Счастливый билет

Выбирая направление, в котором ты будешь двигаться по жизни, стоит помнить, что в некоторые из них жизнь даёт билет лишь в один конец. Вот только, когда ты делаешь робкий шажок в неизвестном направлении, сложно поверить, что это мизерное движение будет для тебя роковым, и возврата к прошлому уже не будет. Никогда. *** Сквозь закрытую дверь комнаты доносился голос комментатора — это в зале работал телевизор. Отец смотрел спортивный канал. Было слышно, как мама гремит посудой на кухне. Битва за чистоту в доме была в самом разгаре. Плохо ложиться спать раньше родителей. При таком шуме фиг уснёшь. От постельного белья пахло ополаскивателем и свежестью. Из-за света от экрана телефона, казалось, что в комнате кромешная тьма. — Мф! Мастурбировать одной рукой было неудобно, поэтому, положив телефон на подушку и освободив тем самым вторую руку, я повернулся на бок. Видео с участием Юры шло по третьему кругу. Пальцы мягко скользили по стволу, тёрли головку и уздечку. Я быстро возбудился от вида голого парня, а вот кончить не мог. Первые же попытки дрочить на друзей показали, что это проще, чем кажется. Я легко втянулся. Проблемы начались неделе на третьей активного юзанья собственного тела в комплекте с визуальными образами Влада и Юры. Сначала спасали память и фантазия, потом перестали помогать и они. Даже ненавистные поначалу воспоминания нашего первого и единственного на данный момент раза через некоторое время перестали заводить, доводя до желанной разрядки. Кончить стало проблемой. Возбуждался я теперь мгновенно. Мне больше не нужны были фото и видео — достаточно было Влада или Юры рядом. Вот только рассказывать им об этом я не спешил. После случая на кухне и моего признания в том, как тяжело мне после их предательства, Влад и Юра перестали настырно лезть в моё личное пространство. Решили выждать, когда я сам созрею. Но чем больше проходило времени и я «зрел», тем невыносимее становилось в их обществе. Дошло до того, что я мог кончить от обращения ко мне по имени. Я нервничал и избегал их. Влад психовал, Юра беспокоился и был предупредителен со мной, будто я барышня с ПМС или беременная женщина. С каждым днём обстановка накалялась всё сильнее. Свет экрана моргнул, на мгновение погружая комнату в непроглядный мрак. Видео вырубилось, телефон завибрировал, показывая вызов от Юры. Я замер, думая, стоит ли брать трубку. Мысль, что кончить самостоятельно мне, возможно, не удастся, всё же заставила ответить на звонок, но первым начинать разговор я не стал. — Лёша? — после продолжительной тишины позвал друг. — Мммф! Уткнувшись в подушку, именно этого я и ждал, наверняка зная, что кончу, услышав его голос. — Да? — сипло ответил я. — Я тебя разбудил? Прости. — Ничего страшного. Чего хотел-то? — Поговорить. — В час ночи? — с иронией спросил я и потянулся за салфетками. — Сегодня пятница, завтра выспишься. Просто уточнить хотел. Ты не передумал? — Насчет чего? — Насчет нас с Владом, — я недоумённо замолк, и Юре пришлось продолжить: — Ну… о нас и постели. О сексе втроём, в общем. — Нет, — насторожился я. — Может, испугался в прошлый раз? — Это не так. — Просто с того раза всё вернулось к самому началу, даже хуже, — Юра тяжело вздохнул. — И ты мне об этом решил сказать по телефону? — Смелости не хватало сказать при встрече, — признался он. — Даже Влад не поднимает эту тему. Но если мы не поговорим, то всё окончательно зайдёт в тупик. — И что ты предлагаешь? — Твои родители едут в эти выходные на дачу? — задал Юра, казалось бы, невинный вопрос. Вот только я его знал с детства. Такие вопросы Юра решал напрямую с моими родителями. Он просто не мог не спросить об этом мать, а значит, ответ знал лучше меня. А раз он его знал и спрашивал, из этого следовало что? — Лёша? — Ты себя начинаешь вести как Влад. Говори уже, что хотел. — Давай на выходные махнем за город. Только ты, я и Влад. Нам нужно поговорить. — Совсем сдурел! — вырвалось у меня. Я недоумевал, с каких пор, чтобы поговорить нужно уезжать за город? Разве что предполагалось, что кто-то этот разговор не переживёт и труп будет легче прикопать по-тихому. Эти мысли вызвали нервную усмешку. — Лёш, ты боишься оставаться с нами наедине? — его голос дрогнул, выдавая обеспокоенность. Но это всё было фигней по сравнению с тем как приссал я сам. За город, угу. Там же толчок на улице, баню и печь надо топить. Всего две комнаты не считая кухни в доме. Никакого уединения. Да эта поездка уже к обеду закончится бурной оргией. От набившихся в голову образов и фантазий я снова возбудился. — Нет, — напряжённо ответил я, сам себе не веря в тот момент, потому что боялся. Еще как боялся! С каких пор я стал пускать слюни на подушку от мысли о нас троих в одной постели? Я помнил страх и неприятие, предательство и боль потери, злость и бессилие. Но не мог вспомнить того момента когда всё это начало так заводить. — Тогда поедем? — Вы уже договорились, — понял я. — Да. Завтра в час мы с Владом будем у тебя. Ему родители машину дадут. Надеюсь, он нас не угробит по дороге. — Почему за рулем он, а не ты? — Это же Влад, ему надо покрасоваться, — напомнил Юра. И только положив трубку, я вспомнил, что надо было делом заниматься, а не языком трепать пока Юра был на связи. Теперь же мне предстоял холодный душ. *** Крутость Влада за рулем зашкаливала. Рядом с ним сидел Юра. Раньше я бы устроил скандал за место рядом с водителем, из-за этого, собственно, парни и соперничали в том, кто поведёт машину, это я теперь задним числом понял. Но последние события не настроили меня на воинственный лад, и сидеть с кем-то из друзей бок о бок я не рвался. Так что, мирно загрузившись на заднее сидение, отключился и спал до самого приезда. Влад и Юра поглядывали на меня, думая, что я этого, как обычно, не замечаю. Но после анальной кары за свою невнимательность я ловил каждый их жест и интонацию, боясь что-то упустить. Весь мой мир с того дня сошёл со своей оси и теперь крутился вокруг этой парочки. Они добились, чего хотели. Никогда ещё я не тратил столько времени, наблюдая за парнями, никогда не пытался так отчаянно докапываться до причин их действий, напряжённо вычисляя подоплеку поведения. От ускользавших от меня раньше мелочей теперь кружилась голова. Мимолётные взгляды, незначительные жесты, мельчайшие изменения мимики. То, как оба застывают рядом со мной, как занимают строго определённую позицию подле, как непринужденно ловят понятные только им сигналы, подстраиваясь или перестраиваясь на ходу. Мне же оставалось только поражаться, насколько слеп я был, раз не замечал этих сканирующих взглядов. Всегда думал, что Владу на меня плевать. Он практически не смотрел в мою сторону, наблюдая за машинами, людьми и животными на улицах, подмечая любые внешние мелочи. Казалось, ему нестерпимо скучно в нашей компании. В отличие от Юры — вот кто был полностью поглощён общением со мной, ни на секунду не отводя заботливого взгляда. Однако я никогда не замечал того, что, стоило Юре пропасть из виду, и Влад переставал пялиться по сторонам. Они как няньки сменяли друг друга, распределяя роли и обязанности в зависимости от ситуации. Обновленная картина мира поражала. Причин не верить ей не было. Упасть же в объятия открывшейся реальности было страшно. Впрочем, с Владом и Юрой это не казалось таким уж испытанием. И в то же время именно из-за них принять новую действительность было так непросто. Гордость и упрямство восставали против капитуляции перед Владом. Сдаваться категорически не хотелось. А ещё было стыдно перед Юрой. Вот только продолжать и дальше убегать от себя и друзей было не то что невозможно, а скорее опасно. Нет, перспектива оказаться вжатым в постель больше не пугала. А вот опоздать я боялся. Долго ли они будут меня ждать? Уж Влад и Юра женским вниманием никогда не были обделены и быстро нашли бы себе утешение. Может, даже уже нашли. Пока ещё вернуть их я мог. Хотелось привязать друзей к себе так, чтобы оба и думать не смели о ком-то ещё, не помышляли о расставании. Для этого требовалось многое отбросить и смириться с не меньшим. *** Как только мы переступили порог дома, Влад пошёл разводить огонь в печи. Юра потащил пакеты с продуктами на кухню и, судя по доносившимся оттуда звукам, окопался там надолго. Я же направился в свою комнату, чтобы закинуть вещи. Скинув их на кресло, и всё ещё чувствуя вялость после сна в машине, завалился на кровать. Мы часто отдыхали тут втроём или с компанией, когда родители оставались в городе. Влад и Юра чувствовали себя у нас на даче, словно у себя дома. Я никогда не противился их желанию похозяйничать, вот только на этот раз их уверенность раздражала. Ещё никогда я так не нервничал, даже в свой первый раз с девушкой. О перепихе с Владом и Юрой не вспоминаю. Тогда я был поставлен перед фактом, не поспевая за событиями и впав в оцепенение. От беспокойных мыслей меня оторвал стук. Юра стоял на пороге, барабаня о косяк, чтобы привлечь моё внимание. — Вы уже решили, где будете спать? — нехотя отозвался я. — Вообще-то думали спать втроём на кровати в большой комнате, — ответил он. — Чего? — от такой новости я резко подскочил. — А что такого? Мы часто так делали раньше. Напускное спокойствие Юры меня не обмануло. Его взгляд был сосредоточен, а плечи напряжены. Как он умудрялся раньше что-то от меня скрывать? Стоило захотеть, и я мог читать его как открытую книгу. Это открытие взволновало. — Ладно, одну ночь как-нибудь переживу, — проворчал я. — Надеюсь, больше ничего странного вы не придумали? — Ничего такого, — заверил он. — Всё как обычно. Баня. Шашлыки под пиво. — Юр-р-ра, — предупреждающе начал я, прямо взглянув на него. — С каких пор ты стал плести интриги за моей спиной? Я думал, что хотя бы на тебя могу положиться. Какого чёрта я должен теперь и твои слова подвергать сомнению? — Прости, — тут же потупился он. — Начал отдых с наездов, Лёлик? — за спиной Юры появился Влад. — А нехрен меня, как тёлку, разводить на секс. — От тебя теперь не то что секса — поцелуя не дождёшься. Ты вообще в курсе, сколько времени нам мозг ебёшь? Четыре месяца, Лёлик. Да я в жизни ни за кем столько не бегал. — Ага, прям убегался весь. Начинать разговор о том, что они оба явно не монахами ходили все эти месяцы, я не стал. Понимал, что столько никто бы ждать не стал и что сам во всём виноват. Мне было необходимо это время, чтобы прийти в себя, решить что делать и смириться со своим решением. — И чего мне от вас ждать? — задал я прямой вопрос. — Боже мой, да ничего. Не будем же мы тебя насиловать, — Влад устало потёр ладонями лицо. Оба парня стояли на пороге комнаты, не решаясь его переступить. В этот момент я понял, что имел в виду Юра, говоря, что всё было куда хуже, чем в начале. Я увеличил дистанцию между нами, заставив друзей соблюдать определённое расстояние. В машине и сейчас они не пытались приблизиться. Одна беда, если бы расстояние не соблюдалось, я бы сам на них набросился. И что было с этим делать не представлял. Скажи я о своих затруднениях друзьям, и всё бы решилось само, но сделать так не позволяла гордость и остатки здравого смысла. Решения решениями, а расхлёбывать заварившуюся кашу всё равно придётся потом мне. Это-то и останавливало. — Ладно, только в баню я один пойду, — вздохнув, согласился я. — Можно подумать мы тебя съедим, — фыркнул Влад. О том, что там они смогут сделать со мной вообще всё, что захотят, я промолчал. *** Дом постепенно прогревался. Влад ушёл разбираться с баней. Юра шаманил на кухне. Я занялся уборкой. Хоть мама и держала дом в чистоте, но тут порой никого не появлялось по несколько недель. — Лёша, смени постельное бельё, — сказал, явившийся посмотреть на то, как у меня идёт работа, Юра. Недобро на него глянув, я уже собирался высказать всё, что думаю о его «предусмотрительности», но он меня опередил: — Оно пропахло сыростью, а ты ведь этого не любишь. — Какая забота, — пробормотал я себе под нос. Я понимал, что веду себя, как последняя истеричка, но сделать с этим ничего не мог. Попытайся Влад или Юра всерьёз на меня надавить, и я бы тут же улёгся на спину, поднимая лапки кверху. Знание этого не давало покоя, заставляя ворчать по любому поводу. В баню я пошёл последним. Забился подальше от непрозрачных стёкол окна и с содроганием начал приводить себя в надлежащий вид. Надо сказать, что с задницей своей никаких манипуляций я до этого дня не проделывал, отодвигая все эти эксперименты на «потом». Вот только, как ни откладывай, а если уж решил пустить парня в свою жопу, придётся осваивать и чёртову анальную гигиену. Переживания и унижения вымотали меня, так что, когда я расположился у костра с шашлыками и пивом, мне хватило и стакана на голодный желудок, чтобы отрубиться. До еды я так и не добрался, до постели — тем более. Разбудило меня то, что моя тушка взмыла вверх. Ткнувшись носом в шею и добившись тем самым судорожного вздоха, я распознал в своём носильщике Юру, после чего без зазрения совести обхватил его руками, прижимаясь плотнее, за что был стиснут до хруста костей. — Влад остался костёр тушить, — напряжённым голосом прошептал он. — Сейчас отнесу тебя домой, уложу спать и помогу ему убрать всё с улицы. Я угукнул ему в ответ, а сам стал прикидывать, что мне делать дальше. Ещё днём, когда менял постельное бельё, я приготовил презервативы и смазку. Сейчас они лежали под подушкой. Пока Влад и Юра копошатся на улице, я ещё успевал всё это убрать обратно в рюкзак. — Может, хочешь поесть? Ты ничего с самого утра не ел, — предложил Юра. — Нет. От волнения голода я не чувствовал, а пива было выпито слишком мало. Усыпить меня оно усыпило, но не опьянило. На крыльце я скинул обувь. Юра, не выпуская меня из рук, сделал то же самое. Пройдя в дом и включив свет, он всё же был вынужден разжать руки, чтобы опустить меня на кровать. Я тут же начал стягивать с себя одежду. — Тебе помочь? — спросил он. — Ага, — пропыхтел я, пытаясь стянуть водолазку через голову. Кожи на животе коснулись его холодные руки, и я вздрогнул, замирая. — Холодно? Мне прекратить? — тут же отреагировал Юра. — Нет, продолжай. Больше помощи в моём раздевании он не дождался. Я же дрожал и цепенел от прикосновений. Пережитый когда-то шок парализовывал, страх давно перерос в возбуждение, оставив острый букет из адреналина, нервной дрожи и бешеного сердцебиения. Разобравшись с водолазкой и футболкой, Юра коснулся ладонью моего лба. — Ты случайно не заболел? Тебя всего колотит. Да и есть отказался, — начал он допытываться. — Всё в порядке. Давай дальше, — совладав с голосом, сипло ответил я. Юра ещё немного посверлил меня взглядом, но просьбу выполнил, присаживаясь рядом с кроватью на корточки, чтобы стянуть с меня носки. После чего я поднялся на колени и опёрся на его плечи, чтобы помочь стянуть штаны с моей пятой точки. Правда, штаны так и остались на мне, спущенные только до колен. Картина маячившего перед самым носом стояка, оттягивавшего ткань трусов, замкнула друга напрочь. Я уже было решил сам продолжить раздеваться, когда Юра отмер и нерешительно придвинулся к моему паху. Расстояние между нами сокращалось убийственно медленно. Мысли метались из крайности в крайность: то мне хотелось самому уже наброситься на друга, то оттолкнуть его и закутаться в одеяло. До того, как я почувствовал губы Юры через ткань, кожу опалило его дыхание. И я кончил. Нет, ну а чего вы ожидали? Постоянное возбуждение и лишь мастурбация для разрядки — этого чертовски мало для того, кто привык к полноценному физическому контакту с партнёром и всеми вытекающими. Юра разочарованно застонал, набрасываясь на меня голодным зверем. Стянув трусы, он принялся вылизывать испачканную в сперме кожу, с каждой секундой всё больше теряя над собой контроль. Ожидаемой паники я так и не испытал, даже когда он завалил меня на кровать и подмял под себя, освобождая от спущенных штанов и трусов. Ощущая жаркие поцелуи на животе и груди, слепо шарившие по телу руки, я испытывал лишь удовлетворение от того, что Юра сейчас полностью принадлежал мне. Всеми мыслями и побуждениями, до самого тёмного закутка жаждущей близости души и частички разгорячённого возбуждением тела. Весь без остатка, только мой. Он судорожно выпутывался из своей одежды, торопливо и грубо срывая ткань, отчего та трещала и искрила от статического электричества. Когда с верхней частью было покончено, и я смог дрожащими от нетерпения руками прикоснуться к обнаженному торсу Юры, то от желания ноги сами разъехались в стороны. Радовало, что он был не в том состоянии, чтобы заметить моё постыдное стремление принять, подпустив как можно ближе, притянув к самому сердцу, полностью раскрывшись. Я так и не смог найти в себе желания трахать парней, зато жажды оказаться под ними было в избытке, как и гордыни, твердившей, что такого допускать нельзя. И если в случае с Юрой свою гордость обуздать я мог, то с Владом всё было куда сложнее. Тем более, что Влад обязательно потом припомнил бы моё развратное поведение. Соприкосновение с горячим на ощупь телом Юры лишало возможности нормально дышать и сколько-нибудь трезво мыслить. Добравшись, наконец, до его губ, я напрочь забыл о реальности, чувствуя только опустошающий телесный и эмоциональный голод. Ощущения смешались. Жар полностью обнаженного тела Юры проникал, казалось, под кожу. Его эрекция столь желанная как доказательство принадлежности и покорности. Взаимные бесстыдные касания, глубокие поцелуи, сбившееся дыхание и грубая жажда, пронизывающая любые действия. — Да вы охуели совсем! — раздался от двери полный ярости вопль Влада. Юра даже не подумал отреагировать на шум. Я же распахнул глаза, пытаясь сфокусировать взгляд на злом, как цепная собака, Владе, дёрнул головой, разрывая поцелуй. Юра недовольно заворчал и переключился на вылизывание моей шеи и ключиц. Я же опустил ногу, которую закинул было на Юру в поисках более полного контакта. — Влад? — севшим голосом позвал я. — Ебать! — простонал парень, резко отворачиваясь. — Лёха, приди в себя. Юрыч уже невменяем. Его будет очень сложно остановить. — Не надо. — Блядь! Ты что, не понимаешь, что он тебя сейчас трахнет? — Влад вновь развернулся к нам. Юра ёрзал между моих ног, потираясь членом о член. Желание почувствовать его чуть ниже и глубже с лёгкостью перевесило смущение и опасения. — Хочу его, — выдохнул я, невольно выгибаясь навстречу Юре. — Вот значит как, — черты Влада заледенели. — Что же, тогда оставлю вас наедине. Он развернулся было к двери, чтобы выйти, но я его остановил: — Стой! Подскочив на кровати, я сбросил с себя Юру и сел на колени. Юра тут же поднялся и обнял меня со спины, целуя плечи и шею, он скользил вдоль тела, настойчиво потираясь членом, и не обращая на происходящее никакого внимания. — Тебе стоило сразу сказать, что выбрал его, — обернувшись, сказал Влад. — И не ебать нам мозг. Ломался как целка-невредимка, а в результате раздвигаешь ноги, как последняя шлюха. Неужели так понравилось, когда тебе в задницу загоняют член? Или в рот тебе больше нравится? Несмотря на обиду и злость, я с ужасом понял, что рассуждения Влада о моей шлюшности заводят. Поняв всё не так, Влад распалился и как всегда начал «крушить», но не в прямом, а в переносном смысле. Он всегда знал, что сказать, чтобы противнику захотелось наложить на себя руки. Однако чем жёстче и непреклоннее слова слетали с его губ, тем хуже было на душе у него самого. Чтобы прощать такое поведение Владу, его действительно надо было неслабо так любить. Вот только моя гордость была против, восставая каждый раз, когда речь заходила об уступках этому непрошибаемому эгоисту. — А ты, я сморю, отлично разобрался в ситуации, — ехидно ответил я. — Стоит на тебя раз взглянуть чтобы понять: ты предназначен для того, чтобы мужики в тебя кончали. Только врождённая тупость не позволяла тебе самому в этом разобраться. Юра накрыл мой пах рукой, начиная надрачивать член, подушечками пальцев другой руки касаясь заднего прохода. Говорить, как и дышать, стало сложнее. — Ты открыл мне глаза, — с придыханием выдавил я. — И что, сам кончить в меня не хочешь? Удивляюсь твоей уступчивости. Не свойственное тебе благородство, отдать другу право первенства. Горжусь прям. Всё всем простил. Благословил. Ну, что же, иди самоудовлетворись на толчке. Или хочешь посмотреть на нас? Какой ты, однако, скромник. Что, даже за четыре месяца, которые я тебе мозг ебал, не накажешь? Не ожидал от тебя такого всепрощения. — Заткнись, — Влад опустил голову. — Я и так еле держу себя в руках. — Молодец, Владик, — похвалил я, и тут Юра предпринял попытку вогнать пальцы в мою задницу. — Чёрт! Юра, ты что, без смазки решил это сделать? Понятное дело, что своими словами я ничего от него не добился. Зато Влад вздрогнул и сделал шаг к кровати. — Юр-р-ра, хватит проталкивать пальцы. Смазка под подушкой, дебил. Воспользуйся ею. Ааах, подожди же! — О, на этот раз ты подготовился, — пробормотал Влад, совсем приблизившись к кровати. — Что же, думаю, что могу получить награду за содействие в ваших отношениях. Он достал из-под подушки смазку и презервативы. Отдал один презерватив Юре со словами: — Надень. Пожалуй, Юра бы не послушал его, но Влад отловил его руку, вручая презик. После чего тот присмирел, натягивая презерватив. Влад же открыл тюбик и, схватив сопротивляющегося Юру за руку, выдавил на его пальцы обильную дозу геля. — Юрыч, нанеси на член. Всё это время Юра хоть и пытался выдернуть руку из хватки Влада, но не отрывался от меня, продолжая целовать и вылизывать. Впрочем, Влада он услышал и смазал себя, после чего пальцы с гелем беспрепятственно оказались у меня между ног, двинувшись к анальному отверстию. — Возьми в рот, — сказал Влад, скидывая одежду и раскатывая презерватив по своему члену. Увидев перед носом его стояк, я дёрнулся назад. После перепалки с Владом его желание было несколько неожиданным. Вот только я был совсем не против взять его член в рот. Более того, извёлся от желания почувствовать обоих своих друзей в себе. Влад и представить не мог, насколько он был прав относительно меня. Я весь пылал от желания почувствовать парней кожа к коже, получить их члены, быть зажатым с двух сторон в крепких объятиях. Хотел чувствовать свою полную беспомощность и желание со стороны Влада и Юры. Я осознал, что тем, кому действительно были нужны эти отношения, был я сам, а вовсе не они. Влад схватил меня за волосы на затылке и притянул вплотную к своему паху. — Соси, — приказал он, ткнув носом в эрегированный член. Втянув побольше воздуха через нос и сглотнув, я осторожно лизнул ствол. Рука Влада на затылке настойчивее притянула меня к члену. Я лизал, захлёбываясь натёкшей слюной. Не помню, чтобы когда-либо испытывал такую нездоровую тягу к члену. Хотелось полностью покрыть его слюной, вылизав от головки до основания, поцеловать, пососать, подуть и укусить. Из-за последнего желания действовать приходилось тщательно выверяя каждое движение языка и губ. Юра всё ещё не вошёл в меня, играясь пальцами между ягодицами, дразня прикосновениями к анальному отверстию. Он целовал и вылизывал мои уши и шею. — Как видишь, Лёшик, он тебе сейчас не поможет. Даже не сообразит, если начнёшь сопротивляться. Полное подчинение голому инстинкту. Он не воспринимает меня как угрозу, и потому я могу сделать всё, что захочу. Ты опять попал. Вот только на этот раз тебя никто слушать не будет. Ох, знал бы Влад, как я хотел, чтобы меня выебали, не слушая протестов и опасений. Боялся и ждал этого. Всего-то и нужно было, что последовать своим желаниям, но как же страшно это было сделать. Оказалось проще спровоцировать и Юру, и Влада, нежели честно признаться в том, что хочу их. После такого Влад имел полное право высказывать всё, что взбредёт в его дурную голову, а Юра мог делать всё, на что толкнут его инстинкты. Жаль только, что подобная перспектива не пугала меня, а возбуждала. Юра, наконец, завозился, меняя положение, чтобы войти в меня. Из-за неустойчивого положения я пошатнулся, теряя равновесие, и чуть было не навернулся с кровати, находясь на самом её краю. — Блядь! — воскликнул Влад, ловя меня. — Юрыч, ты вообще кроме жопы Лёхи что-нибудь видишь вокруг? Впрочем, на свой вопрос он и не ожидал услышать ответ. Влад переместил меня в центр кровати, ставя на четвереньки, сам становясь на колени и предоставляя мне для обсасывания и вылизывания свой член. Юра тут же устроился сзади, вжавшись бёдрами в мой зад, и задвигался, скользя между ягодиц, но пока что не пытаясь втиснуться в задний проход. Я лизал, пробовал брать в рот и сосал. Резина, разделявшая мои вкусовые рецепторы и член Влада, раздражала. То, что Юра никак не желал войти, тоже. И всё же я дождался того момента, когда, раздвинув руками ягодицы, Юра толкнулся вглубь моего тела, заставляя мышцы поддаться и принять член. — Мф! Юра вошёл весь, до упора, с одного раза, замерев на пару секунд. Влад погладил меня по щеке. — Лёшик, а теперь попытайся расслабить горло и сжать губы поплотнее. Я сделал, как он сказал. Тут-то и началась настоящая ебля. Меня, как канат, перетягивали из стороны в сторону. Юра долбился с одной стороны, Влад — с другой, а я, зажатый с двух сторон, подбрасываемый и раскачиваемый на кровати от их толчков, ничего не мог сделать. Даже дотронуться до своего члена. Вопреки опасениям, член Влада задыхаться не заставлял, как и не вызывал рвотных позывов. Тело, получив желаемое, полностью расслабилось в руках Влада и Юры, подстраиваясь для наиболее полного контакта. Первым кончил Юра. Влад остановился, чтобы выйти из моего рта. Между моими губами и его членом повисла вязкая слюна, словно ниточкой соединяющая нас. Я потянулся к своему паху, желая удовлетворения, но не тут-то было. — Не торопись, — сказал Влад, перехватив мою руку. — Ещё не всё. Он помог мне лечь на спину, после чего закинув мои ноги себе на плечи, резким толчком вошёл, сразу же начиная двигаться. Я шумно дышал, постанывая от пульсирующего удовольствия вперемежку с накатывающим чувством эйфории. — Влад, — позвал я, и когда он приостановился, показывая, что слушает, протяжно застонал. — Ещё! — А я по-твоему что делаю? — недовольно ответил он, увеличивая темп. Вот только заткнуться я уже не мог, находясь в шаге от того, чтобы кончить. — Влад, Влад, Вла-а-ад! — Блядь! Лёша, ну кто так делает? Я же ещё не кончил. — Прости, — ответил я, переводя дыхание. — И на кой хуй мне теперь твои извинения? — ворчал он, всё ещё будучи возбуждённым выходя из меня. — Почему вы такие быстрые? — Заткнулся бы ты, — вклинился Юра. — Он, между прочим, твоё имя выкрикивал, когда кончал. — Плевал я на то, что он там, блядь, выкрикивал. Лучше бы помалкивал и дал мне кончить. — Тогда почему ты не продолжил? — задал я логичный, как мне показалось, вопрос. — О! Ты хочешь, чтобы я прямо сейчас продолжил? Не знал, что ты мазохист. — Мазохист? — не понял я, поворачиваясь к Юре в поисках разъяснений. — После того, как кончишь, простата на проникновение реагирует болью, — пояснил Юра. — А что, просто сказать мне об этом было слабо? — обратился я к Владу. — Да какая, на хрен, разница! — Влад, ты же помнишь, что кроме задницы у меня есть ещё руки и рот? — серьёзно спросил я его. — Хн? — на этот раз он даже не нашёлся, что сказать. Стянул с члена презерватив, и просто дал мне довести дело до конца. *** — И что было у тебя на уме? — спросил Влад когда, прибравшись, мы залезли под одеяло. Над кроватью горел ночник. Лёжа на боку, Юра обнимал меня со спины, и я в кои-то веки не сопротивлялся его попыткам обнюхать меня во всех местах. Влад лежал на спине рядом, закинув руки за голову, и не пытаясь ко мне прикоснуться. — Что и обычно, — проворчал я. — Обычно ты не позволяешь себя трахать и не показываешь чудеса владения своим юрким языком. — Влад, не перегибай. Всё так, как с самого начала и сказал Лёша. Он же говорил, что хочет нас обоих. Чего ты опять начинаешь? — вмешался Юра. — Нет, он сказал, что хочет тебя, — возразил Влад. — Будем вспоминать, кто и что говорил в постели? — Юра аж приподнялся на локтях, чтобы взглянуть на Влада. — Ты, кажется, намекал на то, что несёшь угрозу для Лёши? И что я могу изнасиловать его? — Не думал, что ты это услышал, — сказал Влад. — Я, конечно, плохо собой владею и соображаю, когда долго сдерживаюсь, но на память никогда не жаловался. Не стоит о себе слишком много воображать. Если бы я понял, что Лёша сопротивляется, смог бы остановиться и уж тем более остановить тебя, если бы это потребовалось. — Как-то неубедительно звучит, — фыркнул я, припоминая Юру в постели. — Ты мне не веришь? — он тут же переключил внимание на меня. — Верю. Но ты в постели просто невменяем, — расплылся я в улыбке. — Мда? — спросил Юра начиная притормаживать. — Лёш, можно я тебя сейчас поцелую? — Можно. И больше не спрашивай об этом. Юра наклонился, робко прикасаясь к моим губам. Когда же он понял, что никакого сопротивления не будет, проник языком глубже в рот, встречая мой язык. — Ммм... — Мф! Юра навалился на меня всем весом, вдавливая в кровать, и переместил руки так, чтобы сдавить запястья. — Вот об этом я и говорю, — послышался голос Влада. — Когда он начал так спокойно воспринимать прикосновения, поцелуи и даже секс? Ведь на это и намёка не было. Юра разорвал поцелуй и потёрся щекой о мою щёку. — Влад, не усложняй. Всё же хорошо. — Ты так думаешь? Ну, ладно. Давай посмотрим. Влад тоже приподнялся на кровати чтобы затем нагнуться ко мне и поцеловать. Его язык вылизывал мой рот, казалось, полностью заполняя его, двигаясь хищно, словно змея в своей норе, по-хозяйски нагло. В конечном итоге у меня опять встал. — Влад, ты сука, — сообщил я ему, как только он от меня оторвался. — Что так? — спросил он. Его рука нырнула под одеяло, нашаривая мой стояк, и Влад ухмыльнулся. — Нет, мне правда интересно. Что вообще должно было произойти, чтобы у тебя от поцелуя начало крышу сносить? Тем временем его рука неторопливо двигалась вверх-вниз по стволу. — Нх, — я дёрнулся, поёрзал и упёрся лбом в руку Влада. — Просто дрочил. — Значит, пока мы изводились и переживали от невозможности даже погладить тебя по головке, ты вовсю распускал руки? — Ннн. Свою головку гладь. Ммм. Придурок! И руки я не распускал. Только дрочил. — Значит жопу не трогал? — Сам её трогай. Мф! — Я что-то не понял, это просьба такая? — Влад, — уже чуть ли не хныкал я. — Нет уж! Я знаю, чем это закончится. Вы с Юрой сейчас заведётесь, а я потом буду не у дел. С другой стороны Юра уже тёрся об меня эрегированным членом. — Поздно, — прокомментировал я это. — Да, чтоб вас, чёртовы кролики! — возмутился Влад. — Раз и навсегда запомните, сначала вы удовлетворяете меня, а потом ебётесь, как хотите. — Это не совсем честно, Влад, — заметил Юра. — Нет, вот это-то как раз и честно. — Вла-а-ад, хватит уже мой член надрачивать, — заныл я. — Упс! Забылся, — пробормотал он, убирая наконец руку и отбрасывая с меня одеяло. Пока Влад надевал презерватив и наносил смазку, Юра опрокинув меня на спину целовал и гладил по животу и груди. Закончив, Влад бесцеремонно подтянул меня ближе к себе, закидывая мои ноги себе на плечи, и принялся вколачиваться бешеными толчками. Юра не прекращал целовать, отчего мне удавалось лишь глухо постанывать. — Юрыч, дай ему передохнуть, — сказал Влад, сам замедляя темп. Юра нехотя оторвался от моих губ, переключая свое внимание на соски и принимаясь вылизывать, покусывать и посасывать их. — Лёша, хочешь, чтобы мы сейчас с Юрой поменялись местами? — спросил Влад, резко подаваясь бёдрами вперёд и заставляя меня тем самым со стоном втянуть воздух. — Не н-н-надо. — Тогда скажи, чего ты хочешь? — настаивал он. — Влад, прекрати, — повысив голос, предупредил Юра. — Так чего же ты хочешь? — повторил вопрос Влад, полностью выходя из моего тела и невесомо дотрагиваясь до члена. — Нет-нет-нет, — пробормотал я, завозившись в постели. — Влад, вернись. Ещё. — Что «ещё»? — он нагнулся к самому моему уху, продолжая дразнить рукой. — Я сделаю всё, что попросишь. Только скажи, что я должен сделать. — Так нечестно, — заныл я. — Влад, ты сам мне ничего не говоришь. — Что же я должен сказать? — Почему так поступаешь со мной. — А сам не догадываешься? — Ты тоже, Влад, должен догадываться о том, чего я хочу. — Хм… Хорошо. Договоримся так. Ты скажешь, чего хочешь, и я сделаю это. А потом расскажу всё, что захочешь, идёт? — Ммм… Тогда, — я притянул его к себе за шею крепче, чтобы Влад не вырвался и не увидел моего пылающего лица. — Хочу твой член. Очень хочу. Быстро и много. У меня всё внутри в узел завязывается от желания. Мне нравится, когда и ты, и Юра во мне одновременно. И спереди, и сзади. Я так хочу вас, что не могу кончить, когда остаюсь один. Влад дёрнулся было от меня, но я его не отпустил, вцепившись, как репей. Тогда он поднялся вместе со мной. Юра всё это время смотрел на меня, позволяя Владу до поры делать всё, что вздумается, готовый при первых признаках моего неудовольствия остановить его. — Лёша, если хочешь, чтобы Юра тоже смог принять участие, тебе придётся развернуться ко мне спиной. Может, отцепишься и позволишь нам удовлетворить твоё желание? Мне пришлось отцепиться от него. И, конечно, Влад не упустил возможность полюбоваться на моё раскрасневшееся лицо. Развернув спиной к себе и поставив на колени, он толкнулся в меня и задвигался в ещё более быстром темпе. Спереди, поглаживая свой член, ко мне приблизился Юра. Я потянулся к нему, приноравливаясь. Нам не сразу удалось поймать заданный Владом ритм. Пока ещё я упускал член Юры, не мог отследить сразу двух любовников, часто подвисал, но никто не возмущался. Получив желаемое и наслаждаясь долгожданной близостью, я подумал, что заниматься любовью втроём мы в конечном итоге научимся, как научились сосуществовать вместе и быть друзьями. *** После долгого воздержания мы так и протрахались всю ночь, поэтому на следующий день встали поздно. Вернее встали Влад и Юра, я же предпочёл отлежаться. Мышцы по ощущениям напоминали кисель и сладко ныли. Синяки от пальцев, коленок, локтей и прочих выпирающих костей побаливали. Зад от бесчисленных заходов пекло. А горло саднило. Общее самочувствие было сварливым. — Влад, сволочь, принеси попить! — позвал я, отлеживаясь на животе. По словам Юры, жопа у меня была синей от оставленных на ней синяков. — И кто у нас тут голос подал? Растраханная королева? — появляясь с ковшом воды, спросил этот засранец. — Влад, повежливее. Не расстраивай Лёшу, — тут же послышался голос Юры из другой комнаты, где он собирал мои вещи. — Я и так вежлив, — проворчал он. — Пей, давай. И вообще, одеваться пора. Через полчаса выезжаем. — А можно я так поеду? — заныл я, с ужасом думая, как буду влезать в узкую одежду. — И я жрать хочу, вчера-то почти не ел. — Так ты не поедешь. И может прекратишь уже ныть? Раздражаешь. — В том, что мне так плохо, ты и виноват! — Можно подумать, Юрыч не виноват. — Юра-то понимает, что виноват, и не издевается, — возразил я. — Я тоже понимаю, между прочим. И стараюсь быть помягче. — Что-то незаметно. — Блядь, Лёша, что ты от меня хочешь? Я в курсе, что мы перестарались, но теперь-то что можно сделать? — Посиди со мной. Влад застыл от такой просьбы, но потом послушно сел рядом на кровать. — Нет, я хочу на твои колени головой лечь, — заныл я. — Делай уже, что хочешь, только заткнись уже, — проворчал он, передвигаясь на постели так, чтобы я смог развалиться на его коленях. — Злой ты! Совсем меня не любишь, — меня снова понесло. — Уйду от тебя. К Юре уйду. — Да что тебе от меня надо? — возмутился Влад. — Что ты цепляешься ко мне? — Ммм, — я замолк, пытаясь понять, а что это я действительно методично выматываю Владу нервы с самого пробуждения. — Вы сейчас как два идиота смотритесь, — заметил Юра, входя в комнату. — Ни один не понимает, чего хочет. — А ты типа знаешь, что ему от меня надо, — проворчал Влад. — Я-то знаю, — ухмыльнулся Юра. — И если ты не будешь с Лёшей повежливее, ничего не расскажу. — Повежливее, значит? Договорились. Так в чём проблема на этот раз? Влад легко поверил Юре. Я заинтересованно приподнял голову на его коленях, наблюдая за хитрым выражением на лице Юры. — Ты обещал Лёше, что расскажешь, как к нему относишься. Пусть он и не требует откровений, но его это волнует. Особенно после твоих замечаний о том, что он якобы шлюха, — уже без тени улыбки серьёзно сказал Юра. — Он не шлюха, — резко возразил Влад. — Но ты такое говорил. И твои замечания про «растраханную королеву» ничуть не лучше. Так что не стоит удивляться, что тебе с самого утра достаётся. — Ладно, я понял, — согласился Влад. Друзья отлично понимали друг друга, порой они будто находились в другой вселенной. И всё же теперь их разговоры между собой воспринимались иначе. Я не был вовсе из них исключён, чувствуя свою сопричастность и тепло от того что они так обо мне заботятся, стараясь общими усилиями найти выход из сложившейся ситуации. — Лёш, — позвал Влад, и я неохотно перевернулся на спину, чувствуя боль от синяков, потревоженных мышц и задницы. — Что? — Я, может, не самый приятный в общении человек. Часто говорю грубые, обидные и непростительные вещи. И даже если говорю то, что имею ввиду. Лёх, как бы я тебя ни назвал, что бы ни сказал и ни подумал, я люблю тебя. Больше всех. Но, уж поверь, из-за этого тебе и достанется больше кого бы то ни было. — Это ты мне сейчас угрожаешь так? — уточнил я. — Ну, в любви-то признаваться я не умею. А с угрозами вполне душевно и, главное, правда. — Как скажешь. Тогда я отвечу так: ты, сука, землю жрать у меня будешь, — мило улыбнувшись ответил я. — А признаться, что тоже любишь, слабо? — Влад, вы с Юрой для меня важнее всех. Вот только как я могу сказать, что люблю, если ни разу не влюблялся? Я сам не понимаю, что чувствую, вы же всё время рядом. Вы для меня и родные, и братья, и друзья, и любовники. То ли это такое детское обожание, то ли эгоистичное желание присвоить вас себе как любимую игрушку. Но я точно устрою истерику, если рыпнетесь от меня куда-нибудь. И, раз уж теперь трахаемся, ни баб, ни, тем более, мужиков рядом с вами не потерплю. — Как скажешь, — к нам подошёл Юра и, присев на край кровати, наклонился, чтобы меня поцеловать. — Люблю тебя! — Нет, подождите. Юрыч, не соглашайся с ним так легко! Он же попросту не сможет нас обоих удовлетворить. С какой стати я должен это терпеть? — Влад, захлопнись. Посмеешь принести какую-нибудь заразу — я сам тебе член вместе с яйцами отрежу. — Это не по-мужски. — Зато справедливо, — поддержал я Юру. — И всё же трах — это только трах. Чего из-за этого столько шуму подняли? — Может ты тогда без траха со мной обойдёшься? — спросил я. — Лёх, когда это ты так мастерски научился в угол загонять? — Думаю, ты должен и сам это помнить. У меня, знаешь ли, отличные учителя были. Мы ещё долго возились и дурачились, из-за чего только к вечеру собрались в город. Юра наболтал родителям о том, что я спину потянул и попросил оставить меня отлёжаться. Конечно же, его послушали, и я без проблем прогулял два дня. Теперь по существу. Думаете, я спокойно пережил эти выходные? Нет, еблю и даже её последствия я перенёс спокойно. В конечном итоге, со своими тараканами и взбунтовавшимся организмом я уже намучился, и теперь желание быть вытраханным воспринимал как нечто само собой разумеющееся. Тем более, что Влад и Юра это приняли нормально. А вот что делать с признаниями в любви, я не знал. Раньше над словами Юры я не задумывался. Но когда то же самое повторил и Влад, то убегать я уже не мог. С одной стороны это было всегда понятно, с другой — любовь, о которой говорили парни, вовсе не была детским чувством обожания и привязанности. Это чувство меня пугало. Оно было неизмеримо больше моего понимания. Впрочем, скрывать своё беспокойство оказалось несложно. Влад и Юра были полностью поглощены возможностью потискать меня и зайти куда дальше. Их сейчас мало что волновало так же, как смазка. И всё было замечательно, пока я не услышал как-то на крыльце перед институтом: — Я теперь не нужен, потому что эта блондинистая мелочь даёт? — говорил парень выше меня с пирсингом и мелированием. — Уебу, сука! — зарычал Влад, надвигаясь на парня. — Лёша, идем отсюда, — Юра тут же взял меня за руку и потянул прочь от драки и стягивавшегося к ней народа. Я шёл, как в воду опущенный. Вот так столкнуться с любовником Влада, пусть и бывшим, я никак не ожидал. Причём парень был симпатичным, куда как привлекательнее тощего метр с кепкой в прыжке меня, да и губки у него были что надо для минета. — Лёш, не расстраивайся. Сам же слышал, это всё в прошлом, — попытался взбодрить меня Юра. — Угу. — Влад дебил, но в жизни не променяет тебя ни на кого. — Это почему это я дебил? — раздалось сзади. Обернувшись, я увидел Влада. На его скуле красовалась ссадина, но в остальном он даже потрепанным не выглядел. — Сейчас не о том речь. На будущее запомни, если опять расстроишь Лёшу своими шашнями… — То ты отрежешь мне причиндалы. Это я уже слышал. — Что там с твоей подстилкой, болтать не будет? — спросил Юра. — Да кто его будет слушать. Ему самому это не выгодно. Какой парень признается, что был снизу? А без этого вся история выеденного яйца не стоит. Я поёжился от слов парней. То же самое они могли бы сказать и обо мне. Но если Юра такого никогда не скажет, то Влад мог назвать меня подстилкой и шлюхой в любой момент. Разница в отношении Влада была только в том, что меня он никогда не бил. Я вообще редко дрался, а всё потому что, стоило кому-то поднять на меня руку, как тут же из-за моей спины вылетали разъярённые Влад и Юра. Вот уж у кого навыки уличного боя зашкаливали. Я же тихо стоял в сторонке и в лучшем случае не шмыгал носом. — Влад, а я… ммм… — замялся я. — Чего? — он посмотрел мне в глаза, и я понял, что точно никогда такого не спрошу. — Ничего, забудь. — Лёха, сказал «а» — говори и «б». — Обедать где сегодня будем? В столовой? Вообще-то выбора у нас не было. Если поесть с собой не принесли, то подкрепиться можно было только в столовой. Времени куда-то ещё сгонять просто не было. — Хера се, какая топорная отмазка, — восхитился Влад. — Просто скажи уже, что хотел. — Лёш, ты хотел что-то о том парне спросить? — предположил Юра, и я вздрогнул, выдавая себя. — Нашёл о чем спрашивать, — раздражённо проворчал Влад. — Просто задай вопрос, и больше мы к этому возвращаться не будем, хорошо? — мягко настаивал Юра. — Хотел узнать. Кто в постели лучше: он или я? — покраснев до ушей, всё же выдавил я. Влад заржал. Юра нахмурился и, выждав пару секунд, отвесил Владу затрещину. — Уй! Юрыч, какого хуя? — Мне интересно, как бы ты о подобном Лёшу спросил? — Как? Да очень просто. Кто в постели лучше: я или Юра? — тут же задал Влад встречный вопрос. Я замер. Парни начали спорить и обмениваться тумаками. Я же понял, что никогда не задумывался над этим вопросом. Но и любил я их одинаково. Для меня они оба были желанны и необходимы. — Влад, хочешь сказать, что он тебе нравится? — удивился я, стараясь ничем не показать боли. — Хочу сказать, что ты не ответил на мой вопрос. — Ну, я вас обоих хочу, я же говорил. — Но никогда не говорил, кто лучше. — Влад, ты тупой или как? — разозлился я. — Для меня вы оба слишком хороши, чтобы я смог кого-то выбрать. Дело тут не в технике или навыках, а в чувствах. Как бы кто хорош ни был, вы лучше. — Вот видишь, ты сам ответил на свой вопрос, — спокойно сказал Влад. — Кто бы это ни был, ты всегда лучше, понял? — Хитрый, — возмутился я. — Одно дело твои слова и другое то, что я сам придумал. — Ну, если ты так настаиваешь. У этого парня классные губки. Сам, наверное, уже заметил? И язык у него сказка, ты и не представляешь, что он может им вытворять. Ещё он классно подмахивает бёдрами, когда загоняешь в него член и стонет как порноактриса. Опыта у него побольше, поэтому он намного лучше в постели. Этого я не ожидал. Вернее, от Влада такой разбор полётов был вполне ожидаем, но я не предполагал, что он всё выложит. Надеялся, что не посмеет. Вот только это был Влад, и не стоило забывать о его прямолинейности. То, что он был влюблён в меня, ничего не меняло. Точнее он всегда был влюблён, даже тогда, когда я ничего об этом не знал, и всегда вёл себя так. Чего я ожидал от него, задавая подобные вопросы? Что он похвалит то, что я в постели бревно бревном? По щеке покатилась слеза, и вот это было действительно обидно. Мне и так было стыдно за себя, а тут ещё и это. — Влад! Я же просил тебя быть поделикатнее, — тут же среагировал Юра. — Нашли из-за чего влагу разводить, — проворчал Влад. — Если бы Лёха так же улётно делал минет, как этот кадр, я бы призадумался, где он этому научился и с кем. Меня всё и так устраивает. Я проморгался и сделал вид, что всё пучком. Однако после того раза мысль, что одной любовью я парней надолго не привяжу, накрепко засела в голове. Вот, будь у меня только Юра, я бы расслабился и жил, как слюнявый дебил, уверенный, что я невъебенный подарок судьбы для него. И ведь Юра сделал бы всё возможное, чтобы убедить меня в том, что я круче всех и вообще половой гигант, даже если только и умею, что попку подставлять. С Владом всё было иначе. Его не устраивала позиция партнёра в постели «я медузко, делайте со мной, что хотите». Методы дрессировки у него нашлись радикальные: поза «наездника» и бешеное засаживание в глотку члена. Вот уж с кем не светило погрязнуть в самодовольстве и самолюбовании. Но не всё так сразу, сначала нам с парнями предстояло привыкнуть к нашим новым отношениям. Казалось бы, между нами ничего не поменялось, разве что теперь мы ещё и трахались вместе, но на деле изменилось многое. Соперничество Влада и Юры перешло на новый уровень. Я же стал ещё эгоистичнее и требовательнее к ним. И, конечно, это пришлось не по вкусу Владу. Мы давно привыкли друг к другу, но, как оказалось, притираться характерами только начали. Раньше многое оставалось невысказанным, спрятанным глубоко в душе или в подсознании. Теперь же самые потаённые желания оказались вытянутыми наружу. *** В результате всё обернулось так, как с самого начала и говорил Влад: чтобы нормально потрахаться, приходилось ездить к нам на дачу. Я всегда ненавидел эту его способность то ли предвидения, то ли планирования. Как ни старайся, а всё равно выходит по-Владову. — Лёха, не халтурь. Харе обморочную барышню изображать, двигайся резче. Легко ему было говорить, лёжа подо мной. Нет, он активно вскидывал навстречу бёдра, засаживая в меня член, но сравнивать наши физические возможности было делом неблагодарным. Мне с трудом удавалось держать мышцы ануса расслабленными, продолжая двигаться. В любом случае, получалось не так быстро, как того желал Влад. Вот сам бы на члене и попрыгал, раз такой умный! — Быстрее, — напряженно сказал он. Пришлось ускорится, насколько это позволяли затёкшая спина и уставшие мышцы ног. Меня так на физкультуре не гоняли, как выматывал Влад во время секса. Только удовлетворив этого засранца можно было выдохнуть с облегчением. Впрочем, после короткой передышки ко мне со спины приблизился Юра, и я обречённо застонал. — Мне остановиться? — предупредительно спросил Юра. — Не надо. Просто дай мне опереться обо что-нибудь. Я тоже хотел кончить, вот только активничать больше был не в состоянии. Влад выжимал все соки. Когда до меня добирался Юра, я уже был готов упасть на любую поверхность и, раздвинув ноги, просить о снисхождении. Хотя такое положение дел никогда его не возмущало. К тому моменту, как от меня отлипал Влад, Юру интересовало только то, чтобы побыстрее оказаться в моей заднице, и каких-либо действий с моей стороны он не ждал. Если же кончить под ним мне так и не удавалось, после меня ждал минет. У Юры он стал получаться всё лучше и лучше, я бы даже сказал, что он его особенно полюбил. Вообще, его любовь к обнюхиванию и вылизыванию продолжала меня пугать. Влад ржал над этим, а вот мне было не до смеха. В этот раз, опрокинув меня на четвереньки над Владом, Юра начал вколачиваться в мою задницу. Из-за усталости я только и мог что руками и ногами упереться в постель по обе стороны от Влада. Освободить руку для того чтобы подрочить себе казалось нереальной задачей. Полюбовавшись на это, Влад стал надрачивать мне, позволяя кончить вместе с Юрой. Улёгшись между ними, я с наслаждением вытянулся на кровати. — Заколебало это метание между городом и дачей. Надо скорее переезжать, — проворчал вдруг Влад. — Переезжать? Куда? — не понял я. — У меня квартира от деда есть, — сказал он. — Родители всё не хотели мне её отдавать, но после нескольких разговоров по душам сдались. — Ну да, ты довёл их до ручки вот они и сдались, — подтвердил Юра. — Лёш, мы уже поговорили с твоими родителями, они не против того, чтобы отпустить тебя пожить с нами. Всё уже готово, можешь переезжать в любой момент. Ты не против? — В общем, собирай вещи, завтра переезжаем, — вставил Влад. — Ебанулись? Вы мне вообще говорить об этом собирались? Уже и с родителями всё решили. Один я не в курсе. Чёрт, да как же так можно-то! Сколько раз я должен повторить, что ненавижу, когда за моей спиной всё решается? — Мы просто хотели устроить тебе сюрприз, — виновато пробормотал Юра, тут же поникнув от моей резкой реакции. — Харе из мухи слона раздувать, — жёстко сказал Влад. — Как бабы, честное слово. Тебе сказано, квартира есть, не хочешь переезжать — дело твоё. — Я этого не говорил, — насупился я. — Тогда скажи, чего хочешь, и завязывай уже вопить. — С вами хочу жить. — Ну, значит, решили. Завтра вернёмся в город и перевезём твои вещи. — Подожди, а как же вещи Юры? — Он их ещё на той неделе перевёз, — пожал плечами Влад. — Да вы охерели! Уже неделю вместе живёте! Вы мне об этом вообще рассказывать собирались? — Я тут не причём, — самоустранился Влад. — Всё этот перфекционист. Кухня для Лёшечки не подходит. В гостиной ни телика, ни дивана. Спальня одна, а вдруг Лёшечка не захочет с нами в одной кроватке баинькать. Туалетная бумага не достаточно мягкая для жопы Лёшеньки. Он меня заебал за эту неделю! Я сто раз пожалел, что позволил ему вселиться. — Эта квартира не была приспособлена для проживания в ней трёх человек, — серьёзно ответил на всё это Юра. — Я обещал родителям Лёши, что позабочусь о нём. — Зато я ничего подобного не обещал. Я трахаться хочу. А с диванами, столами, холодильниками и прочим — это не ко мне. Послушав их ещё немного, я забеспокоился о нашей совместной жизни. Что-то мне плохо виделось, как мы сможем ужиться в замкнутом пространстве двадцать четыре часа в сутки. Однако и не попробовать я не мог. *** Порой рискнуть всем и выбрать единственно верный путь в никуда и есть счастье. То, что не променяешь ни на какие блага мира. Пусть для всех ты совершаешь страшную ошибку, но только тебе решать, ошибка это или то будущее, что ты избрал.