полыхающей свечкой в нем. В следующие секунды челюсть Намджуна опускалась все ниже, как он начал понимать, что происходит. - Ёшкин кот! – прошипел он, положив руки на голову. - Придумывай скорее что-нибудь, у тебя есть секунд тридцать или минута, если мы сейчас все его окружим. Вот уж не думал, что ты забудешь про День Рождения собственного друга. Думай быстрее, мы не сможем снова попросить Ви, чтоб он затащил того в ванную, пока мы тут сюрприз готовим. Намджун смотрел на ругающегося Шугу, и ему стало до смерти стыдно. Попасть вот так впросак перед старшими. Он хотел было что-то сказать, но Ви успел открыть глаза Сокджину, и комната окунулась в возгласы и крики с поздравлениями. Первым, конечно же, начал обнимать старшего хёна Ви, так как ему было ближе, и он, стоя все так же позади, душил впереди стоящего в объятиях, упираясь щекой о щеку другого. Вроде бы он даже его чмокнул, но тут на старшего налетел Чимин, перед этим успев поставить торт на столик. Старший из макнэ-лайн обнимал хёна спереди, прижимаясь к груди и что-то быстро тараторя о том, как он его любит. Джин, чувствуя себя, как между двух огней, прятал улыбку в ладонях, но даже сквозь них она была заметна. Он искренне и широко улыбался, глядя на любимых деток. Чонгук, устав ждать, отпихнул Чимина в сторону и на некоторое время занял его позицию, так как он не был таким прилипчивым, в отличие от старшего. Легонько обняв Джина и улыбнувшись, самый младший поздравил хёна, и, получив в ответ благодарность, сел на свое место, игнорируя свирепый взгляд Чжимина, которого вытолкнули на пол. Пока те двое, как обычно, спорили, Ви наконец-то отлип от любимого хёна и занял свое первоначальное место у столика, готовясь дарить подарок, который тоже находился под деревянной мебелью. Хосок тоже довольно сильно сжал старшего в тисках, едва поднимая над полом, но осознав, что это тебе не макнэ-лайн, поставил на место, улыбкой заменяя боль в пояснице. Он тоже произнес несколько поздравлений и, обняв в конце еще раз, тоже устроился обратно. Шуга, как и Чонгук, лишь едва приобнял старшего, похлопав по спине, поздравляя с Днем Рождения. Намджун жалобно посмотрел на него, когда тот вернулся и сел рядом, словно говоря «Мог бы и потянуть еще чуток», но тот лишь пожал плечами. Он сделал все, что мог. Намджун привстал и, улыбаясь, как ни в чем не бывало, подошел к хёну, удивив того своим выходным нарядом. - С Днем Рождения, хён! – восторженно произнес он, сжимая в объятиях Джина, когда внутри него был просто водопад слез отчаяния. - Спасибо, - смущенно посмотрел на него Сокджин, когда тот отпрянул. - Джин-хён, Джин-хён! Мой подарок первым открой! – завопил Тэхён, пытаясь перекрикнуть двух спорящих и полу дерущихся детей. «Вот черт! Он уже к подаркам перешел! Что делать?» РэпМон закусил губу в раздумывании, когда Джин прошел к столику, чтобы взять подарок у любимого донсена. «Может сбежать, пока все заняты?» Но он сразу выбросил эту идею из головы, как только увидел надзирающий взгляд Шуги-хёна. Ви дарил Джину что-то непонятное, и после этого глаза забегали туда-сюда, как заведенные: оставалось все меньше и меньше отстрелявшегося народа. Очередь переходила к Чонгуку. Намджун заметил, что тот подарил ему розовые наушники, ну, это хотя бы было полезно. А то, что подарил Ви…Намджун потом спросит, что это за фиговинка. Когда очередь дошла до Чимина, Намджун благодарил всех Богов и Кайни Веста за то, что этот парень любит болтать. Краем глаза он заметил, что болтушка подарил старшему пазлы с Диснеевскими принцессами. Что ж, вполне ожидаемо от него. Лидер начал оглядываться, сам не зная для чего - не подарит же он ему то, что на полке стояло несколько лет. Присев обратно к Шуге и слушая начало поздравительной речи от Хосока, он начал перечислять в голове, что у него лежит хорошего, статного в сумках, в карманах. Но жвачку, обрывки текстов песен, карту метро дарить тоже не хотелось. - Хён, у меня паника, - прошептал тот Шуге, тиская того за майку, но Юнги лишь отмахнулся, присоединяясь к речи Хоупа. Оказалось, что те подарили ему общий подарок – розовый плед, как раз на зиму. РэпМон смотрел на счастливого именинника, который так и продолжал улыбаться каждому, даже иногда казалось, что у него глаза на мокром месте. Он был счастлив получить столько хороших, полезных и не очень подарков, хотя Намджуну от обилия розового скоро придется темные очки напяливать. Настал этот момент. Закончив болтовню, пять пар глаз уставились на лидера, гадая, что же тот преподнесет сегодня. Шуга лишь виновато опустил голову, слегка ею покачивая. Джин в ожидании сидел на корточках, прижимая к себе пазлы. Намджун сделал глубокий вдох. - Хён! - начало было уверенным. Он подумывал признаться в том, что забыл о его Дне Рождении, но тут одна глупая мысль побила другую. – Я буду твоим подарком! Среди всех сидящих двинулся только Шуга и то в обратную сторону от РэпМона. Джин, выходя из словесного шока, неловко засмеялся. - В смысле? – поднял он брови. - Я буду твоим рабом на этот день, - Намджун не был уверен в том, уместно ли это слово сюда, но что сказано, то сказано. Все немного опешили. Обычно Намджун не дает собой помыкать, но раз такой случай, это лучшее, что он мог предложить. - Ты серьезно сейчас? – Джин, видимо, до сих пор считал, что лидер шутит, но когда Намджун получил подбадривающее похлопывание по плечу от Шуги и слова «Держись, чувак», он и сам был не уверен. А понял он это, когда через пару минут Джин и трое младшеньких собрались вокруг того же стола с листком и ручкой. Шуга собирался пойти в компанию вместе с Хосоком, чтобы поработать в студии, а второй хотел позаниматься немного в репетиционной. И хотя Хосоку было интересно, как это Намджун будет на побегушках у старшего, он хотел с пользой провести выходной. Вместо этого, он просто попросил младших писать ему в Какао о каждом приказе, те, разумеется, с радостью согласились. Намджун как сидел на своем месте в прострации, так и остался, свыкаясь с мыслью, что сегодня все его планы перечеркнут лишь желания старшего хёна. Зато он понял, что это было за терзающее чувство в груди с утреца. - Хён, хён, - на бегу напяливая куртку, Хосок подскочил к Джину, - попроси его убраться в нашей комнате, пожалуйста. Там такой срач, а я устал уже прибираться за семью парнями. О да! Точно! Еще пусть на кухне все приберет, там столько грязи. И в ванне можно, ну и в туалете на худой конец. Гостиную я вчера убрал. - Эй, я не твой раб! – завопил Намджун, видя, как Джин аккуратно все записывает на листочек, и как мелкие посмеиваются втихушку. - О, если бы ты был моим рабом, я бы тебе не позавидовал, - произнес он, захлопывая дверь. РэпМон про себя благодарил Шугу, который сжалился над младшим и ничего не предложил. Но тут завибрировал телефон Сокджина, и тот, взяв его и поводив по экрану, засмеялся, глядя в маленький экран. - Шуга просит тебя не жалеть и скинуть на тебя всю стирку, - посмеялся он, пряча улыбку за кулаком. Намджун, опустив голову, поник куда больше. Судя по всему, сегодня он будет лишь домохозяйкой. - Вы, ребят, есть хотите? – спросил мамочка-Джин. А ведь и правда, с этим заявлением Намджуна все и позабыли о завтраке. Те двое и вовсе ушли, захватив печеньки. Дети закивали головами, Ви даже погладил свой живот в доказательство. – Вот и отлично, Рэп Монстр приготовит нам покушать. День мучений объявлен открытым. - Но хён не так уж и вкусно готовит, плюс, мало ли он чего разобьет там, как обычно это делает. Или палец себе отрежет, - выдал Ви, и Намджун покосился на него в обиде. - Я его проинструктирую, что да как, и уж посмотрю за тем, чтобы он ничего себе не отрезал, - сказал хён, поднимаясь, и, кивнув головой РэпМону в направлении кухни, пошел первым. - Я тоже себе раба хочу, - заявил о своем желании Чонгук, и лишь Чжимин скептически покосился на него. Как позже оказалось, Джин лишь заставил РэпМона почистить и порезать овощи, к кухонной утвари, плите, сковородкам и газу он его все же не подпустил. Мало ли. - Хён, ты же не заставишь меня сегодня весь день общагу убирать? – произнес один единственный вопрос младший за все время готовки, но в ответ получил лишь хитрую улыбку. Завтрак прошел вполне по-семейному, дети и Джин обсуждали, как можно отпраздновать День Рождения, и только Намджуну было не до веселья. Он ждал, когда же настанет момент той ненавистной фразы, которая должна вот-вот вылететь из уст старшего. - Ну что, Намджун-а, помоешь посуду? – Джин, откинулся назад, опираясь руками об пол, и выжидающе глядел на раба. Мелкие злобно хихикали. В мозгу словно помутнело. Лидер иногда подметал пол в общаге, но посуда... Этим всегда занимался Хосок, чему Намджун был несказано рад. Они просто не дружили с мытьем посуды…с детства. Он либо ронял тарелки, либо не достаточно хорошо их чистил. С тех пор у них обоюдная ненависть. Но, надо так надо. Уходя на кухню с горой посуды, последнее, что он услышал, это как Чонгук рассказывал Джину о восторженных возгласах Хосока в Какао-чате. Вернувшись с кухонной каторги, проклиная Хосока за то, что он снова заныкал перчатки неизвестно куда, он увидел, что Чонгук уже лениво валяется на диване, махая ногами и читая мангу, Ви, на удивление, разложил на полу пазлы, которые предназначались для Джина, и тихо - мирно собирал их. Чжимин куда-то пропал из вида. - Закончил уже? – поинтересовался Джин, внезапно появившийся рядом. Намджун хотел было улыбнуться облегченно и кивнуть, но тут в его поле зрения попал агрегат, который держал Сокджин. Друг дней его суровых. Пылесос. - Хён, ты серьезно? – РэпМон постарался сделать жалостливые глазки, но не вышел у него котик из Шрэка. - Вполне, - кивнул тот, - только теперь я могу дать тебе право выбора. Намджун сразу же оживился. - Либо пылесосишь, либо собираешь с Ви мозаику. Ви, услышав это, заграбастал кучку пазликов себе за пазуху. - Я не хочу с ним делиться! Я сам соберу! Впрочем, Рэп Монстр и сам не любил собирать пазлы, в особенности розовые, в особенности с принцессами и, как он сам догадался, Джин об этом прекрасно знал, поэтому и сделал такой выигрышный вариант. Выхватив из рук старшего друга-пылесоса, он поплелся в спальню, в сопровождении хихиканий Джина. Проведя целый час в окружении грязной раскиданной одежды, пакетов с чипсами, валяющимися на некоторых кроватях, Намджун даже сам решил отнести одно в стирку, а другое в мусорку. Джин, наблюдая за этим, не смог скрыть своего удивления. «Ну а что, он бы все равно заставил меня это сделать, - думал про себя Намджун, наваливаясь на ручку пылесоса. - Чтоб я еще раз забыл про его День Рождения…» - Хён одевайся, - открыл дверь в спальню Чонгук, полуодетый в верхнюю одежду, - праздновать пойдем. РэпМон готов был целовать уже до того родной пылесос от счастья, что он избежит участи убирать еще хотя бы одну пылинку в этом доме. - Ну, хоть намекните, куда мы идем, - допытывался от детей ответа Сокджин, закутываясь в пальто и по второму кругу обхватывая свою шею шарфом. Видимо, они еще что-то для него приготовили. Одному Намджуну только не было понятно, почему его никто ни о чем не оповестил. Застегивая шнурки черных демисезонных ботинок, лидер незаметно улыбался от того, что его наказания закончились и они наконец-то нормально отметят праздник, но тут он почувствовал приличный вес, навалившийся на его спину. - Поехали, - обхватив шею РэпМона, произнес Сокджин, едва пряча ехидную улыбку под шарфом. Намджун встал, взглянул в потолок, немо спрашивая, за что… - Шутишь, да ведь? – чуть повернул он голову, но увидев до смерти довольного хёна, повисшего на шее, все стало понятно. Выдохнув, подготавливая себя тем самым к трудному пути в своей жизни, он подхватил хёна за ляжки и посадил на спину. – Если я упаду, ты упадешь тоже, так и знай. Сам подписался на это. Джин лишь довольно кивнул. Ви, повторяя все за старшим, как обезьянка, решил попробовать это на Чонгуке, но тот с первых секунд скинул его обратно. К счастью Намджуна дети привели их к закусочной, в которой они обедали еще с дней трейни, а находилась она чуть ли не через дорогу, поэтому путь был недолгий. - Не думай, что это все, - как-то подозрительно проворковал Джин, открывая дверь в закусочную и пропуская Намджуна вперед. У «их» столика уже сидели Чжимин, Хосок и Юнги. Последний лишь поржал над Намджуном, объясняя это тем, что Хосок передавал все Какао-сообщения ему. - Мне особенно понравилась та часть – «Хён, Мони-хён странный. Он сам только что выкинул мусор» и потом еще «Хён, Мони-хён тащит одежду в стиральную машину. Кажется, он болен и потерял рассудок», - рассказывал Шуга, иногда загибаясь от смеха. Все уселись на пол, окружив любимый стол, и заказали себе море всякой еды, праздник, как-никак. Аджумма даже сказала, что сделает свое фирменное блюдо в честь Дня Рождения Сокджина. Тот искренне поблагодарил тетушку и вернулся к разговору, пока еда готовилась. - РэпМон-а, ну как ты сегодня? – начал стебать раба Шуга, тот, которому Намджун был так верен. - Намджун-а, ты ведь чисто помыл тарелки? – то ли шутил, то ли серьезно спрашивал его Хосок. Но Рэп Монстр не ответил ни на первый, ни на второй вопрос, он всего лишь хотел поесть после изматывающей уборки, и чтобы другие над ним не издевались. Он уже выучил свой урок. - Хён, - сидевший напротив Джина Чжимин привстал, как будто его посетила гениальная идея, - давай мы тебя на трон посадим! Ты же именинник у нас, а даже не выделяешься никак, - язвительно произнес парнишка, сузив свои глазенки. - На какой такой трон? – не понял ни Джин, ни еще пятеро оставшихся, и только Шуга сообразил мысли младшего братишки. - А что, у Намджун-и очень мягкие бедра для сидения. Думаю, тебе будет удобно, - Юнги-хён улыбался, показывая свои десны, переглянувшись с поддакивающим Чжимином. Намджун, казалось, ощутил себя в клетке, которая стоит на площади огромного города, где все прохожие могут делать с ним все, что пожелают. Ну, ничего. До конца Дня Рождения осталось…Намджун даже не хотел знать сколько часов. Иначе время бы тянулось еще дольше. Натянув на себя улыбку, он взглянул на Шугу, обещая себе отомстить за «Намджун-и», после чего отодвинулся. Кажется, некоторые присутствующие не думали, что тот воспримет это всерьез, но РэпМон, схватившись за талию Сокджина, притянул его ближе, сажая к себе на полу скрещенные ноги. Тот даже удивиться не успел, как оказался поверх действительно мягких ляжек. Смущаясь, он обернулся, но Намджун лишь смотрел на Шугу со взглядом «видишь, мне не слабо». - Вот! Так ты хотя бы выше! Как король! – радостный Чжимин вскинул руки вверх. - Скорее как принцесса, - добавил Ви, рассмешив всех. Пока все болтали, Джин нашел момент и повернулся к Рэп Монстру: - Не тяжело? Намджун цинично посмотрел на того снизу. - Почему раньше-то тебя это не волновало? Тот пожал плечами: - Не знаю, - сказал он, состроив невинную мордашку, - я могу слезть, - сказал он, приподнимаясь, но рука Намджуна обхватила талию старшего. - Сиди уж, слезешь, как еду принесут. Ты же принцесса сегодня, - сказал Намджун, глядя куда-то в сторону и пытаясь не обращать внимания на то, что ноги сводило уже минут пять. Тут послышались возгласы Хосока: - О, смотрите, он уже его обнимает! Ууууууууху! Сладкая парочка! Принцесса и его раб! Надо снять фильм об этом, - энтузиазм бил через край у этого энергичного пацана. Намджун поспешил убрать руку с талии Сокджина. - Да я…просто посадил его так…чтоб он не падал, - поспешил оправдаться РэпМон, но Хосока уже было не остановить, и тот продолжал шутить на эту тему. Раб покачал головой от этой компашки и, откинувшись чуть назад, глядел в спину Сокджина, мечтая поскорее отведать вкуснейшей тетушкиной еды. Тетушка в скором времени принесла еду, и Джин, не спрашивая разрешения, вернулся на свое место. Ноги Намджуна даже как-то не сразу пришли в годное состояние, от чего тот начал их разминать, иногда замечая, как Джин краснеет от этих действий. Ну а что, он не пушинка все-таки. Наконец-то настало время взять палочки в руки и на пару минут забыть о своем рабском положении. Завернув немного мяса в салат, в котором уже находился рис, он засунул все это себе в рот. Вот это действительно рай, по сравнению с теми муками ада, которые ему пришлось пережить. Все даже начало налаживаться, пока Чонгук не выдал: - Сокджин-хён, а пусть тебя твой раб кормит, чего ты сам напрягаешься. Все опять заржали с этой прекрасной идеи, а у Намджуна уже шарики за ролики покатились. Уж от макнэ он такого не ожидал. Джин посмотрел на Намджуна взглядом полного воодушевления, тот в свою очередь смотрел на Джина взглядом полного принуждения. - Ладно… Сдавшись от давления глаз старшего, РэпМон сделал ему подобный рулетик из салата, риса и кусочков мяса и, аккуратно завернув, направил это Сокджину в рот, тот, набив рулетом щеки, улыбался, удовлетворенный повиновавшимся рабом. Пока именинник жевал, РэпМон успевал поесть из своей тарелки, но когда тот снова открывал свой рот для следующего захода, ему приходилось отрываться и снова кормить большого ребенка. - Я лапшу хочу, - указал Джин на чачжамён, который пока никто не ел. Намджун кивнул и, ухватив палочками несколько лапшичек, измазанных бобовой пастой, направил туда же. Наблюдая за тем, как хён всасывает лапшу своими пухлыми губами, РэпМон заметил остатки пасты на щеке и уголках его губ. Благо своим языком он додумался облизать губы, но до щеки дело не дошло. - Хён, на щеке еще, - показал на себе раб. Джин повторил, но немного скосил с местоположением. - Да что ты будешь делать-то, - РэпМон, не выдержав, сам аккуратно провел пальцем по щеке Сокджина, надеясь, что… - Ууууухуууу! Что я вижу! – бдящий Хосок был тут как тут. – Если вы попытались сделать ту сцену из Таинственного Сада, то там немного по-другому было, - эта похотливость в голосе старшего заставила Намджуна в изнеможении упасть на пол. «Когда же это закончится?» Поблагодарив тетушку, семеро парней вышли на морозную улицу, сразу же продрогнув. - Бррр, ну чего, домой? – первым подал слово всеми любимый раб. - Еще чего! – воспротивился Чжимин, широко открывая глаза. – Мы так-то еще в караоке идем! Озадаченный РэпМон начал искать ближайший сугроб, чтобы упасть туда и пробыть в нем до завтра, но в начале декабря их и в помине не было. - Вы еще и комнату в караоке заказали? – восторженно припрыгивал на месте от холода именинник. - А ты спрашиваешь! – в той же тональности ответил Чжимин. – Скорее залезай на своего коня, принцесса, и поскакали в тридевятое королевство! Все засмеялись - в кой-то веке Чжимин сморозил хорошую шутку. Однако Намджун уже готов был поубивать каждого, кто подскажет Джину, какими еще способами можно его унизить. - Садись, - присел он перед старшим и сразу же почувствовал, как его шею обхватывают теплые руки. Конечно, Сокджину, как самому заботливому, было уже крайне стыдно перед Намджуном, но такая возможность выпадает не каждый день. И так они шагали чуть позади остальных пятерых, не говоря друг другу ни слова. Хён лишь иногда убирал снежинки с волос РэпМона или же клал свою голову на голову раба, замечая на себе подозрительные взгляды прохожих. «Тут не может ничего произойти. Тут не может ничего произойти», - повторял лидер, как мантру, падая на диван в караоке-комнате. Спина ныла, как никогда раньше. «Я просто спрячусь тут и никуда не вылезу». - РэпМон-а, хочешь спеть? – послышался ехидный голос Шуги-хёна, который все никак не мог успокоиться. Кажется, даже именинник наказывал его сегодня меньше, чем Шуга. - Разве Мони-хён умеет петь? – полюбопытствовал Ви, заграбастав себе номерной список песен и листая его. - Сейчас и посмотрим, - добавил Чонгук, садясь рядом с ним. Шуга уже включил экран, пока Хосок, Чжимин и Джин снимали с себя куртки. «Просто дайте мне полежать здесь в позе эмбриона», - подумал Намджун про себя, а вслух сказал: - Я не буду петь, пока Джин мне этого не скажет. Все разом метнули свои взгляды в сторону самого старшего, который остановился на полпути развязывания шарфа. - Ну, было бы весело, если сделать случайный порядок. И каждый споет то, что ему выпало, чтобы Намджуну не было так обидно, - произнес воспитательным голосом Джин. Все сразу же заныли о том, что он слишком правильный и что это не весело. Однако когда Шуга включил случайный порядок, нажимая кнопочки на сером пульте, и на экране засветился номер, которого Намджун желал в глаза не видеть, Ви просто взорвался от смеха. Чонгук, сидящий рядом и ничего не понимая, выхватил у того перечень песен, открытый на той же странице, где был номер. К итогу два тела валялись и корчились на полу от смеха. За ним последовали и остальные, когда на фоне заиграла IU – Good Day. Душа просто попрощалась с телом лидера. - Я не буду это петь! – сразу же запротестовал он, но Шуга всучил ему такой аргумент, которому нельзя было противоречить. - Ты же не хочешь испортить День Рождения нашего любимого хёна? Намджун почесал затылок, глядя на именинника, который улыбался, что-то бурно обсуждая с Чжимином. И правда, не мог он испортить ему настроение, и, взяв в руки микрофон, удивив при этом каждого и себя в том числе, он пропел, - или по крайней мере попытался, - оставшуюся половину песни, так как первая была удачно пропущена. Закончив под всплеск аплодисментов детей, все еще загибающихся на полу, он краем глаза заметил ярко улыбающегося хёна и понял, что это все-таки того стоило. Хоть как-то он в этот день его обрадовал, дурак забывчивый. Оставшийся вечер в караоке прошел под смех, аплодисменты и радостные возгласы, а также с участием танцев от Джей Хоупа и рэп-фристайла вместо пения от Намджуна. Ближе к одиннадцати Шуга уже вырубился, и РэпМон внутри себя танцевал ламбаду, что больше с его губ не слетит очередное наказание и унижение. По эмоциям именинника можно было судить, что день прошел на славу, ведь улыбка не покидала его ни на секунду. Домой они дошли также: Джин на своем парне-на-побегушках и спящий Шуга на Хосоке, который проиграл мелким в камень-ножницы-бумага. Дети бежали впереди, пытаясь слепить снежки из того, что выпало. На самом деле на снежки это похоже не было, но выглядели они счастливыми. - Намджун-а, - послышался тихий голос хёна возле уха лидера. - М? - День ведь хорошо прошел, так ведь? – его голос звучал слегка обеспокоенно, как всегда он, как мамочка, беспокоился о том, о чем беспокоиться не надо и в помине. Намджун повернулся в сторону, откуда доносился голос, чуть не врезавшись носом в нос Сокджина. Увидев так близко хёна, у которого к щекам поступил румянец от морозной погоды, он мягко улыбнулся и подбросил его выше на спину, чтобы тот не спадал. - Конечно, все отлично прошло. Не волнуйся, хён. Джин, удовлетворенный ответом, уткнулся подбородком в голову Намджуна и стал смотреть на падающий снег, слушая говор любимых спорящих деток. - Ууууухуууу! Что я вижу! – произнес появившийся рядом Хосок, но Намджун, не желая этого терпеть, погнал до дома со скоростью света. Скоро должно было пробить полночь, но Намджун, на всякий пожарный, прятался в ванной, принимая душ больше положенного. Мало ли у Хосока фантазия разыграется, и он заменит Шугу, предлагая потереть Джину спинку. Но, вернувшись в спальню, у него словно пятитонный грузовик свалился с плеч, когда он увидел всех спящими. «Я выжил!» - тихо поднял он руки к потолку, жмуря глаза от счастья. Он и не думал, что быть рабом это так трудно, и это не считая того, сколько раз Джин мог бы сжалиться над ним, если бы не особенные личности. Вытерев полотенцем мокрые волосы, он довольный нырнул к себе в кровать, под одеяло, надеясь как можно скорее оказаться в своих снах, но снова не тут-то было. - Йа! Ким Намджун! – прошипел кто-то в комнате. Лидеру уже казалось, что это просто слуховые галлюцинации на почве изнеможения, но голос снова нарушил тишину. – Ким Намджун! Я знаю, что ты не спишь! РэпМон нехотя приоткрыл один глаз, и увидел на другом ряду, на втором ярусе полу свисавшего хёна, который тут же ему улыбнулся. - Чего тебе на этот раз? – прошептал лидер. - Подойди сюда, - подозвал тот его рукой. Размышляя над не очень заманчивым предложением, РэпМон глянул на часы на своем смартфоне. Было еще 11:58, так что пришлось повиноваться. Намджун встал и подошел ко второму ярусу, который был ли не намного выше его самого. Джин лежал уже под новым розовым пледом, подаренным с утра Хосоком и Юнги. Прикусив нижнюю губу, было видно, что он хотел что-то сказать, не зря же он его позвал. - Ну что? Говори. - Намджун-а, - хён выглядел странно, с бегающими глазами и ерзая на кровати, - а сделай 20 приседаний. РэпМона как будто сам Майк Тайсон в нокдаун отправил. - Ч...что прости? – Намджун не сразу поверил в то, что это звучит от него, а не от Шуги. - Ну! Что слышал! – Тот отвел взгляд. Видно было, что Сокджину неловко это повторять. РэпМона, кажется, одолела истерика, но он повиновался, все же пока что он его раб. Джин становился все счастливее после каждого раза, как РэпМон достигал его уровня. - Доволен? – развел руками лидер, восстанавливая сбившееся дыхание. Сокджин кивнул и вытер рукавом своей кофты проступивший пот на лбу Намджуна. - Это было мое личное наказание за то, что ты забыл про мой День Рождения, - опять прозвучал этот нравоучительный тон. Однако Намджун опустил голову, ведь он заслужил его. - Ты догадался, да? - Честно говоря еще с того момента, когда ты с утра проскользнул мимо меня в ванную, не сказав ни слова, - улыбнулся хён, но РэпМону было стыдно даже поднять на него свой взгляд. – Но твой подарок пришелся мне по душе. Если в следующий раз, ты еще раз забудешь… - Вот если я еще раз забуду, ты можешь иметь меня как пожелаешь! Клянусь! – приложил он руку к груди, сам того не осознавая, что дико смутил Сокджина своими двоякими словами. - Тогда, пока ты еще мой раб, скажи, что твой хён лучше всех, - прошептал старший, сжимая в объятиях подушку. РэпМон гордо закинул голову и улыбнулся: - Мой хён лучше всех! – показал он в добавок два больших пальца. - И в щечку поцелуй! – тыкнул Джин своим пальцем себе в пухлую щеку. - Хён! Опять эти твои нежности! И, кстати, сейчас уже за полночь, так что я могу легко отказаться от выполнения всех твоих поручений! – начал спорить РэпМон, но Сокджин его и не заставлял. - Ладно, как хочешь – кивнул тот, всем своим видом показывая, что разговор окончен, но надувшимися губами говоря, что он обидится, если младший этого не сделает. - Да чтоб тебя! – РэпМон привстал на цыпочки, чтобы дотянуться и чмокнул хёна в щечку. – Это за то, что у тебя был День Рождения, за то, что я тебя очень ценю, и за то, что я дебил конченный, который забывает о Дне Рождения дорогого мне человека! - Уууухууу! Конечно же, Хосок не спал.