У колонны

      Локи нарывался. Явно. Бесстыдно. Несмотря на смерть мамы. Только что сидел растрёпанный, в крови, и усмехался через силу, а вышел из камеры – и как с цепи сорвался.       Впрочем, так и было: Локи спустили с цепи, и чем всё закончится, Тор, если честно, не представлял.       Но это безудержное веселье грозило неприятностями: вот заметит кто – и план коту под хвост.       – Хорошо выглядишь, – по выражению лица можно было подумать, что Локи и вправду восхищается.       Тор посмотрел на себя: женская грудь красиво вздымалась в тисках брони:       – Могу убить также больно, как Сиф.       Конечно, Локи вернул ему настоящий облик не от страха: просто не добился желаемого эффекта. Вот только с чего решил, что облик капитана Америки поможет?       – …немного жмёт, но это чувство уверенности! – беззаботно язвил Локи, словно вышел на прогулку, а не совершал побег из тюрьмы.       В тенях в дальнем конце коридора мелькнула золотая броня стражников, и Тор, зажав болтливый рот, притиснул Локи к колонне.       Иллюзия соскользнула с зеленоватым мерцанием. Дикие зелёные глаза были совсем близко. Большой палец скользнул по уху Локи, едва касаясь чёрных мягких волос, сдвигаясь на нежную мочку. Влажные губы под ладонью дрогнули, участившееся дыхание щекотало пальцы, часто поднимало грудь Локи, и Тор прижался, чтобы лучше это ощутить – снова – каждой клеточкой почувствовать трепет возбуждения. Мысли о Джейн выскочили из головы.       Тор почти касался носом носа Локи и видел, как смягчается, мутнеет безумный взгляд, чувствовал накатывавшую на обоих дрожь. В паху скапливался жар. Тор сипло, тихо приказал:       – Накинь иллюзию.       Веки на миг закрыли зелёные глаза – безмолвный, привычный знак согласия. Теперь если кто-нибудь пройдёт мимо – ничего не увидит. Тор рывком развернул Локи к колонне, приложив об неё упрямой головой.       – Осторожнее, – в шёпоте не было злости, Локи поспешно распутывал завязки на штанах.       – Заткнись, – рыкнул Тор, млея от его до боли знакомого запаха, возясь со своими штанами, не думая – не думая ни о чём.       Увлажнённые слюной пальцы нервно вздрагивали, когда Тор попытался протиснуть их между бледных ягодиц Локи. После перерыва в несколько лет тот стал теснее.       – Тише, – шипел Локи, прогибая спину и цепляясь за колонну.       Тесный и тёплый. Убрав руку, Тор протискивался внутрь, задыхаясь от желания, не слушая.       – Тише, – лепетал, прижавшись щекой к колонне, Локи и невыносимо соблазнительно закусывал губу.       Тор проникал всё глубже, но только войдя на всю длину добился тихого стона. Локи тяжело дышал и мелко вздрагивал. Сунув руку к его паху, Тор убедился: Локи возбуждён ничуть не меньше его, – и начал двигаться.       Почти сразу быстро, не сдерживаясь, торопясь, и всё равно Локи кончил раньше него: безмолвно содрогнулся и обмяк, уткнулся лбом в скрещённые руки, позволяя неистово вколачиваться, кончить в себя.       Только потом, уже прижавшись к колонне спиной, застёгивая последнюю пряжку, устало проворчал:       – Мог бы и не в меня.       Он выглядел таким спокойным. Обманчиво спокойным. А оправлявший ремень Тор вновь подумал о Джейн: чувство вины накатывало медленно и неотвратимо.       – Учитывая твой пыл, могу предположить, что с мидгардкой...       Заметив стражников, Тор буркнул:       – Заткнись.       Локи качнулся к нему:       – Не смей так со мной…       Тор снова прижал его к колонне, затыкая рот ладонью, читая гневную тираду во взгляде вновь диких, злых глаз.       Стражники прошли, и Тор отпустил.       – Что? – Локи облизнулся.       Кивок на стражников немного успокоил его задетое самолюбие.       – Мне нужно оружие. Теперь, – Локи чуть прищурился, – я могу получить меч?.. Хотя бы кинжал.       Нехорошая мысль, что этот кинжал может оказаться в сердце Джейн, холодком отдалась в груди, и Тор потянулся за наручниками.       Впрочем, он в любом случае надел бы их на Локи.