Капитан

Чувства женщины всегда непостижимы и таинственны. Она может спрятать их за легкой вуалью спокойствия, закрыть мягким флером тайны или же похоронить их под маской безмятежности. И все же, по некоторым жестам можно догадаться о наиболее сильных ее эмоциях. Тех, что в одночасье переполняют душу и сердце, выливаясь через край, как прекрасное и терпкое вино. Понять же археолога из команды Мугивар без ее желания почти невозможно. Это поразительное и прекрасное создание всегда безмятежно. Даже перед лицом опасности на ее устах играет лишь легкая улыбка. Всегда со спокойным выражением лица и мягкой осторожностью в глазах она читает свои книги, постигая новые знания или же просто развлекаясь, и пьет черный кофе, любезно преподнесенный Санджи. Никто не знает, даже ее подруга Нами, о том, что таит в себе сердце Робин. Какие тайны она похоронила в нем и не выпускает. Возможно, там скрыто нечто важное, невыносимо прекрасное, но болезненное чувство. Любовь. Робин часто задумывалась над важным для нее вопросом: «когда она успела его полюбить». Не в первую минуту, когда увидела листовку. Нет. Тогда была лишь заинтересованность в этом человеке, как в забавном противнике. Но самое странное в том, что от улыбки, изображенной на этой листовке, на душе становилось тепло. Такой мальчик, а уже победил сильнейших в своем море. Небольшой парадокс, столь заинтриговавший ее. Уже тогда она попалась в ловушку. В его храбрости и верности принципам она смогла убедиться воочию, когда команда Мугивар плыла к Литтл Гарден, и после встречи поняла, что это достойный противник, с которым ей хочется вновь увидеться. Но все же, своей непредсказуемостью он может уничтожить все к чему она так долго шла. Далее череда его битв с Крокодайлом, ее боссом, спокойно предавшим девушку. Робин давно уже привыкла к этому, пустота от этого не столь давила девушку, как осознание собственной никчемности. Панеглиф оказался не тем, что она ожидала. Тогда жить не хотелось вовсе. Лучше погибнуть, чем далее терпеть свое существование. Надоело. Но все ее карты вновь смешал этот забавный мальчишка, распространяющий тепло одной своей улыбкой. Далее ее приняли в команду. Она вступила в нее по собственному желанию, навязываясь. Капитан принял ее присоединение радостно. И вновь, тепло распространилось по ее душе, отзываясь в сердце. В сердце, давно не получавшем такой заряд радости. Команда относилась к ней недоверчиво и в этом не их вина. Она понимала их. И все же. Если бы не Капитан, она никогда не полюбила бы и этих людей. Пройдя череду испытаний вместе с ними, она приняла их как свою семью. Оттого и было тяжело их «предавать», жертвуя собой. Но разве мог бросить свою любимую накама Луффи? Нет. Он пришел за ней и звал с собой и тогда, эмоции до того сдерживаемые маской безразличия, которую она носила уже много лет, сорвали ее. Плотина была прорвана чувствами, нахлынувшими в ее душе. Она просила забрать ее с собой в море, что ее любимый Капитан и сделал. В тот день, она открыла полностью свое сердце этому человеку. В нем поселилось это ужасное, но все же прекрасное чувство. Опять же, парадокс. Похоже, парадоксальность всегда будет его окутывать. Она знает, что ее чувства останутся безответны и больше чем накама они не станут. Но разве этого недостаточно? Робин готова следовать всюду за своим Капитаном. За тем, кто вершит историю. Она готова помочь переписать ее заново.