А судьи кто?
17 марта 2014 г., 17:32
Глазам учеников предстала ужасная картина. Стоящий у входа в зал Зверев был одет в красные латексные штаны, пиджак, расшитый стразами, надетый на голое тело, а на ногах красовались двадцати восьми сантиметровые платформы. Перстни на пальцах очень хорошо сочетались с серёжками в ушах звезды.
— Ну ты что, такое уже никто не носит! — раздался чей-то голос.
— Правда? — спросил Сергей у Юдашкина, который сидел за столом Пуффендуя.
— Ну разумеется! Сейчас в моде жёлтый! Серго, посмотри! — Юдашкин встал из–за стола, демонстрируя всем своё платье канареечного цвета. Оно было украшено кружевами и блёстками, а сапоги из кожи дракона неплохо сочетались с нарядом.
— Но Валентин! Как жёлтый?! Мы же договаривались на чёрный в этом месяце! — выкрикнул Снейп, вставая из–за стола в чёрных трениках. Все взгляды были устремлены на декана факультета Слизерин.
Тут двери в зал распахнулись, и на золотом мопеде в помещение влетел Джигурда. Его волосы были растрёпаны, будто он только что принял ванну, а на его лице играла ухмылка.
— Извини, но планы поменялись, — сказал Никита, тыкая пальцем в жёлтую ракушку в области паха. Вытащив ключи зажигания из мопеда, он подошёл к Сергею и оценивающим взглядом посмотрел на него.
— Да, я забыл сказать... Форму для участников турнира будет шить Валентин Юдашкин, а гримировать Сергей Зверев, — сказал Дамблдор с улыбкой на лице. Весь зал взорвался аплодисментами, многие ребята даже свистели.
— А также Дмитрий Нагиев! — раздался громкий голос ведущего. Одна девушка со Слизерина даже упала в обморок.
— Да, верно. Комментатором турнира станет Дмитрий Нагиев, — вновь подал свой голос профессор.
— Про меня забыли! — крикнул Никита.
— О, извините, это судья! — воскликнул Дамблдор, стараясь угомонить восхищённую толпу учеников.
Прошло около пяти минут, и все ученики сидели неподвижно в шоковом состоянии, ожидая ещё сюрприза. Но все размышления учеников прервал голос Зверева:
— О бо-о-оже, что это за старомодные очки, моя бабушка и то лучше одевается! — крикнул Серго, снимая с Гарри его очки. Гарри с непониманием смотрел, как звезда начал копаться в своей сумке, и найдя нужную вещь, сказал: — Вот, стильно и по делу! — и одним движением руки он надел на нос волшебника розовые очки в форме сердец, отчего сидящие рядом близнецы Уизли захихикали. Рон всё это время смотрел на своего друга с открытым ртом, в руках держа бокал с тыквенным соком и большой кусок яблочного пирога.
— Не ешь много сладкого, а то ты не влезешь в мою коллекцию «Брутальный парень», — сказал Юдашкин, выхватывая пирог у парня из рук.
***
Как только Гарри отошёл от шока, он прошёл за дверь к остальным ученикам.
— Что случилось? Нас зовёт директор?
— Эм-м... Нет... Я... Э-э-э...
— Гарри, что произошло? — спросил Седрик, глядя на странные очки гриффиндорца.
Гарри хотел ответить на поставленный вопрос, но к ученикам вальяжной походкой подошёл комментатор:
— Здравствуйте, с вами я, Дмитрий Нагиев, и я первый, кто расскажет вам о первом туре, — на словах «первый» он специально поставил ударения, отчего девушки из школы рухнули как домино.
— О боже! — сказал только что появившийся Зверев, — какой мужчина!
— Извини, но о сыне можешь даже не мечтать!
— Даже о дочке? — Зверев умилительно захлопал наращенными ресницами.
— Между нами ничего не может быть, и точка!
— Что опять за споры? — спросил подошедший Юдашкин. — Спорите кто моднее: Версаче или Юдашкин?! Я знаю правильный ответ! Кто самый модный модельер на свете? — спросил он, всплеснув руками.
— Вы! — закричали ученики факультетов.
— Это, конечно, вы! — поддержали их преподаватели.
— Ну разумеется! — подтвердил Юдашкин.
— Ой-ой, я Бима выдернул! — сказал Джигурда, держа в руках волос из носа.
— Я бы всех его соседей повыдёргивал, — пробормотал Зверев.
— Бо-о-оже мой, что за убогие людишки, — сказал Киркоров, которого внесли на подносе. Вскочив с него, он подошёл к остальным.
— Что ты здесь делаешь?! — закричал Джигурда, махая Бимом из стороны в
19:45:47
сторону.
— Я буду петь на открытии первого тура! А? Что? Завидно?
— Ха–ха–ха! Я судья! Ну что, завидно?
— А я Дмитрий Нагиев, — встрял комментатор.
— Тоже мне, достойная кандидатура, — сказал Грацкий.
— Это просто фантастика! — прокричал Билан, смотря на Бима.
— О боже, ему ещё жить да жить! — прорыдала Пелагея.
— Что это? — спросил Зверев, смотря на свернувшегося клубочком и сопящего Агутина.
— Это тоже наш судья! — сказал Дамблдор, — Так же как и Грацкий, Пелагея и Дмитрий Билан.
— Весьма интересное представление, — сообщил вбежавший в коридор Жириновский.
— О-о-о, какие люди, на ПЕРВОМ съезде судей, — процитировал Нагиев.
— Это просто восхитительно!
— Эм... извините, — промямлил Симус, который подошёл к Звереву.
— Ну конечно! Где тебе поставить автограф?! Знаю, не говори мне! Тут! — проговорил на одном дыхании Сергей, тыча палочкой в бедро парня.
— Снимай с себя штаны! — прокричал Жириновский.
— К тому же такие ужасные, — промямлил Зверев.
— Не надо ни у кого снимать! Снимите меня! Где камеры? — пропел Басков, кидаясь на Симуса и сжимая его. Тут двери снялись с петель, ибо в зал следом за Киркоровым внесли на подносе Пугачёву с близнецами Лизой и Гарри на руках.
— О боже,Примадонна! — пропел Басков. — Что вы здесь делаете?
— Это не имеет значения, – ответила дива, взмахнув рукой, отчего её накладной ноготь слетел с пальца. Перелетев через коридор, он ударил по Биму, Джигурда упал на колени и начал рвать на себе волосы, а Пелагея упала в обморок от переизбытка чувств.
— О боже! Сколько шума из–за волоса! — сказал Грацкий закатывая глаза.
— Ми...ми...ми... — посопел Агутин, который мирно спал в углу.
— ТИИИХООО! — закричал Дамблдор, так что все обитатели зажали уши. — Дмитрий, прошу, — сказал он уже более сдержанно.
Все ученики тем временем приготовились внимательно слушать комментатора.
— Итак, ПЕРВЫЙ тур состоится через месяц. Это всё, что мы можем сейчас вам сказать.
— Думаю, нужно поменять пиджак, я хожу в нём уже час! — в глубоком шоке проговорил Зверев.
— Боже мой... — прошептал Дамблдор. — Всё могут быть свободны, спасибо за внимание!
Ученики начали постепенно расходиться по своим этажам, а многие решили всё-таки поесть.
***
После этого Гарри со своими друзьями сидели в Большом зале. Обстановка приходила в норму, кто пил, кто ел, кто решал домашнюю, кто-то списывал у того, кто решает домашнюю, но...
— Гарри, можно спросить? — пролепетал рыжий.
— Можно.
— Гарри, ты не взял у Сергея для меня автограф? — с надеждой спросил Рон.
— Эм... нет, — вопросительно поднял бровь Поттер.
— Ты мне больше не друг! — зарычал Рон. И, собрав свои вещи со стола, он очень спешно покинул зал.
