In Loving Memory Of...

Январь 1980 года. Даже идея об этой встрече Лорену не приходилась по душе. Рука его то и дело тянулась к палочке, укрытой во внутреннем кармане мантии, по спине бегали мурашки. Возможно, дело было и в погоде. Зимние заснеженные ночи отчего-то всегда делали его нервозным. Большую часть своей жизни- четырнадцать лет из двадцати- Лорен прожил с семьей на юге Франции, и к климату Англии он так и не привык, хотя жил на Альбионе уже шесть лет. Туманные , дождливые дни лета и промерзло холодные дни зимы…Нет, совсем не это прельщало его в жизни среди английских волшебников. -Мерлин…-Лорен поморщился, когда в лицо ему ветер принес завесу снега, на несколько секунд его ослепившую. Можно было бы воспользоваться согревающим заклинанием, но Лорен не посмел бы этого сделать. Стоило произнести и простейший «люмос», как его местонахождение раскрылось. В последнее время Темный Лорд стал особенно параноидален. Куда бы Лорен не пошел, его повсюду сопровождало несколько пожирателей смерти, а браслет на его руке улавливал малейшие проявления магии, открывая Темному Лорду его местонахождение. Лорен множество раз пробовал избавиться от нежеланного украшения, но снять никак не мог. Увы, его мнение в этом вопросе, как и во множестве других, не учитывалось. Юноша раздраженно поджал губы и поплотнее закутался в мантию. Вывески «Кабаньей головы» почти не было видно из-за сильной метели, но волшебники все равно находили дорогу к любимой пивной. Внутри стояли стойкие запахи табака и огневиски, от которых к горлу Лорена подступила волна тошноты. Народу в пабе было так много, что появление еще одного волшебника осталось никем не замеченным. Кто-то толкнул Лорена в спину, когда юноша протискивался мимо шумной компании. Лорен сжал кулаки. «Спокойно,- говорил он сам себе,- спокойно. Надо просто побыстрее покончить со всем этим. И тогда можно убраться из этой выгребной ямы». Кто бы знал, что ему, представителю фамилии Бальте, придется побывать в подобном месте! Он уж точно и представить себе такого не мог! Во Франции ему не приходилось ходить по увеселительным заведениям- слишком молод он был, а в чопорной Англии члены благородных семей позволяли себе «развлекаться» лишь на торжественных приемах. Один из этих приемов, на который попал Лорен накануне своего пятнадцатилетия, ему и вспомнился. Празднество проходило в поместье Малфоев. Сами Малфои имели явные французские корни, о чем и говорила их фамилия*, вызывавшая у Лорена усмешку, и поначалу юноша надеялся, что их торжество будет не лишено французских изысков. Пустые ожидания! Прием выдавался на удивление скучным. Богатые волшебницы и волшебники тихо переговаривались, сбиваясь в стайки у фуршетных столов, несколько пар вальсировало под аккомпанементы оркестра, остальные же предпочитали уходить в смежные комнаты для переговоров, в надежде вступить в союз получше. « -Развлекайся, дорогой,- шепнула Лорену мать, Мишель Бальте, прежде чем покинуть его, отправившись за стол переговоров, и он нашел в зале единственное место более-менее подходившее под понятие «развлечение». А именно- возле подносов с медовым сидром. В тот день ему было суждено встретиться и с хозяином праздника- Люциусом Малфоем. Тот вальяжно прогуливался по залу, между делом благосклонно кивая гостям и с легкой, совершенно безэмоциональной улыбкой, отвечая на их поздравления. Конечно, прием же в честь его дня рождения, вспоминал Лорен, наблюдая за блондином. Лорен осушил четвертый бокал, продолжая сверлить взглядом именинника. Что-то в блондине его неуловимо притягивало и раздражало одновременно. Пока юный Бальте пытался понять что именно, Малфой заметил его изучающий взгляд и вопросительно приподнял бледную бровь. Лорен фыркнул и отвернулся, а вот Малфой, наоборот, поспешил приблизиться. Выглядело это так, словно, реакция Лорена немало его оскорбила, но , следуя нормам приличия, Люциус сдерживался. -Думаю, мы незнакомы. – прохладно скал он, протягивая руку,- Люциус Малфой. Лорен нехотя ответил на рукопожатие. -Лорен Бальте. Блондин прищурился и кивнул. -Слышал о вашей семье. Вы из Франции. -Очевидно.- сухо подтвердил юноша. Люциус оказался выше его на пол головы и обладал преимуществом смотреть на Лорена сверху вниз. Ситуация злила Лорена все больше. С чего этому болвану вздумалось завязать разговор! -Вы давно в Англии? -Около года. -Вы должны выбираться в свет почаще. Вы же никого не знаете, верно? – он как-то самодовольно хмыкнул,- Я представлю вам кое-кого. Лестрейнджи, Долоховы, Гойлы, Гринграсс…Все эти английские семьи волшебников смешивались для него в одно пятно. Наконец, Малфой указал на Блеков, а именно на трех сестер. Нарциссу с кислым лицом потягивавшую напиток из высокого фужера, Беллатрису, что-то шепчущую на ухо сестре и Андромеду, кидающую печальные взгляды на выход из зала. Все три нисколько его не заинтересовали. Лорен отставил от себя пустой, пятый по счету бокал. -Приемы в Англии такие же скучные, как я и слышал.- сказал он. -Да.- со скучающими нотками в ответ протянул Люциус,- А нравы французов такие же фривольные, как слышал я? А вот это походило на вызов. Лорен залпом опрокинул шестой бокал, усмехнулся и , метнул на Люциуса взгляд, направился к выходу. Как и ожидалось, удивленный и заинтересованный блондин, пошел следом. На улице стояла теплая весенняя ночь. Лорен ловко сбежал вниз по белым мраморным ступеням, устремляясь к саду. До слуха доносилось журчание фонтанов, у кустов поблизости спали павлины, а в девяти футах от земли парили волшебные огоньки, освещавшие территорию. И, несмотря на все это, у Лорена не промелькнуло ни единственной романтической мысли. Это была игра, у которой не должно было быть продолжения. -Ты боишься?- подразнил Лорен Малфоя, неуверенно топтавшегося в пяти футах от него. -Невежливо вот так покидать собственный прием. –вздернул голову блондин,- Хотя, судя по всему ты весь из невежества и состоишь. Лорен пожал плечами. -Так возвращайся. Что тебе мешает? Молодой Бальте сам приблизился к нему, и приблизил свое лицо к лицу блондина. -Я слышал, что в Малфоях течет кровь вейл. К щекам Люциуса прилила кровь, его губы скривились, готовые выплюнуть ответное оскорбление. Он не ожидал, что Лорен толкнет его, а потому, споткнувшись о корен куста, приземлился на землю. Не мешкая, француз сел на его бедра и придавил руками плечи. Люциусу ничего бы не стоило вырваться и подняться, но он оставался лежать. -А вот ты наверняка слышал о французских поцелуях, да, Люциус? Хочешь, покажу тебе? Малфой лежал, как каменный, не говоря ни «да», ни «нет». Губы блондина все также презрительно кривились, но оказались удивительно мягкими, едва Лорен коснулся их своими. Глаза Лорена удивленно распахнулись: выяснилось, что Люциус знал о поцелуях куда больше, чем могло показаться на первый взгляд. -Мистер Бальте?- тихий мужской голос вырвал его из воспоминаний. Альбус Дамблдор приподнялся со стула, приглашая присесть за столик. Как и обещалось, он был один. Конечно, существовала возможность, что вся «Кабанья голова» набита членами ордена, просто он их не видит, но Лорену пришлось принять этот риск. Он обещал матери, что придет и выслушает. «Прошу тебя, Лорен,- едва не плача шептала Мишель,- Эта шанс для тебя…Прошу тебя…». Как он мог отказать умирающей матери? -Добрый вечер.- Лорен сел предложенное место. – Вы хотели поговорить. -Да,- Дамблдор улыбнулся, но юноша заметил, что старик выглядел очень усталым и каким-то грустным. –Спасибо, что нашли время, Лорен. -Вы говорили с моей матерью.- недовольно отозвался Бальте.- Она больна, а вы надоедали ей своими разговорами. Заставляли несчастную женщину поверить в нелепые слухи. -Я ни в коей мере не хочу навредить вашей матери, Лорен. Она любящая и приятная женщина. А еще – она чрезвычайно умна. Ваша мать сама позвала меня, и сама пересказала все слухи, и после попросила помощи. – Дамблдор тяжело вздохнул.- Она боится за вас. -За меня нечего бояться. -Боюсь, что это не так. Лорен попытался выдавить беспечную улыбку, но не смог. Старик все знал, сомнений не осталось. Заметивший его напряжение Дамблдор успокаивающе поднял руки ладонями вверх. -Меня вам бояться нечего, я только хочу помочь. На моих глазах достаточно молодых людей выбрало неверный путь. С годами я пришел к пониманию, что иногда этого не избежать, но ты…Мой мальчик, я хочу помочь тебе. И Лорен даже мог найти вполне понятную причину, почему старый волшебник предлагал свою помощь. Никто этого не знал, но мать Дамблдора, Кендра, была ребенком маггловской женщины и темпераментного Луи Бальте. Кендру семья Бальте никогда не признавала, и о родстве Дамблдора с семьей Лорена знали единицы. -Я не нуждаюсь в помощи, мистер Дамблдор. Моя жизнь меня вполне устраивает. Дамблдор на секунду прикрыл глаза, потом откинулся на спинку стула. -Годы назад я знал молодого человека,- начал он тихо, его голос едва не утопал в общем гаме паба,- Тома Реддла, амбициозного и сильного волшебника. К нему многие тянулись, как тянутся и сейчас. Но Томас никогда не верил в людей, единственное, что для него имеет значение- власть. И мне ли объяснять тебе, на что он идет лишь бы получить ее? Война. Лорен стиснул зубы. Он говорил о войне. Молодой Бальте ее ненавидел. Старался не думать об убитых и пленных замка Темного Лорда. Сам Лорен в налетах никогда не участвовал, он так и не смог поднять палочку с намерением прервать жизнь человека. Темный Лорд называл это слабостью. -Ты молод, Лорен. А в молодости порой сам не понимаешь, во что веришь. Проблемой было то, что Лорен вообще ни во что не верил. Он не стремился к власти, как Темный лорд, не лез в политику с тем же наслаждением, что и Люциус. Бальте словно не мог собраться с духом, чтобы сделать нечто значимое. А если и собрался, что это было бы? Изменить мир? Лорен и жизнь то свою изменить не мог, что говорить о мире! Куда направить свои скромные силы? Сначала за него это решала семья, а последние три года – Темный Лорд. -Перед тобой целый мир, мой мальчик, зачем жертвовать собой ради грязи? Бальте прекрасно знал о существовании мира. Но потянуться к нему для такого, как Лорен, представителя благородного рода, связанного многочисленными правилами и традициями, было равносильно преступлению. -Боюсь, наша беседа зашла в тупик, мистер Дамблдор. Юноша поднялся на ноги, никто не попытался его остановить. -Всего доброго, мистер Дамблдор. -И вам, Лорен. Юноша оправил мантию и собрался уходить, когда старый волшебник окликнул его, задав самый неожиданным в мире вопрос: -Вы любите его, Лорен? Действительно. Такой простой вопрос, но Лорен не знал ответа. Любовь? Или просто похоть, смешанная со страхом и восхищением? «Ты боишься?»- послышался ему собственный шепот. Когда-то такой вопрос он задал Люциусу, а теперь предстал перед этой дилеммой и сам. Он боялся. Боялся уйти и боялся остаться. Часто он не понимал, дрожит ли его тело при виде любовника от восхищения или ужаса. Вся его жизнь в последние три года превратилась в больное чувство противоречия. -Если –да, -продолжил Дамблдор,- Никогда не говорите это ему. Он не понимает любви, а того, что Том не понимает, он страшится. За этот страх он вас убьет. Мы можем дать вам укрытие, Лорен. В любое время. Юноша, не оборачиваясь ,ушел из паба. Альбус горько покачал головой. Как ему хотелось вытащить этого мальчика из крепких когтей Темного Лорда, но и тут он оказался бессилен. Волшебник взмахнул волшебной палочкой. -Темпус. Без пятнадцати минут девять. Пора было идти на второй этаж, где он обещал встретиться с Сивиллой Трелони, желавшей получить место преподавателя и умолявшей ее выслушать. Молва говорила, что женщина не унаследовала способностей матери, но отказывать ей в собеседовании было грубо. Волшебник побрел в сторону ступеней, ведущих на второй этаж, но так и не смог удержаться от того, чтобы кинуть взгляд на закрывшуюся на Лореном дверь. «Жаль,- подумал волшебник, поднимаясь наверх,- как же жаль». В тот вечер Альбус Дамблдор видел Лорена Бальте в последний раз. Вести о смерти юноши его настигли в начале июля 1980 года. Его тело нашли изуродованным, лежащим на земле среди жухлой травы. Северус Снейп, бывший уже тогда шпионом ордена, рассказал, что среди пожирателей ходят слухи о том, что Бальте пал от руки Темного Лорда. Мать Лорена, ослабленная болезнью, не вынесла последнего удара и тихо скончалась на следующий день после известия о смерти сына. Обоих Бальте похоронили во Франции, в семейном склепе. Дамблдор был там, и своими глазами видел, как мало благородных семей Франции пришло попрощаться. Слухи о том, что Бальте прогневали темного английского волшебника, распространились со скоростью пожара, никто более не хотел иметь к Бальте никакого отношения. Но Альбус мог поклясться, что мельком увидел Люциуса Малфоя, стоящего в тени деревьев, окруживших склеп, в котором нашел свое последнее пристанище Лорен Бальте. *С древне-французского "mal foy" и "mal foi" означает "вероломный", "недобросовестный".(поттер-вики)