Совсем как мы

Первые две недели в разлуке прошли гладко. Томас и Ги вместе со своими чобитами разлетелись в разные уголки мира, сольно работали над созданием музыки. Ги-Мануэлю пришлось признать, что Бангальте был прав: присутствие его двойника рядом немного успокаивало и даже настраивало на работу. Он не собирался использовать TB-75 как прислугу, хотя тот помогал ему даже с домашними делами по своей воле, прямо как Том. Он всегда был услужлив, терпелив, весел и жизнерадостен, много болтал, но при этом умудрялся совсем не отвлекать от дел. Как бы стыдно не было Ги это признавать, если бы не уши, как у серебряного шлема, то он бы и не отличил чобита от настоящего Томаса, настолько хорошо были проработаны его характер, внешность и чувства. Но не обошлось и без ложки дёгтя. По прошествии этих двух недель, Ги-Мануэль начал замечать некоторые странности за TB-75, которые он точно не мог уследить в Томасе. Чобит стал менее подвижным и активным, даже отрешённым. Иногда он о чём-то глубоко задумывался и не сразу замечал, что Ги говорит с ним и реагировал только через пару секунд. Гимэн не припоминал случаев, когда Томас впадал в такое состояние, и первой его мыслью было, что случилась поломка. Несколько раз он расспросил TB-75 о самочувствии, в порядке ли система и механизмы, но все самопроверки показывали, что чобит в полном порядке. Омем-Кристо думал, что TB-75 учтиво обманывает его для того, чтобы он не волновался. Никаких способов проверить этого не было. Но в один прекрасный вечер, когда Ги курил на балконе и думал о Томе, его неожиданно осенило. Ги-Мануэль терпеливо ждал, пока Бангальте возьмёт трубку. Дозвонился он до него не с первого раза, но когда в трубке раздался бодрый, весёлый и такой родной голос Томаса, на душе Ги сразу стало спокойно и хорошо, что он позволил себе небольшую улыбку. — Привет! Ну как ты там? Я так соскучился! — радостно верещал Том, явно очень обрадовавшись звонку. — Да, привет. Я тоже соскучился, — Гимэн кивнул неизвестно кому, улыбаясь, — как успехи? После долгого разговора о работе, музыке, прочих мелочах и обмена нежностями, Ги решил завести тему о чобитах, но всё никак не мог начать. Неожиданно, Том сам заговорил о них на руку Ги-Мануэлю. — Знаешь, GM-74 ведёт себя довольно странно… — В смысле? — якобы не понимая, о чём говорит Томас, спросил Ги. — Ну, он постоянно задумчивый… — голос в трубке притих, давая понять, что Том задумался. — А разве я не такой? — Гимэн усмехнулся. — Да, но не настолько же! В общем, это странно. — Дай угадаю: он грустит, постоянно молчит, откликаясь только на твои просьбы, да при чём не сразу да и вообще стал до невозможного меланхоликом? — Да! — восторженно воскликнул Бангальте, — Как ты узнал? И ты знаешь, как это можно исправить? — Всё даже проще, чем кажется. Слушай…