Поиграем?

Когда они зашли за ворота, Чарли понял что пути назад нет. Теперь только вперёд, следовать за этим человеком в странной одежде: тёмно-бордовом плаще, черном цилиндре, латексных перчатках и с весьма интересной тростью. Пока они шли на экскурсию, следуя за Вилли Вонкой, у Чарли наконец появилось время что бы рассмотреть остальных посетителей фабрики, идущих рядом с ним. Взгляд его упал на ближайшего к нему обладателя золотого билета - пухленького парнишку, держащего в руках и непрестанно жующего большую шоколадку. Чарли передёрнуло: Август, так звали толстого мальчишку, был похож на свинью в красно-белой тельняшке. Его лицо, одежда, руки, - всё было измазано шоколадом. Мелькающие зубки, откусывающие шоколад, были испещрены чёрными дырками кариеса. Походка Августа была такая же, как и у всех не в меру толстых людей: медленная, вразвалочку, с трудом передвигая ноги, походившие на огромные передвигающиеся желеобразные сосиски. Чарли было неприятно смотреть на Августа, и он перевёл свой взгляд на девочку, то и дело перебегающую от стенке к стенке и весело подпрыгивающую на месте. Её звали Верука,она была довольно знаменитой и не в меру избалованной девочкой, отец которой был известным на весь мир бизнесменом, а потому юная мисс Солт знала - папочка всегда исполнит любой каприз любимой и единственной дочки. Так и на этот раз – девочка получила золотой билет не без помощи денег и влияния своего папаши. Верукка то и дело прыгала от стены к стене с криком: «Хочу! Хочу! Хочу!». Действительно, было что хотеть. Стены малоосвещённого коридора, по которому вёл детей мистер Вонка, были покрыты тёмно-зелёным бархатом, у этих мягких стен стояли точёные столики из красного, чёрного и белого дерева. На столиках стояли статуэтки из непонятного блестящего похожего на покрытый лаком фарфор материала, изображающие фантазийные конфетные деревья, каких-то маленьких гномиков в странных костюмах и тому подобные удивительные вещи. Стены украшали огромные,достающие почти до потолка картины, не меньше двух метров в высоту. Они изображали всё те же фантазийные пейзажи шоколадных рек с берегами из орехового печенья, лесов из огромных карамельных деревьев, шоколадных полей с мармеладными кроликами на них. Когда Верукка снова пронеслась мимо Чарли с криком «Хочу!», мальчик наконец заметил шедшую чуть поодаль от него парочку ребят, которые о чём-то мило беседовали.Одна из них - Виолетта - была облачена в фиолетовый костюм, чем-то похожий на костюм для гимнастики. Она была тоже довольно-таки известной в этих краях, в основном была популярна тем что устанавливала разные рекорды. Один из них - по рекордно долгому жеванию жвачки, рекорд доходил до месяца, и она не собиралась на этом останавливаться, интенсивно жуя даже во время разговора с идущим рядом с ней парнем. Паренька звали Майк TV. Он был известен своим умом и любовью ко всякого рода шуткам, насмешкам и издёвкам над окружающими. Сейчас его невозможно было узнать: он заикался, смущённо отводил глаза, в его словах не было той уверенности и злобы, что была раньше. Чарли улыбнулся: что же делает с людьми любовь! Тем временем они уже подошли к массивным стальным дверям, без рисунка, без блеска, огромная глыба тусклого метала. Сказать, что они были жуткими – значит, ничего не сказать. Вилли Вонка остановился, крутанулся на каблуках своей обуви и оказался лицом к детям. Широкая белая улыбка озарила его лицо когда он обратился к детям: - А вот и она, дверь открывающая вход на фабрику!- рука в перчатке скользнула к небольшой едва заметной выемке на двери и, видимо, нажала потайную кнопку, ибо двери сначала скрипнули, потом зашумели и начали словно нехотя отворяться. - Игра началась… - прошептал Вилли и поправил на голове цилиндр, глядя, как дети, забыв обо всём на свете, во все глаза смотрят на отворяющиеся двери…